Макс посмотрел в её холодные, серые глаза и сказал:

— А что не так с Кари?

— Как она отнеслась к тому, что ты стал частью жизни Молли?

— В основном, это не имеет никакого значения. Кари сама в этом виновата.

Его мать на мгновение задумалась.

— У меня сложилось впечатление, что между тобой и Кари пробежала искра, прежде чем ты узнал, что Молли твоя дочь. Неужели я так ошиблась?

— Да, у тебя сложилось ложное впечатление. Кари Мерфи в первую очередь профессионал, и уж потом только диетолог. У нас были чисто деловые отношения, — солгал он.

— Но ты хотел бы, чтобы она была для тебя чем-то большим, чем диетолог?

Он вопросительно подняла бровь.

— Всё ещё любопытно, спустя столько лет?

— Я слишком стара, чтобы пытаться измениться, ты так не думаешь?

Макс улыбнулся. Хотя ей было уже шестьдесят четыре года, выглядела она гораздо моложе.

— Кажется, это так, — сказал он, намереваясь спасти себя от лекции, ответив прямо на её вопрос. — Признаю, несмотря на короткое время, которое мы провели вместе, есть что-то в Кари, что пробудило во мне стремление к долгой, здоровой жизни.

— Но теперь у тебя больше нет этого чувства?

Он провёл пальцами по волосам и снова повернулся к окну, чтобы посмотреть на свою дочь. Когда Бреанна что-то сказала Молли, что заставило девочку засмеяться, две ямочки появились на её лице. Вот это была та Молли, которую он встретил в боулинг центре. Молли, которая могла осветить всю комнату простой улыбкой. Молли, которая пришла в этот мир тринадцать лет назад, а он не имел об этом ни малейшего представления.

— Нет, больше нет, — ответил он. — Молли левша, и она может сворачивать свой язык трубочкой – это всё, что я знаю о ней. Я пропустил её первые шаги и не знаю, плакала ли она в свой первый день в детском саду, — он повернулся к своей матери и поднял бровь. — Умеет ли она шить? В какой костюм была одета в прошлом году на Хэллоуин или в предыдущем году? Кто научил её плавать? Конечно, когда-нибудь я увижу фотографии, и мы, надо надеяться, научимся общаться друг с другом, но существует так много вещей, которые я не знаю о своей дочери только потому, что, в конечном счёте, у Кари не хватило желания, и она не захотела приложить больше усилий, чтобы попытаться связаться со мной. Нет, мама, больше нет.

Глава 15

Кари следовала за своим агентом по недвижимости, Ричардом Бауером, по всему двухэтажному дому.

— Наш ужин в воскресенье вечером всё ещё в силе? — спросил он, пока вёл её в спальню.

Кари прибывала не в том настроении для встреч сегодня или в любой другой вечер, с кем бы то ни было. Была суббота, и Молли всё ещё находилась у Макса. По прошествии первой ночи она позвонила Кари. Очень радостная и счастливая, дочь спросила разрешение остаться у него на все выходные, потому что его племянница и племянник вместе с матерью Макса снова вернулись. До сих пор был только один раз, когда Кари была в разлуке с Молли, и это было во время её классной поездки в шестом классе.

У Кари сдавали нервы. Однако, не считая встречи с Бреанной во второй половине дня у терапевта, ни на сегодня, ни на завтра у неё больше не было никаких планов.

— Я подумаю об этом, — сказала Кари и решила, что ужин с Ричардом мог бы отвлечь её от Молли и Макса.

Дверь шкафа скрипнула и захлопнулась.

— Мне не нравится этот дом, — раздался голос Линдси из другой комнаты. — Я чувствую себя здесь, как в ящике.

Кари накрыла своей рукой руку Ричарда.

— Просто игнорируйте её.

— Я всё слышу! — крикнула Линдси, прежде чем открыла ещё одну пару ящиков и снова закрыла.

— Тебе не понравился ни один из домов, которые мы посмотрели, — сказала Кари. — Я считаю, что в этом доме действительно есть потенциал.

— Тут жарко и душно, и двери скрипят. Здесь есть кондиционер?

— Его установили всего три года назад, — заверил Ричард.

— Так он здесь есть? — ещё раз спросила Линдси, как только вошла к ним в спальню.

— Да, — ответил Ричард Линдси, постепенно теряя терпение. — В доме есть кондиционер и отопление.

Кари посмеялась над надутой Линдси, как только та подошла к ним.

— Молли и я не можем жить с тобой вечно, — напомнила Кари подруге.

Линдси перевела взгляд от Кари к Ричарду, а затем на кровать.

— Не знаю даже, что сказать. Теперь Молли будет много времени проводить со своим отцом.

Кари знала, что затеяла Линдси. Она старалась всеми средствами воспрепятствовать встречам Ричарда и Кари. Линдси возлагала большие надежды на Макса, Кари и Молли, как на счастливую семью, и риелтор был потенциальным риском её планам.

Ричард какое-то время выглядел нерешительно.

— Разве вы не говорили, что отец Молли не участвует в её жизни?

Кари посмотрела на Линдси, прищурившись.

— Он этого не делал... до недавнего времени.

— Вы двое снова вместе?

— Нет, — ответила Кари, забирая контроль над этим вопросом. — НФЛ поручили мне перестроить привычки питания Макса Даттона и позаботиться о том, чтобы он был в достаточно подходящей форме, чтобы играть в следующем сезоне.

— Он является профессиональным футболистом в «Лос-Анджелес Кондорс», — заметила Линдси.

— Он уже знает, — сказала Кари. — Они встретились несколько дней назад.

— Я только сегодня утром прочёл в газете статью о Коуле Флетчере, — сказал Ричард. Очевидно, он ошибочно принял Коула за отца её ребенка. — Там ничего не говорилось о том, что у него есть дети, хотя я прочитал, что недавно парень был замечен с Алисе Вандеркемпт, актрисой популярного реалити-шоу «Отчаянные времена», — он засмеялся.

У Линдси сошёл весь цвет с лица, но она сохранила самообладание.

— Коул Флетчер идиот. Отец Молли — Макс Даттон.

Кари вздохнула.

— Если вы не возражаете, я сейчас не в настроении беседовать о Максе Даттоне. Я здесь, чтобы посмотреть дома, и этот дом я нахожу очаровательным, — объяснила она Ричарду. — Если быть точнее, я хотела бы составить договор. Почему бы вам не забрать меня завтра вечером в семь часов, и мы обсудим всё остальное за ужином?

***

Перед строением, возле которого в тот же день встретились Кари и Бреанна, стояла двухэтажная скульптура цвета красной киновари (прим. ред.: киноварь — оттенок красного цвета).

— Мне жаль, что я опоздала, — сказала Кари, ступая на тротуар перед возвышающимся офисным зданием на бульваре Уилшир.

— Нет проблем. У нас есть ещё несколько минут, — сказала Бреанна, пока вела Кари через вращающиеся двери. — Я не знаю, как отблагодарить тебя за то, что ты пришла... особенно, при данных обстоятельствах.

Кари последовала за Бреанной через вестибюль. Её каблуки стучали о гладкий мраморный пол. Они остановились перед дверями лифта, и Бреанна нажала на кнопку.

— Когда вы с Максом заканчиваете коучинг по питанию? (прим. ред.: коучинг (англ. coaching) — метод консалтинга и тренинга, в процессе которого человек, называющийся «коуч», помогает обучающемуся достичь некой жизненной или профессиональной цели).

— Ещё точно не знаю. Мы не говорили об этом. Как дела у Молли? — спросила она, надеясь сменить тему.

— Она много времени проводит с Брук и Мэтью. Ей даже удалось найти общий язык с мамой, а это большое достижение. Но, насколько я смогла заметить, она ещё не очень много общалась с Максом. Я думаю, им обоим будет трудно найти подход друг к другу.

Кари так сильно тосковала по своей дочери, что становилось больно. Она хотела сделать что-то, чтобы облегчить ей ситуацию. Кари безумно скучала по Молли. Двери лифта открылись, и они вошли. Бреанна нажала кнопку пятого этажа.

— Я видела машину Джои на задней стоянке, — сказала Бреанна, — так что знаю, что он уже там.

— Это хороший знак. Значит, он старается серьёзно работать над вашими отношениями.

Двери открылись, и Кари свернула следом за Бреанной направо, а затем они прошли по длинному коридору. Женщины подошли к двери с табличкой «Дэбра Хэтчер, терапевт по семейным отношениям». Миниатюрная женщина из приёмной встала и провела их в большой конференц-зал, где они были представлены непосредственно самой Дэбре Хэтчер, которая сидела на другом конце стола для переговоров. На ней была надета чёрная юбка карандаш и белая блузка. Волосы были подстрижены в удлинённый боб-каре. Справа от неё сидел Джои, и рядом с ним... Макс. Он встал.