— Наш род Галаринен достаточно древний. Однако, он не имеет того высокого положения в обществе, которое заслуживает. Поэтому отец решил воспользоваться информацией о Пророчестве и выдать меня замуж за сына Императора.

Генерал ядовито усмехнулся:

— Позвольте полюбопытствовать, а за которого?

— За младшего конечно. Старший же, как и все артефакторы, нелюдим и не живет общественной жизнью. — она сделала громкий глоток из стакана и продолжила. — Отец отправил меня в эту школу, чтобы я стала лучшей ученицей и попала во дворец на Ежегодный бал. Вот там я должна была дать понюхать приворот сыну Императора.

— А как же вы планировали обойти Артефакт Истины в Храме Стихий? — Рэйс не мог удержать яд в голосе.

— А что такое Артефакт Истины? — шепотом спросила Алька, сидя на кровати.

Арт шикнул на нее и посоветовал дождаться конца допроса.

— У меня мать не из этого мира. Я полукровка. Артефакт мог и принять с учетом такой доли иномирной крови.

Судорожный вздох вырвался из груди полуэльфийки, злоба исказила черты лица.

— Все было бы хорошо, если бы не появилась эта выскочка иномирная. Папа велел удалить любыми путями.

— И вы были готовы ее убить? — сыскарь совершенно ровно и безэмоционально спросил ее.

Эсмерлинда вскинула голову, ее глаза горели фанатичным огнем, губы кривились.

— Да, и убить, и подставить. Я бы пошла на все, чтобы добиться своего! Вы не понимаете, каково это жить, зная, что ты всего лишь девочка, которая никогда не сможет продолжить род, оставить свою фамилию и сделать ее знаменитой! Не представляете, каково это разочаровать отца и видеть каждый день в его глазах ненависть и презрение!

Генерал поморщился.

— Уведите ее. И отправляйтесь в поместье Галаринен, я хочу чтобы уже через час полоумный глава рода был на допросе. Генерал быстрым шагом вышел из кабинета, ректор следом за ним.

Артур отключил следилку.

— Значит все-таки эта мымра белобрысая тебя чуть не уконтропупила… — Фина обессилено откинулась на подушки.

— Фина, фу… Что за лексикон? — Тами подозрительно посмотрел на подругу.

Гоблинка широко улыбнулась и показала тоненькую книжку, прошитую суровой ниткой.

— Это гоблинский перевод гномьего романа о любви. Вот отсюда.

— Погодите, не пудрите мне мозги. — У Альки было море вопросов. — Вот теперь объясните непонятливой мне, что это за артефакт такой?

Арт с видом мученика сложил руки на груди и приготовился отвечать:

— Аль, ты что-нибудь знаешь о Пророчествах Имперской семьи?

— А ничего, ты же знаешь.

— Вот твои пророчества, они никому не известны и только для тебя. Они чаще всего не являются подробными. А вот Имперские Пророчества, это как алгоритм поиска какой-то цели. Там последовательно объясняется где искать и кого искать. Императорский трон сам по себе является артефактом, на него может сесть только тот наследник, который связал свою судьбу в Храме Стихий с иномирянкой, которую выбрали эти самые Стихии. И только в таком браке дети будут обладать сильными способностями к магии и только в таком браке Император приведет к процветанию своей земли. Да, Аля, наша страна — потомки иномирян из разных миров.

— А при чем тут Артефакт Истины?

— А вот именно этот Артефакт в Храме и показывает, истинный ли это выбор, и будет ли в этом браке признана Единственной избранница.

Алька упала на кровать со стоном:

— Брееед… Какой же это все бред.

— Это не бред, Аля, это основа выживания нашей нации. Иначе мы растворимся в других государствах. Такой выбор Императора и Императрицы наше проклятие и наше благо.

Мальчишки засобирались домой…

— Артур…

— Да, Аля.

— А что теперь с Эсмерлиндой будет?

— Суд Императора будет, Аль. Подождем.

Фина заботливо подала Альке кружку с горячим отваром.

— Фин, я просто с ума схожу уже от того, что со мной происходит. Получается, что еще кто-то меня хотел отравить… Я устала… Я так от всего устала…

Гоблинка обняла девушку, погладила ее по голове.

— Не переживай, сестренка, все будет хорошо. Правда будет.

Утром Алька пыталась вызвать Веля. Внутри зрело предчувствие чего-то очень плохого. Сжимая кристалл связи в ладошке, она звала Хранителя, звала его вновь и вновь. И никакого ответа.

Нервы натянулись до предела, и девушка побежала к ректору со всех ног. Ворвалась без стука, открыв плечом дверь.

— Рэйс, ты Велю можешь дозваться??? — увидев, что ректор не один, она осеклась и остановилась в нерешительности.

— Аль, что случилось?

Ректор стоял у окна вместе с генералом, и выражение лиц у них не предвещало ничего хорошего.

— Что-то с Велем??? — по щекам девушки ручьем побежали слезы.

— Я не знаю, Аль. С чего ты взяла, что ему что-то угрожает? — Рэйс подошел к ней и взял ее за плечи.

— Вель несколько дней был очень слаб, и сегодня я просто не смогла его дозваться через артефакт.

Тяжелая рука повернула Альку к хищному лицу генерала. Он посмотрел ей в глаза, сунул руку себе в карман и вытащил портал на два заряда.

— Проверь и возвращайся. Вы отправляетесь на фронт.

— Как на фронт??? Ведь все было спокойно! — девушка чуть не кричала.

— Самое важное из того, что вы сказали — слово «Было».

Рэйс обнял Альку.

— Сеодня ночью случился прорыв. Террийцы прорвались по двум направлениям. Есть потери среди мирного населения…

Девушка еще сильнее прижалась к вампиру в поисках поддержки.

— Аля, я с тобой не смогу пойти. Мне нужно ребят собрать и начать отправлять. Все-таки началась снова эта проклятая война… Давай, прыгай в портал. Если что-то серьезное там, вызывай меня. — Онис подтолкнул девушку в сторону двери из кабинета, и сам вернулся обратно к генералу продолжить обсуждение.

Сжимая портальный артефакт в руке, Алька забрала из комнаты футляр с накопителями, укрепляющий отвар и активировала портал.

В доме Веля было непривычно тихо. Девушка шла из портальной комнаты по коридору и с удивлением замечала, что все горизонтальные поверхности были покрыты толстым слоем пыли. В доме совершенно не пахло едой и чистотой, только застоявшимся пыльным воздухом. От волнения за дорогого человека в груди появилось неприятное болезненное ощущение.

— Вель!! Величек!!! — Алька кричала и бежала по коридору, в ужасе ожидая увидеть непоправимое.

Плечом вышибла в спальню дверь и увидела на кровати изможденного Веля. Тонкая, сухая рука с узловатыми пальцами и желтой пергаментной кожей безжизненно свисала с края кровати. Заострившиеся черты мертвецки бледного лица выделялись на фоне голубой наволочки. Девушка рывком подлетела к нему, припала к худой впалой груди, прислушалась, ожидая услышать хотя бы слабое сердцебиение. В груди была тишина.

— Величек, родной мой, потерпи. — Алька сдирала с него одежду, скидывала курточку с себя и запускала диагностический сгусток своей целительской стихии. Еле слышный отклик живого Аля почувствовала сразу.

— Отлично. Я очень вовремя. Ну что же. Проклятие свершилось… — девушка закрыла глаза и отпустила силу. Цвета в комнате поблекли, и проявилась серость мира у Грани.

Холодный промозглый ветер проникал под одежду, вымораживал человеческое тепло, промораживая до костей. Она осмотрелась вокруг в поисках уже знакомого радужного сияния Грани. В этот раз на ее руках и рядом с ней не было никакого тела. Почему-то на Альке не было обуви, и она шла по ледяной комковатой промерзшей почве, осторожно переставляя ноги. Острые грани впивались в подошвы ног, раня их и раздирая кожу. Алые капли крови горели на темно-серой земле словно огни.

Она шла туда, куда ее вело сердце, не видя в серости окружающего мира почти ничего. Зная, что там впереди совсем недалеко Грань, разделяющая мир живых и мир мертвых.

— Вееель! Вельмер! Ты где? — прокричала девушка. Звук вырвался из ее горла, обдирая ледяными кромками нежные ткани, разгоняя серый густой туман.