- И? - подтолкнул Родя вновь умолкшего вора. Краюха усмехнулся и сказал:

- Наш опознал одного.

- Горделадзе?

- Тогда я не знал, что это Горделадзе, - ответил Краюха. - Узнал позже - случайно увидел его по телевизору, в "Эпицентре"... Но браток был определенно доволен: он как будто еще до начала "опознания" был уверен, что фото станет козырным.

* * *

Родя посмотрел на Обнорского, сказал:

- Резюмирую: двадцать восьмого июля из автоматической камеры хранения киевского вокзала в период с шестнадцати до девятнадцати часов была совершена кража "дипломата" черного цвета. "Дипломат" принадлежал Отцу или его команде. Содержимое нам неизвестно... Кражу дипломата предположительно совершил Георгий Горделадзе. И люди Отца сумели его вычислить.

Обнорский внимательно посмотрел на Каширина и сказал:

- Вот теперь мужики, я ни хрена не понимаю.

* * *

Информация, которую принес Каширин, действительно совершенно не вписывалась в уже оформившуюся версию: Горделадзе - пешка, обдуманно принесенная в жертву в большой игре. Конечная цель игры - сериал "Украина без Бунчука". В этой версии "вытанцовывалось" все, оставалось провести не так уж много оперативных мероприятий, чтобы завершить расследование и написать в титрах: действующие лица и исполнители. И перечислить всех поименно. Питерская бригада уже примерно наметила план будущих действий, но вдруг вылез некий вокзальный вор и смешал все карты.

- А я? - спросил Родя. - А я понимаю?

- Не может твой Краюха быть подставой? - спросил Коля.

- Во-первых, не похоже. Во-вторых, какой в этом смысл?

- Увести нас в сторону, - сказал Коля.

- Стопроцентной гарантии не дам, - ответил Родион. - Но мне представляется, чте Краюха был искренен... Не потому даже, что очень уж сильно хотел помочь нам, а потому что беспредел ненавидит.

- Да-а, - протянул Андрей. - Твой Краюха смешал весь пасьянс.

- Ну извини...

- Что извиняться? Во-первых, надо позвонить. Звереву и навести дополнительные справки о Краюхе. Я понимаю, что если бы Краюха был урод, Сашка бы на него тебя не вывел... Но поговорить с Сашкой надо.

- Я позвоню, - кивнул Родя. - Перетрем тему.

- А во-вторых, - сказал Обнорский, - со всем этим (он сделал неопределенный жест рукой, очертил в воздухе нечто) нужно переспать. Давать все оценки будем утром.

Обнорский посмотрел на часы:

- Ну-с, господа, до отбоя и отхода ко сну у вас есть еще личное время. А я, с вашего разрешения, еще покатаюсь на метро.

* * *

Полковник Перемежко выглядел усталым.

- Плохо выглядите, Василь Василич,- сказал Андрей после взаимных приветствий.

- А вы себя когда в последний раз видели в зеркале? - ответил полковник.

- Понял, - ответил Обнорский.

Из тоннеля вынырнул поезд, похожий на длинную грохочущую змею. Перемежко и Обнорский вошли в вагон. В соседнюю дверь вошел человек, сопровождающий полковника. Зашипел воздух, двери сомкнулись, и змея, стремительно разгоняясь, нырнула в черную нору. Андрей посмотрел на свое отражение в стекле, повторил: "Понял".

- В моем возрасте, Обнорский, нужно по вечерам дома сидеть, чай пить, сказал полковник. - А я тут с вами ношусь, как с писаной торбой... в конспирацию играю...

- Я все понимаю, Василь Василич... Помогите еще немножко. Скоро уж все закончится.

- Ну-ну... закончится, - скептически произнес полковник. Потом, меняя тон, перешел к делу: - Вас интересовал Заец Константин Григорьевич?

- Не только интересовал, но и сейчас интересует, - ответил Андрей. Он решил сделать вид, что ничего не знает о смерти Зайца.

- Убили Зайца, - сказал Перемежко мрачно и покосился на Андрея.

- Надо же, - пробормотал Андрей. - Какая неожиданность.

- Убили его, кстати, в Таращанском районе.

- Еще интересней... Подробности известны?

- Задушен в собственном джипе. Инсценировка разбоя.

- Почему инсценировка?

- Есть некоторые детали... Вам это ни к чему, - ответил полковник. Почему вы вообще заинтересовались Зайцем? Вы им интересуетесь, его убивают... Вы хоть понимаете, что, по идее, вас надо следствию отрабатывать? И я, как честный мент, должен был бы следствие поставить в известность, а не разводить тут с вами тары-бары...

- Он позвонил, предложил встретиться, - солгал Обнорский.

- Когда? Кому? Что конкретно говорил?

Обнорский рассказал о звонке Николая... Выглядело правдоподобно, но полной гарантии, что матерый аген-турист принял его слова за чистую монету, не было.

- Чем занимался Заец после увольнения из КГБ? - спросил Обнорский. Ответ на этот вопрос представлял немалый интерес.

- Весь его героический путь я вам сегодня осветить не смогу - из конторы Заец ушел аж при Советском Союзе, в девяносто первом. Знаю, что подвизался в каких-то охранных структурах. Их тогда расплодилось как собак нерезаных... Но подробностей про тот период жизни господина Зайца я не знаю. А в самом конце девяносто пятого года он создал собственную фирму. Называется "Гарант". Здесь (Перемежко положил на сиденье газету) копия лицензии, посмотришь сам. В "Гаранте" работают почти сплошь бывшие менты.

- А почему не чекисты? - поинтересовался Обнорский.

- Я вам уже говорил: в ГБ у Зайца не очень хорошая репутация. В таких делах они бывают весьма щепетильны.

- Понятно, Василь Василич... дальше.

- Дальше так: через год, в конце девяносто шестого, Заец "законтачил" с Эстером. И с тех пор фактически постоянно работает с ним. Формально "Гарант" самостоятельная структура, никак не связанная с Эстером и его командой. На деле, как говорят люди знающие, "Гарант" давно стал одним из отделов команды... Матвей Иванович Эстер - руководитель аппарата кабинета министров. Фигура далеко не самого крупного калибра, но его влияние определяется не должностью... В общем, это очень серьезный человек.

- Вот так? - спросил Обнорский механически. Собственно, нечто подобное он и предполагал. Даже при беглом знакомстве с Зайцем было очевидно, что на самостоятельную фигуру он не тянет. Он, разумеется, не пешка, но и не ферзь. При блиц-допросе в салоне "девятки" Заец не назвал ни одной фамилии... Однако намекнул, что знает эти фамилии...

- Вот так, - кивнул полковник. Помолчал, потом добавил: - Раз уж ты знаешь, кто тебе звонил с той таксофонной карты, то скажу... Не хотел говорить. Более того, не имею права. Но раз уж сам знаешь, скажу: эта карта еще раз "выходила в эфир". В день смерти Зайца с нее звонили одному высокопоставленному чиновнику.

- А фамилия?

- Вы меня удивляете...

- Понятно. Есть еще один щекотливый вопрос, Василий Василич.

- Щекотливый? Ваша щекотка может довести до инфаркта, - сказал полковник. - Что за вопрос?

- Василий Василич, вы слушали "кассеты Стужи"? - осторожно спросил Обнорский.

- Допустим...

- Ваш министр прямым текстом говорит о том, что за Горделадзе ходила наружка... Это так?

- До инсульта, Обнорский.

- Не понял.

- Ваша щекотка может довести не только до инфаркта, но и до инсульта, Андрей Викторович... Почему бы вам прямо у министра не спросить?

- Мне очень важно понять, кто реально следил за Горделадзе.

- Ты хоть понимаешь, о чем ты просишь?

- Да, я понимаю...

Перемежко долго молчал. Так долго, что Обнорский уже решил, что ответа на его вопрос не будет... Перемежко вдруг сказал:

- В общем, так. Учти, что я от своих слов всегда откажусь... Я не только ничего тебе не говорил, но даже ни разу с тобой не встречался... Понял? - Обнорский кивнул. - В июне или июле - сейчас уже не помню - вызвал меня замминистра... Вздрюченный весь, красный... Я его никогда таким не видел. В общем, вызвал, а сам мнется, как целка... Потом говорит: "Выручай, Василь Василич... Есть один урод - журналист... Надо на него что-то найти. Хоть что-то!.." А мне это надо? У меня серьезной работы полно и людей некомплект. Но заместителю министра не откажешь. Взял под козырек, сказал: