– Моя компания пытается встретиться с вами в течение двух недель, Брук, – в уголках глаз появились морщинки , но я не разделяла его веселья.

 – Я ездила по делам. В Европу.

 – Ах, – он понимающе кивнул, как будто он точно знал, о чем я говорила.

 – У вас было запоминающееся путешествие?

 – Да, спасибо, – мои щеки вспыхнули от внезапных воспоминаний о тех ленивых днях в объятиях Джетта. – Вы сказали, вы прилетели из Лондона?

 Он кивнул.

 – Вчера утром. Ваша соседка по квартире сказала, когда вы возвращаетесь, и я решил, что это лучший способ, чтобы поделиться с вами новостями, его серо-голубой взгляд оживился, когда он вынул лист бумаги. Мое любопытство изводило меня, я уткнулась в края чашки.

 – Я выиграла в какой-то лотерее? Потому что, если это так, то это ошибка. Я не участвую в лотереях, – я засмеялась, чтобы скрыть нервозность в моем голосе.

 – Нет, Брук – он толкнул лист бумаги в мою сторону, чтобы я смогла прочитать, что там было написано. – Это завещание.

 – Что? – нахмурилась я, беря бумагу. Мои глаза округлились , когда я прочитала заглавие, и внезапно перед глазами стало мутнеть , а я чуть не упала в обморок. Этого не может быть ! Но бумага у меня в руках твердила обратное : «Последняя воля и завещание Александра Лукаццоне».