У Белого дома

Между тем жизнь в Белом доме шла своим обычным чередом.

«…В воскресенье, 3 октября, – вспоминает А. Залесский, – на втором этаже приготовили две комнаты для богослужения: малую церковь и исповедальню. Принесли иконы, свечи и священническое облачение. И вот в помощь о. Алексею из Свято-Данилова монастыря приезжают монахи… У престола микрофон, а рядом в коридоре у широких открытых окон устанавливаются громкоговорители для трансляции службы на улицу. Литургия в осажденном Доме!… Но как жаль, что из двух тысяч человек, находящихся в стенах Верховного Совета, действительно молящихся не набралось более пятидесяти… А хорошо ли слышно на улице? Не выдерживаю и спускаюсь вниз… Дым от костров стелется по площади. Ходят люди туда и сюда…

А дальше, за оцеплением, Москва живет своей обычной жизнью».¹⁶⁷⁴

А вот воспоминания члена Союза писателей СССР, актрисы, Заслуженного деятеля искусств СССР Нины Кочубей: «За дни блокады, за дни "вечной темноты"… в коридорах скопилось немало мусора, пыли, окурков… Нахожу ведро, тряпку, щётки, пылесос… Я мыла и пела! На душе – странное дело -было радостно… Когда домыла на этаже последний подоконник, забралась на него, прислонилась спиной к оконному косяку, блаженно вытянула ноги. Из окна 6-го этажа отлично, как на ладони, вижу здание СЭВ, теперь – мэрии. Здание мрачно, без света… А вон там – Арбат. Всё какое-то серое… вдруг в этом сером пространстве вспыхнул огонёк… Да это же красное знамя! А вон – второе! Откуда? Кто их несёт? Боже, сколько народу, какая огромная человеческая толпа! Она движется сюда, к нам!… И я кричу во все лёгкие: "Трудовая Россия"! Они прорвались!" И все, кто был на этаже, прилипли к окнам».¹⁶⁷⁵

По свидетельству Р. И. Хасбулатова, в 15.00 он по обыкновению начал встречу с журналистами.¹⁶⁷⁶ Во время пресс-конференции спикер заявил: «Специалисты из ближайшего окружения Ельцина под пропагандистский шумок разрабатывают план штурма Белого Дома. Есть сведения, что к этому причастны специалисты других стран».¹⁶⁷⁷

Через полчаса пресс-конференцию прервало появление А. В. Руцкого. Он сообщил, что ему по радиостанции удалось поймать команду: «Стрелять по демонстрантам!». В это время за стенами Белого дома послышался шум. Когда журналисты бросились к окнам, спикер пошутил: «Что, начался штурм?» и отправился в свой кабинет. А когда пришел туда, выяснилось, что демонстранты уже прорвались к Белому дому.¹⁶⁷⁸

Сколько же их было? «По моим подсчетам, – пишет Э. 3. Махайский, -…на улицы Москвы вышло не более 50 тысяч человек – это с учетом сменяемости демонстрантов (одни уходили, а другие приходили). Одномоментно максимальное их число вряд ли превышало 35 тыс. человек». Возле Белого дома в момент снятия блокады Э. 3. Махайский насчитал около 25 тысяч.¹⁶⁷⁹

Когда грузовики перегнали демонстрантов и приблизились к заграждению, а стоявшее перед ним милицейское оцепле-

ние разбежалось, то на пути демонстрантов к Белому дому оказались поливальные машины и колючая проволока – «спираль Бруно».

«Между колючей проволокой и машинами, – пишет И. Иванов, – было около двух метров. Колючую проволоку сразу перепрыгнуть нельзя – слишком высоко и страшно запутаться».¹⁶⁸⁰ Сначала ее попытались «утрамбовывать», затем перерубили и растащили в разные стороны.¹⁶⁸¹

Но на пути к Белому дому стояли подогнанные друг к другу впритык поливальные машины. Некоторые демонстранты стали перелезать через них или же пролезать под ними. И тогда раздались призывы к водителям: «…У кого есть ключи зажигания от ЗИЛ-130, подойти и отогнать поливалки в сторону». После того как одну из машин удалось завести и отодвинуть в сторону, «образовался узкий проход» к Белому дому, откуда демонстрантов по мегафону звали к себе. И люди хлынули в этот «узкий проход».¹⁶⁸²

«Некоторые, – пишет А. Черкасов, – потом усматривали провокацию в том, что это "бутылочное горлышко" не было тут же перекрыто. На самом деле, такие попытки контратаки со стороны Калининского моста» все же предпринимались, но «успеха не имели».¹⁶⁸³

«Люди, – пишет Э. 3. Махайский, – от души радовались удавшемуся прорыву блокады. В окнах здания Верховного Совета, обращенных в сторону мэрии, их приветствовали депутаты и сотрудники Верховного Совета, а также милиционеры из внутренней охраны. В ответ слышались крики и скандирование: "Победа!", "Мы победили!", "Банду Ельцина под суд!", "Вся власть Советам!"». «Демонстранты заполняли "двор" в течение 10-12 минут». К одной из групп «прорвавшихся» подошли «блокадники» и стали объяснять, что они ждали прорыва вчера, во время событий на Смоленской площади.¹⁶⁸⁴

Этот факт мы можем рассматривать как дополнительное свидетельство того, что 2 октября действительно планировалось направить митингующих к Белому дому для его деблокирования и что этот план был согласован с руководителями Дома Советов. «Сразу за поливалками, стоя на краю метрового парапета во весь рост, тревожно вглядывался в суматоху на площади депутат Николай Павлов, – пишет И. Иванов. – К нему

подбегали, жали руки и уходили к 20-му подъезду на митинг. Часть людей бросилась на парадную лестницу. И тут началась стрельба».¹⁶⁸⁵

Кто же открыл огонь?

Как отмечалось, в упоминавшейся Справке Главного управления командования внутренних войск МВД РФ говорится, что после того, как «начался штурм заграждений», «огонь из стрелкового оружия» был открыт «со стороны Белого дома».¹⁶⁸⁶ Эту же версию повторяет генерал-лейтенант В. В. Огородников.¹⁶⁸⁷

Об этом же пишет А. С. Куликов. Он утверждает, что, когда между поливочными машинами был сделан проход, «огонь из стрелкового оружия» открыли «со стороны Белого дома», в связи с чем личный состав вынужден был отойти к мэрии.¹⁶⁸⁸ Однако А. С. Куликов не привел ни одного свидетельского показания, что стрелять начали сторонники парламента. Обходит он стороною и вопрос, по кому велась эта стрельба.

Администрация президента опубликовала специальную «цветную книгу», посвященную октябрьской трагедии 1993 г., под названием «Москва. Осень-93», но не смогла привести ни одного свидетельского показания (я подчеркиваю, показания очевидцев тех событий, а не милицейских начальников), что эта стрельба началась со стороны Белого дома.

Не отрицая того, что огонь в основном велся от мэрии, С. Чарный пишет, что стрельба от мэрии в значительной степени была спровоцирована тремя выстрелами из пулемета от Белого дома по милицейскому ограждению у мэрии.¹⁶⁸⁹ Имел ли место данный факт, сказать очень трудно. Но даже если допустить, что подобные выстрелы кто-то действительно произвел из Белого дома, следует признать, что провокаторы находились и в его стенах.¹⁶⁹⁰

Если, кроме приводимого С. Чарным факта, других подтверждений стрельбы из Белого дома в момент прорыва его блокады мы не имеем, зато в нашем распоряжении имеется множество свидетельств о стрельбе по демонстрантам. Вот некоторые из них.

«Пробиться сюда с Октябрьской площади, когда в Москве десятки тысяч милиции и ОМОНа, кажется настолько невероятным, – пишет А. Залесский, – что кто-то из депутатов

предостерегает: "Подождите, это, может быть, провокация". Не не похоже. Людей все больше и больше. Они улыбаются, приветствуют нас, обнимаются с нами, показывают кровоподтеки от ударов омоновских дубинок. Все больше флагов, изредка монархических. Появляются транспаранты "Трудовой Москвы". Хочу посмотреть, что делается на набережной и на Новом Арбате. Направляюсь вдоль стены навстречу прорвавшимся людям. И в этот момент начинается стрельба. Такое впечатление, что стреляют откуда-то сверху. Автоматные очереди. Заговорил крупнокалиберный пулемет (кстати, очень удачное выражение: заговорил). Журналист с фотоаппаратом ложится на асфальт. А я нагибаю голову, хотя понимаю, что это не спасет. Никогда не был под обстрелом. Позже говорили, что стрельба велась преимущественно поверх голов. Но я сам видел, как в медпункт пронесли… раненого с пулевым ранением».¹⁶⁹¹