16

16

- Дима, Димочка, – сквозь слезы причитал подозрительно знакомый голос, проникая через вату бессознательного состояния.

Я жив? Невероятно, но, походу это именно так.

С усилием приподнял веки, сфокусировав взгляд на зареванном лице Арины.

- Прости, я должна была остановить тебя, – продолжала корить себя девушка. – Зачем, ну зачем ты полез туда? Ты же мог погибнуть!

Она всхлипнула, лицо исказила гримаса боли от осознания возможной потери.

Подняв дрожащую как у паралитика руку, стер текущую слезинку с бархатистой щеки.

- Не плачь, оно того не стоит, – с усилием прошептал, даже не надеясь, что услышит.

- Стоит, ты этого стоишь! – твердо ответила девушка. – Ты должен жить, просто обязан, слышишь?!

- Слышу, не глухой, – устало подтвердил я, не имея желания спорить. – Как ты здесь оказалась?

Я оглядел дрожащую фигурку в прилипшем к телу платье, рефлекторно притянув к себе. Поверить не могу, что Арина рисковала собой, чтобы спасти почти незнакомого человека. Не жениха, не мужа. Я горько усмехнулся собственным мыслям, вспомнив ее последние адресованные мне фразы.

- Я разозлилась, ушла в номер, – начала отвечать на поставленный вопрос девушка. – Но не могла найти себе места. Потом все же спустилась вниз. Долго стояла перед дверью, не решаясь постучать. Но оказалось, что твой друг в помещении один, и где ты не знает. Твой телефон оказался отключен. Тихо матерясь сквозь зубы, Сергей приказал мне возвращаться к себе. А сам напялил ветровку и кроссовки, намереваясь искать безбашенного экстремала, как сам выразился. Меня с собой не взял, категорично рявкнув, что неча делать девушке под ночь на улице, еще и в такую погоду.

Арина зябко поежилась. Дождь закончился, но было ощутимо прохладно, а ледяные порывы ветра еще больше выстуживали мокрое тело. Я обнял крепче, делясь остатками тепла, хоть и сам замерз прилично. Устроившись удобнее, она продолжила рассказ:

- Я уже почти вернулась к себе, но беспокойство не оставляло. Почему-то засело в голове определение, данное тебе другом. Самым опасным в сложившихся погодных условиях является как раз море. И я, не мешкая, отправилась на берег. Как будто нить путеводная вела. Почему-то пошла к маяку, где под плеск ласкового тогда моря и зародились наши отношения. Не хмыкай, – строго осадила она меня, только я хотел вмешаться и пояснить, что зарождаться, собственно, и нечему было.

Но, вспомнив с какой отчаянной решимостью девушка бросилась мне на помощь, заткнулся, не произнеся ни слова из разрывающих мозг при воспоминаниях о причинах моего незапланированного купания.

- К тому моменту дождь уже лил как из ведра, ничего не было видно. Фактически я просто неожиданно споткнулась о ботинки, оставленные на берегу. А узнав небрежно брошенную на песок обувь, ужасно перепугалась. Несколько минут я вглядывалась в пляску обезумевших волн, силясь разглядеть пловца. А увидев, что ты тонешь, не думая ни секунды ринулась на помощь. Ну, вот и все, – завершила она, – дальше ты и сам знаешь.

- Зачем я тебе сдался, Аринка? – устало спросил я. – Чего ради было рисковать собственной жизнью?

Попытался подняться. Девушку срочно нужно было переодеть и отогреть. Да и мне не мешало бы под горячий душ. Зубы выбивали дробь, как ни пытался это скрыть.

- Дурак ты, – беззлобно воскликнула спасительница. – Ты приревновал меня к Володьке? Да что за чушь! У нас никогда ничего не было и не будет. Просто учились в институте вместе. И тут, столкнувшись случайно в чужой стране, разговорились.

- А зачем ты вообще пошла на улицу? – буркнул я, не в силах уложить в голове сказанное. – Неужели не могла дождаться меня?

Все-таки поднявшись на ноги, обхватил девушку за плечи, и, шатаясь, побрел в сторону оставленного на пляже имущества. Кто кого поддерживал – тот еще вопрос. Несмотря на продолжительное нахождение в холодной воде, хмель так и не выветрился до конца из головы, ухудшая координацию движений.

- Я и ждала, – спокойно ответила девушка на мой упрек. – А потом хотела быстренько забежать в магазин, пока не закрылся. Купить сангрии, тебе же понравился этот напиток, чего-нибудь еще вкусненького, – она не оправдывалась, просто констатировала. – На улице и столкнулись с бывшим сокурсником. А тут ты, как демон возмездия. Выставил меня перед знакомым просто ужас как, драться зачем-то полез. Вот и ляпнула в сердцах! –Арина с досадой сжала губы, видимо, вспоминая тот момент, а потом извиняющимся тоном добавила: – Даже не представляла, что у неосторожно брошенных слов могут быть такие последствия. Самое важное – это жизнь и здоровье, остальное поправимо. А ты решил рискнуть и тем, и другим.

Арина со злостью пнула так и лежащую около обуви пустую бутылку. Прекрасно поняв, что я не нашел ничего лучшего, как нажраться в одиночестве, и попробовать на крепость очередную вершину, бросив вызов разгулявшейся стихии.

А мне… стало стыдно за свое мальчишеское поведение. Психанул, не разобравшись в ситуации. Поддался депресняку, чуть было не лишившись жизни. Подверг опасности девушку, самоотверженно ринувшуюся меня спасать. Да и, будем честно смотреть правде в глаза, один бы я не выдюжил. Слишком вымотался в бесплодной и бесполезной борьбе, да и алкоголь только придает куража, но никак не добавляет выносливости.

- Спасибо, Ариш, – с чувством произнес я. – Ты спасла мою жизнь.

- А ты мою несколькими днями ранее, так что квиты, – с улыбкой ответила девушка, ощупывая пояс своего платья. – Эх, мобильник утопила из-за тебя, – расстроенно добавила через несколько секунд бесплодных поисков. – А, ладно, что ж теперь сокрушаться. Главное, что с тобой все в порядке.

Девушка имела обыкновение цеплять девайс за клипсу на пояс, чтобы не занимать руки всяческими сумочками. Я еще давно приметил эту привычку. Гаджет было жаль, все же недешевая штучка.

- Что ж ты не оставила на берегу, как я?

- Да знаешь, как-то не до того было, – невесело усмехнулась она. – А у тебя телефон жив? Хорошо бы другу твоему позвонить, все-таки волнуется парень.

А мне вторично стало неудобно, что она указывает мне на такие вещи. Перебаламутил всех, заставил волноваться.

- Он меня уроет! – провозгласил патетически, вытряхивая телефон из ботинка, куда заныкал от дождя.

- И правильно сделает. Ты-то хоть телефон не угробил? – она вытащила искомое из моих пальцев, оглядывая на предмет видимых повреждений и нажимая на кнопку включения. – Хочешь, я позвоню?

Вот не люблю, когда хватают мои вещи. Тем более настолько личные. Но сейчас почему-то ощущал себя вполне спокойно, как будто именно эта девушка имеет полное право вторгаться на мою территорию.

Как ни странно, работоспособность агрегата от нахождения под дождем не нарушилась, о чем свидетельствовала короткая трель, знаменующая включение.

- Если тебе не трудно, – я прямо в ее руках нажал на быстрый набор номера.

Может, это и не по-мужски, перекладывать оповещение на чужие плечи. Но ведь сама предложила, никто за язык не тянул.

- Сереж, я его нашла, – ответила абоненту, отодвинув трубку от уха и переждав длинную матерную тираду. – Да ничего, не извиняйся за экспрессивность фраз. Повод вполне весомый, – она рассмеялась в ответ на сбивчивые оправдания парня и уже серьезным тоном добавила: – Жив, здоров, находится на пляже на полпути к отелю.

Тем временем я крутил в руках записанную для Арины флешку, не зная, что с ней делать. Мелкой вещичке повезло меньше, она намокла и вся извозилась в песке. Но все равно отдал адресату. Вероятность, что информация сохранилась, была, а другого носителя для повторной записи не наличествовало.

С чувством выполненного долга сунул ноги в обувь, готовясь принять недовольство друга моим поведением.

Но Серега удивил. Перехватив нас на полпути, он только прошелся сканирующим взглядом по моей фигуре, выискивая повреждения. Скривился при виде насквозь мокрой одежды на обоих, сразу поняв причины. Поблагодарил спасительницу, принципиально игнорируя меня. Только рыкнул сквозь зубы пару нелицеприятных эпитетов в момент прояснения ситуации. Ну, да и ладно. Все равно я и без того знаю, что бы он мне мог сказать. Сам бы себе выдал не меньше.

Я непререкаемо отправил девушку переодеваться, заботясь в первую очередь о здоровье небезразличного человека. Мокрая одежда неприятно холодила кожу, а в отеле было ощутимо прохладно из-за работающих кондиционеров. Но сам я на дискомфорт внимания не обращал, не до того было. Душевные проблемы многократно превышали физические, делая их незначительными.

Девушка вскинулась, желая что-то возразить. Как будто она ждала совсем других слов. Но тут же опустила взгляд, обреченно кивнув.

Серый тактично оставил нас, дав возможность проводить Арину до двери. За которую, впрочем, меня никто не приглашал.

Прощание вышло комканым. Только и успел, что обнять, прижимая к груди и гладя мокрые пряди волос. Столько всего хотелось сказать. Но в голове царила гулкая пустота. Все нужные и такие важные сейчас слова как будто растворились без следа. Я стоял и, как дурак, тупо молчал. Именно тогда, когда нужно было рассказать о своих чувствах, мыслях, желаниях. Но я не смог…

- Иди уже, – грустно сказала Арина, когда вязкая тишина стала почти осязаемой.

Ненавижу прощания. А в особенности такие. Навсегда. Когда сердце рвется вслед. Когда нет возможности выразить словами весь тот хаос из мыслей, что обрушился на меня в момент закрытия двери.

В досаде саданул кулаком в стену, сбивая костяшки в кровь и оставляя на светлой поверхности алые следы.

Я не мог ничего исправить. Не мог остаться. Показал себя напоследок полным кретином. Кому такой нужен?

Резко и решительно развернулся. Стряхнув с пальцев капельки крови, побрел в сторону лифта.