— Ярик, все!! У нас Димулька родился!! Счастлив до безумия, и трясет всего от родов! Я в себя приду, заеду за тобой, поедем в Каменку.

Санька приплясывал, прыгал, целовал бабу Лену, вопя от восторга:

— У меня братик, братик Димка теперь есть!!! Я побёг к Шишкиным, — выскочил и понесся к бабе Тане.

— Баб Таня, братик Димка родился у меня!! — Голубые огромные глазищи сияли, он прыгал от радости, Ванюшка поднял его над головой:

— Все, Санька, ты теперь старший брат, будешь защищать и заботиться о малышке!!

— Дядя Ваня, я его так ждал, так ждал! — восторгался Санька.

А баба Лена плакала — и от радости за Горшковых и от печали за непутевого своего сыночка, Вершкова, рано ушедшего и не оценившего своих таких славных жену и сына.

Приехавшие вскоре Саша и Толик застали «накрытую поляну» — все уже поджидали счастливого папу. — Санька первым повис на папочке, никак не отцепляясь, вот и обнимали все обоих Горшковых. Наконец баб Таня, ворча, пригласила всех за стол. Толик же с изумлением крутил головой: столько народу, все такие шумные, искренне радующиеся за Сашку… У них столько друзей разных возрастов никогда и не было!

— Толика теребили со всех сторон, что-то спрашивали, он что-то отвечал, не вникая толком. А сам все удивлялся. К нему подлез Санька:

— Толик, а ты братика видел?

— Нет пока. Завтра поедем навещать.

— Толик, а я теперь его защищу всегда, он же маленький и пищит наверное, вон, как Лёшик у тети Вали.

— Лешик, сидя на коленях у деда, деловито и сосредоточенно грыз сушку.

— Я, Сань, смотрю, у вас тут много народу?

— Ты чё, это еще совсем мало, а когда праздники бывают, мы к Федяке всем… как это?..а, гуртом собираемся, тогда да! А ты у нас дома был?

— Не, Сань, пока не был!

— Знаешь, как там клёво, мне тут больше, чем в Москве нравится. Только вот, — он вздохнул, — в школу пойдем с девочками там. Толик, а пойдем купаться, наперегонки, а?

— Ну, пойдем, пойдем.

— Папа, мы купаться с Толиком!

Папа кивнул, и Толик с удивлением опять наблюдал, как в местной речке плещется детвора.

Особенно привлекла его внимание шустрая, растрепанная девчонка, у которой были изумительного цвета волосы, «серебристая блондинка, — подумал Толик, — явно, атаман», которая, забравшись на ветки ивы, с визгом и уханьем прыгала в речку, шумела, брызгалась — чистый пацан, а за ней и девчушки Козыревы, подражая ей, шумели и брызгались. А за всеми следил крупный, похожий на медвежонка, подросток.

С пригорка с шумом и свистом скатился Макс и с разбегу прыгнул в речку. А за ним, как-то манерно спускаясь, появилась девица… длинноногая едва прикрывающих попу джинсовых шортиках, она поморщилась, увидев орущую, визжащую детвору, и села в отдалении.

Толик заметил, как враз сникла девочка-атаман, она приуныла и как-то недобро смотрела на красотку. Макс же дурачился и плавал наперегонки с ребятней, ничего не замечая. Девчушка быстро собралась и куда-то убежала.