Дея вышла из ресторана за отцом и братом, но она уклонилась от моего взгляда, прежде чем я смогла прочитать её эмоции.

После того, как Драконисы исчезли, напряжение в ресторане уменьшилось, и все остальные не спешили уходить, смеялись и разговаривали.

Феликс решил вернуться в особняк с Анджело, Реджинальдом и Клаудией, в то время как мы с Грантом и Девоном направились к нашему внедорожнику. Время уже приближалось к полуночи, хотя из-за света и толпы туристов на Главной Аллее этого почти было незаметно.

— Я рад, что всё закончилось, — пробормотал Девон, засунув руки в карманы, когда мы шагали по тротуару. — Я ненавижу эти ужины. А Виктор Драконис просто говнюк. Можешь поверить, что он хочет обложить смертных ещё большими налогами? Иногда я думаю, что он не в своём уме.

— Почему ты так говоришь? — спросила я.

Он покачал головой.

— Потому что он постоянно докучает моей маме из-за смертных. Сделай с ними то, сделай это… как будто они его личная собственность или что-то в этом роде. Многим семьям не нравятся смертные, но Виктор поднял эту позицию на новый уровень, довёл до новой крайности.

— Он лишь пытается сделать то, что лучше для семей, — заметил Грант. — И он прав. Мы держим в узде монстров для деревенщин, мы делаем всю опасную и грязную работу, а они платят нам за это отнюдь недостаточно.

Девон пристально на него посмотрел, но Грант лишь пожал плечами.

— Я не единственный в семье Синклеров, кто так думает, — продолжил Грант. — Все уважают твою маму. Но они также видят, что получают другие семьи и хотят того же.

Девон фыркнул.

— Ты имеешь в виду, что позволяют им Драконисы.

Грант снова пожал плечами.

Мы собирались повернуть на боковую улицу по направлению к машине и покинуть Главную Аллею, когда я краем глаза увидела быстрое движение. Возле киоска с мороженным стояла Дея и махала мне рукой.

— Я через несколько минут догоню вас, ребята, хорошо? Хочу ещё мороженного.

Девон весело посмотрел на меня.

— Ты снова голодная? Феликс был прав. Ты действительно бездонная бочка.

Я смогла выдавить улыбку. Девон покачал головой, но потом они с Грантом пошли дальше. Я встала в очередь у киоска, как будто действительно собиралась купить мороженное. Как только я удостоверилась, что Девон с Грантом исчезли в толпе, я подошла к стоящей в тени Деи.

— Чего ты хочешь?

Она огляделась по сторонам. Интересно, она ищет Девона и Гранта или Блейка? Наконец она снова посмотрела на меня.

— Послушай, скажи Феликсу, что мне жаль, хорошо? — попросила Дея.

— Жаль? Значит тебе жаль, что ты обращалась с ним, как с грязью? Лучше уж тебе сказать это самой.

Я хотела отвернуться, но она подняла руку.

— Если дотронешься до меня, я заставлю тебя съесть мой кулак, — прорычала я.

Её глаза сузились.

— Если хочешь, можешь попробовать.

Мы сердито друг на друга уставились, но через мгновение Дея вздохнула.

— Просто скажи Феликсу, что мне жаль, пожалуйста, — снова попросила она. — Он поймёт. Он знает, каков мой брат.

— Твой брат — монстр, равно как и твой отец. Может тебе и не нравится то, что Блейк делает с другими людьми, но ты всегда с ним соглашаешься. Я просто не понимаю, что нашёл в тебе Феликс.

Она ахнула, а её лицо побелело от шока.

— Ты знаешь? Обо мне и Феликсе?

— А как не знать, когда он подарил тебе розу в зале для игровых автоматов. Вам действительно нужно быть более осторожными.

Её руки сжались в кулаки, и она сделала угрожающий шаг вперёд.

— Если кому-нибудь расскажешь об этом, даже одному человеку…

Я закатила глаза.

— Ага. Тогда ты вытащишь мои кишки через нос. Я тебя поняла. Не переживай. Твой драгоценный маленький секрет никто не узнает, — на этот раз угрожающий шаг вперёд сделала я. — Но Феликс хороший парень, и если ты или твой брат причините ему боль, неважно, каким способом, тогда сожалеть придётся вам. Ясно?

Дея дёрнула головой, что я расценила как «да». Затем она в последний раз сердито посмотрела на меня и убежала, слившись с толпой.

Я осталась стоять на месте, сосредоточившись на звуках и толпе на тот случай, если Блейк решил последовать за своей сестрой и теперь поджидал меня в тени. Но я не обнаружила ничего подозрительного, поэтому направилась в сторону стоянки. Грант с Девоном, вероятно, уже начинали терять терпение… Зазвонил мой телефон. Сначала я не хотела брать трубку, но был лишь один человек, кто мог мне позвонить. Он захочет услышать все грязные детали о сегодняшнем вечере. Я вытащила телефон из сумочки и ответила на звонок.

— Привет малышка, — прозвучал голос Мо. — Ну и как прошёл твой первый семейный ужин?

— Напряжённо.

Он рассмеялся.

— Да, могу себе представить. Выкладывай.

Я рассказала ему некоторые детали, в том числе о том, как Виктор подталкивал Клаудию и другие семьи обложить новым налогом смертных.

— Ты видела Виктора? — спросил Мо резким голосом. — Ты находилась с ним в одной комнате?

— Да.

Мо замолчал, но я слышала, как он стучит пальцами по прилавку. Он делал так только в том случае, когда волновался. Мы никогда об этом не говорили, но Мо очень хорошо знал, что Виктор и Блейк сделали с моей мамой.

— Расскажешь более подробно позже, — в конец концов сказал он. — Я звоню ещё по другой причине. Я наконец-то выяснил, на кого работает тот бухгалтер, охранники которого напали на Девона в ломбарде.

Последовала драматическая пауза. Я закатила глаза, хотя он не мог меня видеть.

— И на кого же…

— На Синклеров. Бухгалтер работает на семью Синклеров.

Я нахмурилась.

— На Синклеров? Но зачем охранникам, которые работают на бухгалтера Синклеров, нападать на Девона? Это не имеет никакого смысла…

Вспыхнула вывеска над киоском с мороженным, и ярко-красный свет напомнил мне рубиновое ожерелье, которое я украла — ожерелье, о котором кое-кто шутил сегодня вечером за ужином.

Но как один из Синклеров мог узнать об этом ожерелье? Я же никому о нём не рассказывала, а Мо никогда не сплетничал о подобных вещах. Трое охранников были мертвы, так что узнать об этом могли только… если рассказал сам бухгалтер. А я в этом сомневалась, так как бухгалтер, без сомнения, хотел сохранить лицо и будет держать свой роман в секрете.

Но что, если трое охранников успели проболтаться за то время, что прошло с ночи кражи до нападения в Раззл Даззл? Что, если они поделились этой сочней сплетней с человеком, который нанял их, чтобы напасть на Девона?

Я замедлила шаг, пытаясь привести мысли в порядок. Но как только сделала этот первый вывод, всё остальное быстро встало на свои места. Как части правильно сложенной головоломки. Личность человека, шутящего с Реджинальдом о бухгалтере.

Раз.

Мой взгляд метнулся к входу в игровой зал. И я вспомнила, как несколько дней назад видела именно этого человека, разговаривающего с охранниками Волковых, прямо перед первым фальшивым свиданием Девона с Поппи.

Два.

Тот, кто всё знал о таланте Девона, так как жил с ним под одной крышей.

Три.

— Грант, — прошептала я.

— Что? Что ты сказала, Лайла? — спросил Мо.

— Это Грант, — повторила я. — Он тот, кто стоит за нападениями на Девона. Тот, кто всё это организовал.

— Ты уверенна? Для чего ему это? Он семейный брокер. Подняться ещё выше в семейной иерархии невозможно.

— Именно, — пробормотала я. — Вот откуда Грант знал бухгалтера и его охранников. Во всяком случае достаточно хорошо, чтобы нанять для подработки. А поскольку он брокер, у него есть доступ ко всем деньгам Синклеров. Достаточно, чтобы нанять нескольких охранников Волковых для второй попытки.

Чем больше я об этом думала, тем больше всё обретало смысл. Затем мне в голову пришла другая, более пугающая мысль.

— О нет, — прошептала я, скорее себе, чем Мо. — Грант сейчас с Девоном.

Наедине. На тёмной стоянке. В том же месте, где Девон уже однажды попал в засаду той ночью, после вечеринки в канун Нового года, когда его отца убили.

— Грант попытается снова, — сказала я и бросилась бежать. — Позвони Клаудии! Расскажи ей, что происходит! И отследи мой телефон!

— Лайла подожди…

Я просто повесила трубку, приподняла куртку и сунула телефон в один из потайных карманов на поясе. Затем сделала глубокий вдох и помчалась к стоянке. Мои каблуки стучали по булыжной мостовой. Они издавали слишком много шума, чтобы в них можно было к кому-то подкрасться, поэтому я остановилась, чтобы сорвать туфли с ног. Моя сумка и туфли выпали из рук, но я побежала дальше. Булыжники были ещё тёплыми после солнечного дня, хотя небольшие камешки и осколки стекла впивались мне в подошву. Я стиснула зубы от боли и побежала дальше.

Когда я добралась до края парковки, я заставила себя остановиться и спрятаться в тени.

Осталось всего несколько машин, так как большинство членов семей уже уехали. Но перебегая от одной тени к другой, мне удалось приблизиться к той части стоянки, которая была зарезервирована для Синклеров. Наконец я остановилась, присела на корточки и заглянула за угол чёрной спортивной машины, на боковой двери которой красовалась фазенда Салазаров.

В десяти метрах Грант и Девон стояли, прислонившись к нашему внедорожнику. Я выдохнула.

Может быть я всё-таки не опоздала. Тем не менее я осталась в тени, вглядываясь в темноту вокруг. Потому что если Грант собирался напасть на Девона, он не будет действовать в одиночку. Для этого он был слишком трусливым.

— Где пропала Лайла? — спросил Девон. — Думаешь, с ней что-то случилось?

— Нет, — ответил Грант, в его голосе слышалась насмешка. — Вероятно, она решила ещё быстренько очистить пару карманов на Главной Аллее.

— Почему ты так говоришь?

— Она воровка, Девон, — ответил Грант, и на этот раз насмешка в его голосе прозвучала отчётливее. — Вы с Феликсом могли об этом забыть, но не я.

— Лайла больше, чем просто воровка.

— Почему? — спросил Грант. — Потому что ты пытаешься к ней подкатить? Не будь дураком. Эта девушка ходячая неприятность. Единственная причина, по которой она всё ещё находится в особняки, вероятно, заключается в том, что она всё там вынюхивает, пытаясь выяснить, что взять с собой, когда исчезнет.