Подобный случай садистских проявлений также осуществлялся на почве комплекса Электры, поэтому, рассматривая его, не стоит сосредоточиваться лишь на одной из множества возможных интерпретаций.

В современной психологии, рассматривая предпосылки возникновения комплекса Электры, исследователи указывают на семьи, где установлен ярко выраженный матриархат. В подобных случаях мать является главой семейства, и зачастую она бывает излишне требовательна к собственным детям. Девочка воспринимает маму как человека сильного и в некоторой степени агрессивного. Таким образом, она обращает особое внимание на своего отца, который является символом «тихой гавани», он мягок и нежен, он резко отличается от жесткой и требовательной матери.

Предпосылками развития комплекса Электры у девочки в данном случае могут стать агрессивное поведение матери по отношению к ребенку и к супругу, особенно если мать избивает девочку (ситуация обратная описанной выше). В таком случае девочка испытывает подсознательное стремление к ласке отца, в ней зарождается ненависть к матери.

Теперь же, выяснив, что такое комплекс Электры и как он может выражаться в человеческой психике, перейдем к совершенно иной стороне данной проблемы и попытаемся осмыслить эротические контакты дочери и отца в категориях эстетики.

Наиболее интересными моментами, которые могут быть при этом акцентированы, можно назвать выработку женщиной идеала (и проводимую при этом почти мифологическую реконструкцию образа отца) и творческий потенциал, возникающий на почве невроза, появившегося как реакция на несовместимость совершенного двумя людьми поступка с моральными нормами, существующими в данном обществе.

Каждая женщина явно или подсознательно знает о том, что идеал мужчины, сформировавшийся в ее воображении за годы подросткового созревания, имеет нечто общее с личностью и внешними данными ее отца. Можно говорить даже о неискоренимой тенденции к подобного рода мифологизации родительской личности (как у женщин, так и у мужчин), которая, возможно, и дала повод доктору Фрейду заявить о совершенном им открытии: несомненном существовании в психике каждого человека хотя бы зачатков пресловутых комплексов.

Нет ничего неестественного или патологического в том, чтобы ребенок, все детские годы которого проходят в постоянном общении с матерью и отцом, позаимствовал их образы, манеру держаться, одеваться, интонацию голоса, мировоззренческие установки как образцы для своего собственного поведения. Дети мужского пола принимают составляющие личности отца как сигнал к действию и работе над собой, дети женского пола точно так же воспринимают свою мать. В то же время, получив установку на гетеросексуальное поведение и поиск партнера противоположного пола, помимо собственного образа, они начинают формировать и образ своего партнера, образцом для которого становится для мальчиков мать – лучшая женщина на свете, а для девочек отец – самый красивый и сильный мужчина из всех, кого они знают.

Постепенно, с ходом лет образ родителя противоположного пола мифологизируется, обрастает вторичными чертами (которые могут заимствоваться от актеров, политиков, просто знакомых мужчин – представителей отцовского типа). Наконец, что обычно происходит с наступлением совершеннолетия, формирование образа можно считать окончательно завершенным. С этого самого момента молодая женщина руководствуется им в поиске партнера, причем она подходит к поиску именно с точки зрения длительности возможных отношений (ведь отец в семье должен быть всегда).

Всех встреченных мужчин она начинает отсеивать и как бы тестировать на наличие у них желанных ее сердцу качеств. Если мужчина не подходит под предъявляемые требования, его кандидатура незамедлительно отметается. Если же хотя бы небольшая надежда на совпадение есть, данный кандидат оставляется в пространстве досягаемости или же (в случае высокого процента совпадения) попадает в «обработку».

Иногда, в случаях, когда мифологизация образа отца приближается к патологической, все мужчины, с которыми данная девушка или женщина будет иметь связи или просто флирт на протяжении своей жизни, окажутся избранными «по образу и подобию» родителя. Правильность данного тезиса можно легко проследить, например, на героях фильмов Андрея Тарковского, который из сюжета в сюжет переводит один и тот же тип мужчины (отец) и один и тот же тип женщины (мать).

В подобных случаях можно говорить о том, что счастье в личной жизни субъект комплекса Электры связывает непосредственно с отысканием мужчины, походящего на отца. Если таковой найден, то, возможно, даже некоторые несоответствия его идеалу не помешают провести какое-то время в эйфории. Однако по прошествии времени (и этот процесс является неизбежным) женщина осознает, что выбранный ею партнер все же в недостаточной степени похож на отца, что он, скорее, отличен от него, и это понимание становится трагическим фактором в ее судьбе.

Женщина может воспринимать каждое очередное расставание как еще одну ступень к вечному одиночеству, а может выработать концепцию собственной непригодности к браку, неспособности к общению с представителями противоположного пола, и прийти в конце концов к избранию монашеского образа жизни. Другим же вариантом реакции на осознание комплекса Электры может стать протест против образа отца, выраженный в выборе мужчины противоположного типа.

Так, если ее идеал представляет собой высокого брюнета атлетического телосложения, контактного, с хорошим чувством юмора, гуманитарного склада ума, она вполне может остановить свой выбор на невысоком блондине, склонном к полноте, замкнутом и интересующемся точными науками. Возможно, предложенный нами пример несколько гиперболизирован, однако принцип вытеснения рассматриваемого нами комплекса именно таков.

Невроз, в основании которого лежит комплекс Электры, может проявляться как у девушки, стремящейся к интимной связи с отцом или вступившей в таковую, так и у ее отца. Как мы уже говорили, каждый человек на протяжении всей своей жизни находится под прессингом морально-этических и законодательных нормативов, исполнение которых воспринимается как обязательное. К числу последних относится и запрет на кровосмешение. Именно поэтому, даже не совершив ничего предосудительного, а только имея скрытое стремление к нему, как отец, так и дочь должны чувствовать вину и пытаться избавиться от нее.

Вытеснение комплекса Электры может происходить множеством способов. Наиболее частым являются попытки сублимации симптомов невроза в разного рода творческих проявлениях. Знаменитые актеры Клаус Кински и его дочь Настасья могут служить примером того, как случайная связь отца и дочери стала побуждающим фактором к талантливым проявлениям обоих в кинематографе.

Когда о связи этих людей стало известно бульварной прессе, Клаус и Настасья испытали большие психологические сложности, так как больше не могли скрывать своих чувств и должны были как-то реагировать на посыпавшиеся на них со всех сторон вопросы. Спустя некоторое время любопытство людей стало уменьшаться, однако не угасло чувство вины, которое выразилось в творческих поисках обоих актеров.

Подобные же явления можно найти и в истории мировой литературы, в поэзии, в музыке, где кровосмесительные связи между писателями, поэтами, музыкантами и их близкими родственницами выливались в создание замечательных произведений (в качестве примера можно назвать Людвига ван Бетховена, ощущавшего буквально роковую страсть к своей племяннице и посвятившего ей множество лирических пьес).