— Что ты делаешь? — Теперь голос Зарна превратился в хриплый шепот.

— Посмотри на меня, — пробормотала она, вытянув руки по бокам. Она, конечно, не модель «Виктории Сикрет», но изгибы во всех нужных местах имелись, и Лорен это осознавала. Её обнаженные груди были полными и упругими, а вишнево-коричневые соски сжались от прохладного воздуха. Аккуратно подстриженные черные кудряшки между бедер скрывали нежные и манящие складочки.

— Зачем ты это делаешь? — потребовал он, пожирая её тело жадным обжигающим взглядом, от чего Лорен чувствовала себя ещё более обнаженной.

— Я хочу, чтобы ты на меня посмотрел, — четко произнесла Лорен. — Не только как на сексуальный объект или самку с отличной родословной. Посмотри на меня, посмотри на Лорен. Девушку, с которой ты так долго беседовал.

— Я смотрю на тебя. — Он перестал блуждать взглядом по её телу и заглянул в глаза. — Но всё равно не понимаю.

— Я прошу тебя помочь мне, — тихо сказала Лорен. — И думаю, ты мне поможешь.

— С чего бы это? — В его голосе послышалось беспокойство.

Лорен шагнула ближе, пока не почувствовала жар его большого тела обнаженной кожей.

— Потому что ты одел меня, когда я замерзала, и накормил, когда голодала. Потому что ты утешал меня, когда я грустила. Ты заботливый, Зарн — я знаю это. Так что, пожалуйста, помоги мне.

— Я не могу. Я не должен. — Но на этот раз он не отшатнулся от нее.

— Можешь, — заверила его Лорен. Взяв его руку, она осторожно положила её между обнаженных грудей, прижала его ладонь к гладкой коже. — Почувствуй, как бьется мое сердце. Посмотри мне в глаза. Ты можешь взять меня, если хочешь… я не буду сопротивляться. Только не… не позволяй ему изнасиловать меня. Пожалуйста.

Зарн посмотрел на свою большую руку, лежащую между её грудей, а затем снова заглянул в её глаза.

— Я…

Его прервал раздавшийся снаружи топот ботинок.

Лорен с тревогой посмотрела в открытую дверь корабля:

— Что?..

— Быстрее! — Зарн подобрал плащ и, завернув в него Лорен, одним движением втолкнул её в камеру. — Молчи, — тихо предупредил он. — Не привлекай к себе внимание.

— Но ты поможешь мне? — прошептала она, умоляюще взглянув на него. — Пожалуйста, Зарн!

— Мы поговорим об этом позже. — Он захлопнул дверь у Лорен перед носом, и она услышала, как щелкнул замок.

В маленькой, освещенной верхним светом камере не оказалось ничего, кроме прикрепленной в углу скамьи. Стараясь не расплакаться, Лорен посильнее закуталась в его плащ и съежилась на скамье. Достаточно ли сильно она дорога Зарну, спасет ли он её от своего отвратительного папаши?

Лорен опасалась, что не узнает этого, пока не станет слишком поздно.

Глава 26

— Это глупо, — пробормотала Кэт себе под нос. — Ну уж нет… я не собираюсь загибаться из-за собственной гордости.

Сквозь пелену боли она нащупала кнопку на своем головизоре, лежащем на тумбочке рядом с кроватью. Хотелось бы ей пользоваться тинк-ми, как Лив и Софи, но незамужним женщинам не разрешалось пользоваться телепатическим мобильником по версии Киндредов. И это не дискриминация по половому признаку, а скорее вынужденная мера. Без ментальной связи с Киндредом, обеспечивающем защиту сознания, она могла передать передать свои мысли куда угодно, в том числе подслушивающим Скраджам.

«Не то чтобы всеотец захотел бы услышать о моей головной боли, — устало подумала она. — Вероятно, он слишком занят подготовкой очередного зловещего вселенского заговора, чтобы переживать об одной глупой землянке, которая случайно по ошибке связала свою душу не с теми парнями».

Ей чертовски не хотелось звонить Локу или Дипу, но она понимала, что без них боль не пройдет. Сейчас всё было почти так же плохо, как в пещере на Твин Мунс. Как ей вообще пережить этот ментальный развод, если она абсолютно не способна здраво мыслить?

«Возможно, мне стоит позвонить Локу. Нет, ему будет больно прикасаться ко мне без Дипа». Но, черт возьми, сейчас она правда не желала иметь ничего общего с Дипом. Особенно после их последней встречи. Её палец нерешительно завис над кнопкой вызова, когда раздался стук в дверь.

— Иду, — простонала она, с трудом поднимаясь с постели. — Уже иду, просто подождите. — Она щелкнула выключателем, и дверь с тихим шелестом открылась, являя перед ней весьма встревоженного Лока.

— Миледи? — Лок вовремя вошел внутрь и тут же подхватил пошатнувшуюся Кэт на руки. — Кэт! — Он с тревогой взглянул на нее. — С тобой всё в порядке? Я почувствовал твои боль и страдания — и забеспокоился.

Кэт с трудом улыбнулась.

— Всё то же самое. По-моему, я уже начала привыкать к боли. — Он вздохнула. — Где Дип?

Красивое лицо Лока скривилось.

— Не знаю и знать не желаю.

— Что? Вы двое действительно поссорились? — спросила она, когда он отнес её в спальню и осторожно опустил на кровать.

— Он перешел все границы дозволенного. — Лок стащил рубашку и забрался в постель, улегшись рядом с Кэт.

Кэт с облегчением вздохнула, почувствовав его руку на своей. Она даже не запротестовала, когда Лок осторожно стянул её блузку через голову, оставив её в одном лифчике.

— Мы должны позвать его, даже если ты возражаешь, — пробормотала она, когда Лок притянул её к себе ближе, прижавшись широкой грудью к её спине. — Я не хочу причинять тебе боль.

— Боль — пустяк, — тихо заверил её Лок. — Она более чем стоит того, чтобы побыть рядом с тобой, миледи. Особенно когда… — Его голос на мгновение дрогнул. — Когда я так скоро потеряю тебя.

— Ох, Лок… — Кэт почувствовала его нарастающую печаль — это чувство утраты оказалось невероятно мощным, почти удушающим. И тем не менее она не отстранилась и не попыталась уйти. Вместо этого развернулась в его объятиях и притянула к себе. — Мне жаль, — прошептала она в его плечо. — Мне очень жаль.

— Мне тоже. — Казалось, Лок вот-вот заплачет. Он дрожал всем своим большим мускулистым телом. Кэт, желая утешить, лишь крепко сжала его в своих объятиях. — Я люблю тебя, Кэт, — судорожно всхлипнул он. — И мысль о том, что завтра мы потеряем то немногое, что нас связывает, кажется мне убийственной. Словно наступит конец всему.

— Я люблю тебя, — призналась Кэт. — И… я чувствую, что могу полюбить Дипа. Если бы он только захотел этого.

Лок напрягся в её объятиях.

— Он не будет… Он не будет… Нет смысла даже думать об этом. Нет надежды. — В его горле зародилось низкое рычание. — Боги, лучше бы я не был связан с ним.

— Не говори так, — тихо ответила Кэт. — Вы братья-близнецы. Вы должны быть вместе.

— Как мне находиться рядом, когда он уничтожает единственные отношения, которые когда-либо имели для меня значение? — потребовал Лок. — То, что он делает с тобой… с нами… я не смогу этого простить.

— Конечно, не сможешь. — Прозвучавший новый голос поразил их обоих.

Кэт вскинула голову и увидела, что в дверях спальни, прислонившись широким плечом к дверному косяку, стоит Дип. На его смуглом лице застыла насмешливая маска, а глаза полыхали яростью.

— Ну и ну, — пробормотал он. — Вы так уютно устроились. Я бы присоединился к вам, но не думаю, что эта кровать достаточно большая для троих.

Лок сел, сжимая Кэт в защитных объятиях.

— Ты что здесь делаешь? — прорычал он.

— То же самое, что и ты, дорогой брат. Ко мне воззвала боль малышки Кэт — меня притянуло сюда словно магнитом, через всю станцию, прямо из сектора несвязанных самцов.

Лок сверкнул карим взглядом.

— Что ты там делал? Ты же не несвязанный!

Дип приподнял бровь:

— Практически да. И вообще, какая тебе разница?

Кэт встревоженно переводила взгляд с одного близнеца на другого. Она точно не знала, что происходит в секторе несвязанных мужчин, — но догадывалась, что во всем этом имелся какой-то сексуальный подтекст. Она никогда не слышала о проститутках на борту материнской станции, но судя по смутным шепотами и слухам, существовала какая-то форма сексуального освобождения, доступная несвязанным браком мужчинам. Что имело смысл, учитывая невообразимое количество тестостерона у альфа-воинов.

— Большая, потому что это неуважение к миледи Кэт, — прорычал Лок. — Но почему я ожидал чего-то другого? Ты никого не уважаешь. Не заботишься ни о ком, кроме себя.

Дип вскинул руки.

— Вот такой вот я эгоистичный ублюдок, которому насрать на всё, что тебе дорого. Разрушающий твою жизнь.

— Да, так и есть! — Лок непроизвольно сжал руки в кулаки, его обычное добродушие сменилось ненавистью. Он начал вставать с кровати, но Кэт остановила его, опустив руку на плечо.

— Нет, — прошептала она, качая головой. — Пожалуйста, не надо.

— Позволь ему. — Дип указал на едва зажившие синяки на своем лице. — Если он может выражать свои эмоции только через кулаки. Почему бы и нет?

— Потому что. — Кэт возненавидела то, как слабо и прерывисто прозвучал её голос. Ей хотелось сказать что-то остроумное, съязвить. Хоть как-то разрядить витавшее в воздухе напряжение, так же будучи маленькой девочкой она иногда поступала, когда её родители ссорились.

«Если заставишь их смеяться, перенесешь их ненависть на себя, они прекратят ссориться, — прошептал тихий голосок в её сознании. — И возможно, больше не будут бить друг друга…»

Но ей ничего не приходило в голову.

— Пожалуйста, — тихо повторила она. — Пожалуйста, просто не надо.

— Не буду, миледи, прости меня. — Лок, словно защищая, обнял её. — Прости, что мы расстроили тебя, — пробормотал он ей в макушку.

Кэт зажмурилась, её захлестнули эмоции братьев. Печаль, беспокойство, чрезмерная опека Лока и ярость, отчаяние и ненависть Дипа.

Нет, не просто ненависть… а ненависть к себе. Кэт открыла глаза и увидела, как темный близнец ухмыляется ей, с наглостью на красивом лице. Но под этим взглядом, полным равнодушного презрения, она разглядела вспышку чего-то ещё. Его горе, невероятно глубокое, почти невыносимое. Настолько темное опустошение, что её сердце сжалось в груди.