– Госпожа Накви, вас там все ищут! Там сразу два гонца приехали! - пацаненок немного запыхался, но говорил исправно.

– Какие гонцы? Этого мне еще не хватало! Только жизнь начала налаживаться! Ладно уж, пошли, чудо в перьях! Веди меня, мой верный паж, туда, где кони, то есть гости! Что это я?

Мальчик побежал вперед меня в замок. Два гонца. Интересно, к чему бы это? Может к деньгам? Нет, вряд ли. Тогда, к войне…

Паж провел меня в Тронный зал. Ну, это надо же! В таком виде я там еще ни разу не появлялась! Ладно, сойдет. Раз всех собрали в Тронном зале, значит это серьезно, можно и в "кабацкой" куртке на свое законное место взгромоздиться.

Почему, когда я вхожу куда-то, все сразу пугаются? Потому что все боятся, что я, как существо крайне неуравновешенное, сразу схвачусь за ножичек и пойду направо и налево на присутствующих свои метки рисовать! Тут все было совершенно иначе. Все сидели с мрачными лицами, как будто кого-то хоронили. Я так подумала, что меня, потому что, когда я вошла, присутствующие в зале несказанно удивились. Как же это, Повелительница Эйнавен, собственной персоной явилась туда, где её все ждали!!!

Я громко со всеми поздоровалась. Шутить по поводу похорон не стала - слишком серьезные были лица вокруг меня. Даже страшно как-то. Я села на трон. Вперед вышел один вампир. Незнакомый, но на морду лица очень даже симпатичный. Да о чем я думаю?! Тут критическая ситуация, а я!

– Послание из Краса для Повелительницы Эйнавен! - вампир приблизился к трону, опустился на одно колено и преподнес мне свиток. Я неуверенно взяла его, развернула и бегло прочла. Видимо, это действительно война. Моя война. Я посмотрела на Ясеня. Он стоял, скрестив руки на груди, и с вызовом смотрел на меня, мол, обещала, я жду, моему народу грозит опасность. Жди дальше! Я - баба трусливая! А что теперь ему ответить-то? В смысле, гонцу? Сказать, чтобы гнал отсюда куда подальше?

– Спасибо за донесение. Вы можете быть свободны. Мне сообщили. Что сегодня у нас два гостя. Я хочу видеть второго. - Тут передо мной предстал дяденька лет 25. Хотя у эльфов не поймешь, сколько им лет. Может, ему все 125! А я тут губу раскатила!

– Меня зовут Тахир, Госпожа. Я - посланник и командующий войсками Делориана. На наших рубежах все спокойно. Я прибыл сюда для Охраны принцессы Лунары. - эльф держался гордо и независимо. Он чеканил каждое слово, и видно было, что общение со мной ему не по душе.

– Очень рада видеть вас в нашем государстве, но принцесса Лунара и без того не находилась в опасности в Долине. А если бы и находилась, то в обиду её никто не дал бы, поверьте мне. - Я искренне пыталась быть дружелюбной и милой. Но эльф как-то по - шутовски мне поклонился и, не отрывая глаз от пола, произнес:

– Охотно верю! - как мне хотелось ему нагрубить! Но надо было держать себя в руках: в зале находились все члены Совета Эйнавен.

– Очень приятно было познакомиться с вами, многоуважаемый Тахир! А сейчас, разрешите откланяться. - После этих слов, я встала, обошла эльфа стороной и, не попрощавшись, вышла из зала.

Когда дверь за мной захлопнулась, я остановилась. Кровь ударила мне в голову и болезненно застучала в висках. В мыслях было лишь одно слово: война. Его я боялась с детства. Одно лишь это слово было для меня страшнее смерти. Война - это тысячи и тысячи смертей, причем ни в чем не повинных существ. Кровь, крик, земля, огонь, холодный оскал мерцающей стали на поле боя, пустые глаза умершего существа, плач ребенка, который пытается спрятаться от меча за деревом, и шум, постоянный шум в ушах, когда знаешь, что смерть правит бал…

Я судорожно убрала волосы назад движением руки и уселась прямо на пол возле двери в зал. В горле стоял ком. Решение пришло само собой: я не могу позволить начаться войне. Я должна решить это сама, одна. Если надо будет, я отдам за это свою жизнь, лишь бы только не было войны. Надо что-то делать. Для начала лучше выяснить, с чем я имею дело. Как это выяснить? Глупый вопрос, слетать, да посмотреть! Когда? Лучше всего ранним утром, когда армии еще не будут готовы к обороне, но уже будут хорошо видны в свете дня. После этого нужно посмотреть, как их можно победить, не начиная войны. На этом моя решимость иссякла. Я готова была заплакать от безысходности, потому что прекрасно понимала, что без войны это вряд ли получится. Не реветь! Не реветь, кому говорят! Но слезы потекли сами собой. Последний раз я плакала, когда родилась. А это здорово помогает! Слезы, видимо, действительно смывают пыль с души.

Вот ирония судьбы! Столько проблем и все в один момент свалились на меня, на мои еще не окрепшие молодые плечи! Бедная я несчастная (пожалеть себя тоже не помешает)! Нет, ну а что я должна делать? Хвататься за оружие и бежать в одиночку истреблять этих бякинских завоевателей?! Уж лучше я сейчас наплачусь в зюзю, а потом и решимость придет, и все будет хорошо! Эх! Хоть бы кто обнял! А то сижу одна - еще обиднее становится!

– Никто не хочет этой войны, и никто не знает что делать. Но при этом никто еще не ревет, кроме тебя. Ты - Повелитель! Тебе по должности плакать не положено! А ты! Тоже мен великая и ужасная! - я начала утешать сама себя вслух. Из этого вышло, конечно же, мало толку. Надо бы уже линять отсюда, а то скоро все начнут выходить из зала. Конечно, не раньше, чем они поймут, что я не собираюсь возвращаться, но, тем не менее… я же не хочу, чтобы мои слезы кто-то видел.

В этот момент, как будто кто-то очень умный читал мои мысли, дверь тронного зала распахнулась и оттуда пулей вылетел Ясень, а за ним его Старейшины, стража и гонец. Причем дверь распахнулась с такой силой, что чуть было не прихлопнула меня, как неудачливого таракана после ночевки в хлебнице. Сразу было видно, что Повелитель Краса очень зол. У него даже внешность изменилась: выражение лица в стиле кабацкого вышибалы, крылья по ветру, чеканный шаг выдрессированного жеребца и… красные глаза. Нет, ну у меня глаза, конечно, тоже были красные, но не горящие же! Я вжалась в стену, лишь бы меня только не заметили.

– Да как они смеют! Считают себя самой сильной расой! Только пусть не забывают, что в десятой войне победа осталась за нами! - неизвестно по какому поводу распылялся Ясень. Чувствуется, скоро дело дойдет до обливания меня грязью. Любопытно.