А Дима весь вечер ни на шаг не отходил от Галки. Она сияла от счастья, млея от его ухаживаний, кокетливо улыбалась и застенчиво отводила в сторону глазки, когда он, склонясь к её ушку, о чём-то нежно ей нашёптывал. В танце он нежно её обнимал, а она, положив ему на плечо свою головку, так к нему прижимались, что мне казалось, что они вот-вот поцелуются.

Дома мы ещё долго вспоминали минувший вечер, мои танцы с ребятами, когда все с замиранием сердца ожидали оче­редного взлёта моей юбки. А Галка всё время о чём-то ду­мала и с таинственным блеском в глазах, за­думчиво улыбалась.

  ‒ Слушай, дорогая, ты случайно не влюбилась в Диму?

‒ Нет, что ты! – запротестовала Галя. ‒ Просто он очень прият­ный мужчина! – смущённо опустила она глазки.

‒ Ну, ну! ‒ иронично хмыкнула я. ‒ Приятный мужчина, как же! Весь в твоей губной помаде ходил!

‒ Да, приятный и очень милый! А может у меня с ним…

‒ Ладно! ‒ махнула я рукой. ‒ Не нужно передо мной оправдываться. Ты самостоятельная женщина и имеешь полное право устраивать свою личную жизнь так, как считаешь нужным! А Дмитрий Степанович мне тоже очень симпатичен. Если у тебя с ним что-нибудь получится я буду только рада за вас обоих.

Слухи

Начались трудовые будни. Пахать приходилось с утра до поздней ночи. За время моего пребывания на новой должности, я разработала проект увеличения денежных оборотов за счёт вовлечения в схему но­вого страте­гического партнёра из Юго-Восточной Азии. Партнёр уже дал нам своё согласие на участие в проекте и теперь коллектив нашего предприятия готовился к предстоящим переговорам.

Проводить переговоры я была намерена без Галкиной помощи. Я всё начинала, мне и доводить всё до победного конца, ‒ решила я. Права и доверенность на ведение переговоров и подпи­сание «Протокола о намерениях» мне предоставил совет директоров и я была абсолютно уверена, что после визита к нашим азиатским коллегам, максимум через полгода, мы подпишем и контракт.

Огромную помощь в разработке проекта мне оказывала наша Леночка и Вадим Ва­силье­вич, с недавнего времени занимавший на нашем предприятии должность главного ин­женера.

Однажды, засидевшись допоздна в офисе, мы затронули тему слаборазвитых стран с богатыми природными ресурсами. В разговоре об Африке я вскользь коснулась нашего с Галкой знакомства с выходцами из Мали ‒ Адаез, Зубери и членов его большого, женского племени. Проницательная Леночка сразу же заинтересовалась нашими новыми знакомыми.

‒ Это вы в Америке познакомились?

‒ С малийцами? ‒ удивлённо посмотрела я на Леночку. ‒ Нет, во Франции.

‒ Так вы ещё и во Франции были? ‒ оживилась Леночка. ‒ Я думала вы только в Штаты летали. А в Париже вы были?

‒ Нет, в этот раз мы в Париже не были, ‒ отложила я бумаги в сторону. ‒ Мы отдыхали на Лазурном берегу, в Сен-Тропе ‒ это недалеко от Ниццы. Город красивый, уютный, природа чудесная, чистое и тёплое море. Могу фотографии показать, если хочешь.

Я достала со стола и разложила перед Леночкой с десяток фотографий, сделанных нами во время отпуска.

‒ А это где? ‒ указала Леночка на фото, сделанное в Марокко. ‒ На Францию что-то не очень похоже.

‒ Это мы с Галкой в Рабате ‒ в резиденции короля Марокко, ‒ стала я показывать Леночке наши фото. ‒ Это в Марселе, это в Андорре, это Барселона, а это Марракеш и Касабланка.

‒ А это где?

‒ Это мы в Фес, это в Мекнес, это Танжер, а это крепость-порт Эс-Сувейра в Агадире.

‒ Ух ты! ‒ воскликнула Леночка рассматривая цветные фотографии. ‒ А это где?

 ‒ Это мы катаемся на верблюдах по пустыне, а это в кафедральном соборе Санта-Ана, в Лас-Пальмасе на Канарах.

‒ А фотки твоих африканцев у тебя есть? ‒ с завистью рассматривая красочные виды, спросила Леночка.

‒ Есть одна, ‒ недоверчиво посмотрела я на Вадима Ва­силье­вича и достала фото, подаренное мне на память Адаез.

‒ Ого! ‒ воскликнул Вадим Ва­силье­вич, восторженно покачав головой. ‒ Вот это красотка! А что это у неё на голове?

‒ Корона, ‒ едва сдерживая улыбку, ответила я, глядя как он жадно вглядывается в фотографию обнажённой Адаез. ‒ Корона «Королевы нудистского пляжа».

‒ Здесь что-то написано, ‒ выхватила у него фотографию Леночка. ‒ Только не по-нашему.

‒ Это по-французски: «Королеве пляжа, Лане, от победительницы конкурса «Miss Nude of Pampellon», принцессы Адаез», ‒ перевела я с завистью смотревшей на меня Леночке.

‒ Принцессы? ‒ удивлённо спросила она.

‒ Да, она царских кровей. Её прапрабабушка Тин-Хинан со своей служанкой Такамат пришла в Мали и стала там царствовать. От неё произошло благородное племя туарегов, к которому принадлежит Адаез, а от её служанки ‒ племя вассалов.

‒ А кто такая Лана?

‒ Лана ‒ это я. Адаез меня так называла.

‒ Выходит ты тоже была королевой пляжа?

‒ Ну, выходит была, ‒ пожала я плечами. ‒ И не только королевой, я была ещё и чемпионкой пляжа по плаванию.

‒ Чемпионкой? ‒ восторженно посмотрела на меня Леночка. ‒ А медаль где? Тебе медаль дали?

‒ Дали, ‒ рассмеялась я. ‒ Только я её не взяла.

‒ Почему?

‒ Потому что я выиграла её у чемпионки Франции по плаванию в неофициальном соревновании. Я её пожалела ‒ она хорошая девушка. Мы с ней потом даже подругами стали.

‒ У чемпионки Франции? ‒ недоверчиво посмотрел на меня Вадим Ва­силье­вич.

‒ Да, у чемпионки Франции, бронзового призёра Европы.

‒ Ни фи-га се-бе! ‒ протянула Леночка. ‒ А у тебя её фотография есть?

‒ Фотографии её у меня нет, но есть небольшая заметка об этом соревновании в местной газете.

‒ А ещё какие-нибудь фотографии у тебя есть?

‒ У меня много фотографий, но они не для общего показа.

‒ А почему? Вы что там все без лифчиков?

‒ Не только без лифчиков, ‒ смущённо посмотрела я на Вадима Васильевича. ‒ Пляж-то ведь был нудистский.

‒ Нудистский? ‒ удивлённо воскликнул Вадим Васильевич. ‒ Покажите. Ну, хоть парочку покажите.

‒ Ну, хорошо, но только парочку, ‒ улыбнулась я и достала фотографию, на которой Галка со всем африканским «племенем» стоит на берегу моря и своё фото, на котором я запечатлена лишь до пояса.

Вадим Васильевич тут же выхватил фотографию и стал с жадностью разглядывать мою обнажённую грудь, а Леночка изучала фото, на котором Зубери стоит в окружении голых женщин.

‒ Не поняла, а что это у него между ног болтается? ‒ протянула мне фото Леночка. ‒ Шланг какой-то, что-ли?

‒ Да, шланг, ‒ рассмеялась я. ‒ Видела бы ты этот шланг в стоячем положении!

‒ Так это его член? ‒ открыла от удивления рот Леночка. ‒ Ни хе-ра се-бе! А как… а что… а он у него хоть рабочий?

‒ Ещё и какой рабочий! ‒ рассмеялась я. ‒ Все эти женщины его жёны и ни одна из них на него не жалуется!

‒ Сколько же тут у него? ‒ вытаращив на меня глаза, простонала Леночка. ‒ Полметра, наверно, не меньше.

‒ Мудива, его старшая жена, говорит, что около сорока сантиметров. В лежачем положении.

‒ А в стоячем? ‒ не успокаивалась Леночка.

‒ Не знаю. Может шестьдесят, а может и больше.

‒ Ёх-ханый бабай! ‒ воскликнул Вадим Васильевич, выхватив фото из рук обалдевшей Леночки. ‒ Как же он с таким счастьем ходит-то? Кому же он всовывает его? Кто же его выдерживает?

‒ Так, хватит расслабляться! ‒ сложила я фотографии обратно в стол. ‒ Теперь соберитесь, пора и делом заняться!

Но в тот вечер никто уже не смог заниматься никаким делом и все разошлись по домам, а на следующий день ко мне пришли наши женщины из бухгалтерии.

‒ Леночка говорила, что у тебя какая-то фотография есть. Покажи, мы тоже хотим посмотреть, ‒ неторопливо попивая чай с заварными пирожными, попросила Людмила Васильевна.

‒ Уже разболтала? ‒ покачала я головой. ‒ Не успеешь на одном конце села чихнуть, как на другом конце уже «будь здоров!» кричат! Какую фотографию вы хотите посмотреть?