Влад, глядя на чудовище, держался из последних сил. Он любил Лилу и то, что у нее на голове выросли рога и появился хвост, в придачу со сросшейся сестрой, нисколько не остановило его:

– Но я еще ничего не нарушил…

– Если ты не с нами, значит против нас…. Ты не отдал дар Власти Лилит. И пока ситуация не изменится, я не позволю тебе лишить сестру родного дома. Иди в свой мир, передача власти должна состояться в твоем измерении. Не взойдет и трех лун, как ты можешь изменить историю Земли и вернуть свою любовь. И помни, надежда на счастливый конец зависит только от тебя, – произнесла Ламия и, существо, звонко ударив хвостом, исчезло в пространстве.

Когда Влад осознал, что Лилу ушла, он схватился за голову и, упав на колени, крикнул, словно раненый зверь:

– Лилу!

Но ответ перед ним держала тишина… Чернов подошел и присев рядом с ним, сказал:

– Брат, Лилит опытный стратег и такая драматургия в ее стиле. Она не желает тебе зла, но и своего не упустит.… Не печалься все в твоих руках и если ты захочешь Лилу будет с тобой. А сейчас соберись, нам пора возвращаться домой…

Глава XXVIII

Вечернее солнце озарило небосклон багровым сиянием и, утопая в море, растворилось в нем бриллиантовыми переливами. Белоснежные яхты, словно кочующие по морю пилигримы, устало брели вдоль лазурного побережья Ниццы.

Сидя на террасе особняка и глядя на безмятежно парящих чаек, Светлов в очередной раз задавался вопросом: где же скрывается хозяин этого дома? А так же, куда исчез Ямомото и группа десанта при штурме в Хонсю в 2011? Отчет о гибели спецназа по причине стихийного бедствия Японии, носил правдоподобный характер и был положительно принят руководством. Но сам себя обманывать Матвей не мог. Он знал, что мошенники как и штурмовики исчезли за сутки до начала катастрофы. Прошло пять лет, а ему так и не удалось напасть на след исчезнувших. Еще одним досадным инцидентом был арест Зорина. Дело находилось под контролем самого президента и надежды на амнистию или досрочное освобождение у Александра Александровича не было. Матвей принимая во внимание все вышеперечисленное и будучи правой рукой Зорина во всех «темных» делах, поспешил уволиться в запас.

Шум, донесшийся из дома, прервал череду его размышлений. «Особняк долгое время стоял нежилым. Должно быть, воры»,– подумал Светлов и, сняв пистолет с предохранителя, начал потихоньку спускаться по лестнице в дом. Открывшаяся картина поразила Матвея: в гостиной, одетые в монашеские балахоны, собственными персонами были Нагорный и Чернов.

– «В монахи подрядились? Теперь понятно, почему я не мог обнаружить их. Святоши, заказывайте отходную», – нацелив пистолет на Влада, обрадовался Светлов и готов был спустить курок, как неожиданно, Чернов подошел к окну и открыл створку. Солнечный зайчик, блеснув от стекла, ослепил Матвея в самый неподходящий момент. Раздался выстрел. Пуля прошла в миллиметре от Влада, слегка поцарапав ему ухо…

– Черт побери! – ругался подполковник и, вновь прицелившись, повторил попытку. Следующий звук известил о том, что произошла осечка. Светлов передернул затвор, но опоздал…. Реакция Чернова, оказалась быстрее. Глеб схватил рядом стоящий табурет и, запустил им в Матвея. Удар пришелся в голову и, подполковник упал, потеряв сознание.

Влад с безразличием взирал на происходящее. Даже во время выстрела ни одни мускул не дрогнул на его лице…. Боль в сердце от потери любимой не утихала и разрасталась в нем изнуряющей депрессией. Он подошел к Светлову и, склоняясь над бесчувственным телом, забрал из рук подполковника пистолет. Пребывая в вакууме своих переживаний, он все не мог забыть тех слов, что Глеб сказал перед отправлением домой. Утирая кровь с уха и, пристально глядя на друга, Влад спросил сдавленным голосом:

– После того, как Лилу ушла, ты сказал кое-что…

– Удивительно, что покушение на твою жизнь впечатлило тебя меньше, чем мои слова… Ответ на поверхности, друг, и чтобы ни случилось в дальнейшем, не пытайся найти подвох во мне и моих словах…. Ведь я твой друг, и только что спас тебе жизнь, – сказал Чернов и застыл, словно восковая фигура.

В комнате стало заметно прохладней. Подозрительная тишина, повисшая в воздухе, резала по ушам. Естественный для побережья Ниццы звук: людской гам, крики чаек, музыка, сигналы яхт и шум прибоя – все смолкло. Казалось, что время остановилось, а лист бумаги, упавший со стола, повис в воздухе.

– Ответ действительно на поверхности, – раздался женский голос у Влада за спиной.– И как же я сразу не догадалась?

Влад обернулся и увидел Лилит. Она была в белом платье до пола, с открытым вырезом, под грудью перехваченной синей шелковой лентой. Рыжие волосы были собраны на затылке. Непослушные локоны, выбившись из прически, мягкими кольцами обрамляли высокие скулы и свисали на грудь и плечи. Расхаживая по гостиной, словно любопытный посетитель музея мадам Тюссо, демонесса остановилась возле застывшего Чернова и с нежностью поцеловала его в губы. Глеб улыбнулся и поцеловал ее в ответ. Наружность Чернова стала преображаться…. Из неказистого здоровяка Глеб превратился в статного, с благородной выправкой красавца. В глубоком пронзительном взгляде вместо озорства появилась мудрость, вместо наглости – сила и уверенность…

Лилит прильнула к нему всем телом и, обвив хвостом и руками, чувственно произнесла:

– Я подозревала о твоей осведомленности, но не думала, что ты настолько посвящен в мой замысел… Твоя исключительная способность быть в тысячи местах одновременно не дает мне шанса уличить тебя, милый…

– Как только ты получила доступ к Спиралям, я знал, что должен делать… Ведь ключ уже в замке кладезя… Однако твой лютый сплав решимости и азарта, порой приводит мир к необратимым последствиям. Не хотелось вновь переживать Всемирный потоп и, я решил принять участие, – целуя Лилит, прошептал Сатана.

– Ты всегда хранил нейтралитет и никогда не вступал в конфронтации. Что изменилось сейчас?

– Ничего, я придерживаюсь той же позиции. Сохранение Вселенского равновесия для меня важнее, чем твои амбиции, дорогая… Изначальный план японцев по вербовке избранника, с точки зрения Вселенского закона был недопустим. Негоже было подбрасывать Владу наркотики, ведь это чистое нарушение свободы воли человека…. В итоге, ты бы вновь потерпела фиаско, а твоя печаль для меня невыносима. Поэтому я внес небольшие коррективы и предоставил избраннику выбор. Он сам пошел «широкими вратами и пространным путем ведущим …» к тебе…

Наблюдая за милующейся парочкой, Влад не верил своим глазам и не мог произнести ни слова. Он лишь чувствовал гнетущий холод одиночества и осознал, что теперь он абсолютно один. Один перед лицом испытания, которое выпало на его долю…. Влад встретился взглядом с Сатаной и, пытаясь разглядеть в глазах демона частичку души своего друга, четко услышал в своей голове: «Ничего не проходит бесследно, все остается в душе…. Ты не одинок, я все еще твой друг, Влад…».

Звенящий свист заглушил речь Сатаны и три яркие вспышки взорвались холодным пламенем. Архангелы Рафаил, Михаил и Гавриил, сложив за спинами белоснежные крылья, появились в комнате. Длинные мантии слепили кипельной белизной. На груди у каждого из них висела золотая подвеска с изображением трех наложенных друг на друга треугольников. Символика напоминала девятиугольную звезду Инглии, но отличалась своей сердцевиной. Белокурые, словно лен волосы и голубые глаза напоминали святых, изображенных на церковных иконах. Все трое, с беспристрастной холодностью и вежливой сдержанностью изучающее смотрели на Влада.

Эти взгляды Влад выдержал с трудом. Беспрерывные невидимые потоки, исходящие от троицы, вызывали в его теле сильные вибрации, и казалось, сотрясали внутренности. Он почувствовал слабость и тошноту, подступающую к горлу. Влад покрылся испариной и начал терять сознание…. Как вдруг, перстень на его руке, сработал словно антидот, запустив программу стабилизации организма и противостоянию извне. Горячая волна разлилась по жилам живительной амброзией и вернула ему бодрость и ясность мыслей.