— Вот как… — задумчиво отзывается Олег, присаживаясь на край стола, — что ж, раз ты выполнил свою миссию по глобальному всепрощению, то не смею тебя больше задерживать, — с издевкой говорит он, зло сощурив свои глаза.

— Извини, что отнял у тебя время, — с улыбкой говорю я, делая несколько шагов по направлению к мужчине, — и спасибо, что выслушал, — заканчиваю мысль и приближаюсь к его лицу на максимально близкое расстояние, так, чтобы ощутить тепло его дыхания и терпкий запах туалетной воды.

«Я отпускаю тебя» — мысленно произношу я, прижимаясь своими губами к твердым губам Олега. Секунда-другая, и я отстраняюсь, в прощальном жесте проводя рукой по красивому лицу человека, которого только что сделал своим прошлым…

Теперь пришло время разобраться с настоящим…

========= Глеб ========

— Молодой человек, Вам туда нельзя, у него совещание, — слышу я приглушенный голос своего секретаря, как в ту же секунду дверь моего кабинета резко открывается, являя моему взору возмущенное лицо Маргариты Сергеевны и разрумяненное лицо Алика. Сердце в груди делает сальто, пропуская пару ударов…

— Это очень срочно! — запальчиво говорит Алик, не обращая внимания на собравшихся у меня в кабинете людей.

— Всё в порядке, Маргарита Сергеевна, я разберусь, — привычным тоном руководителя говорю я, поднимаясь из-за стола, — господа, прошу меня извинить за непредвиденный форс-мажор, но не могли бы вы нас оставить.

Начальники отделов, понимающе кивая головами, встают и покидают мой кабинет, оставляя нас с Аликом наедине.

Не успевает дверь закрыться, как мой мальчик срывается с места и, обхватив меня за шею руками, накрывает мои губы своими, дерзко врываясь в рот языком.

От такого желанного и долгожданного момента, голова идет кругом, а кровь вскипает в жилах и начинает растекаться по всему телу, словно раскаленная магма...

В приступе нестерпимого желания обладать и подчинять, обхватываю лицо Алика обеими руками и с жадностью целую его в ответ, перехватывая инициативу. Целую яростно и дико, зарываясь руками в волосы. Кусаю и вылизываю, разве что, не порыкивая от удовольствия…

Мой! Только мой! Люблю! Не отдам!

Как безумные лижемся и тремся друг о друга, не забывая избавляться от одежды. Но на это не хватает терпения...

Разворачиваю Алика к себе спиной и резко нагибаю его над столом, заставляя упереться в твердую поверхность руками. Судорожно расстегиваю джинсы и приспускаю их вместе с бельем до колен. Снова притягиваю его к себе и впиваюсь в рот сминающим поцелуем. Пока мы самозабвенно сосёмся, Алик забирается ко мне в брюки рукой и крепко сжимает пальцами член, срывая с моих губ приглушенный стон.

— В туалет, живо, — хрипло говорю я, подталкивая парня в нужном направлении.

Вваливаемся в ванную комнату как два слона, ни на секунду не разрывая объятий, всё так же безудержно продолжая вылизывать друг другу рты.

Снова разворачиваю Алика к себе спиной, вжимаю его грудью в дверцу душевой кабинки, потираясь твердым, словно камень, членом об упругй зад парня. Алик тут же откликается на это движение протяжным стоном и ответным потиранием о мой пах.

С голодным рычанием хватаю с полочки крем для рук и обильно смазываю и его и себя, тут же проникая в Алика несколькими пальцами. Его вчерашние игры с собой облегчают мне эту задачу, как облегчают и само проникновение в узкую попку моего мальчика.

Он такой тесный и головокружительно горячий, что крышу сносит буквально тут же, как только я оказываюсь полностью в нем. Я толкаюсь в него с яростным остервенением, прихватив одной рукой за волосы, а второй впившись в бедро. Алик с не меньшей отдачей насаживается на мой член, монотонно поскуливая и постанывая, руками скользя по стеклянной дверце душа.

В момент, когда мы оба достигаем наивысшей точки экстаза, я притягиваю Алика к себе и затыкаю его рот собственническим поцелуем, заглушая наши обоюдные стоны, которые всё равно просачиваются сквозь сомкнутые губы невнятным мычанием.

Последние движения бедер, и я изливаюсь в Алика, едва не прокусывая ему язык от умопомрачительного кайфа и шквала эмоций, которыми меня накрывает с головой.

Несколько минут мы стоим прижавшись друг к другу, и приходим в себя от пережитого оргазма…

Дыхание у обоих рваное и судорожное, говорящее об удовлетворенности и насыщении.

— Люблю тебя! — шепотом говорю я, целуя Алика во влажный от пота висок.

— Люблю тебя! — эхом отзывается мой мальчик, разворачиваясь ко мне лицом. — Только тебя!

И больше не нужны слова и заверения, когда за нас это уже сделали наши тела и души. Они поведали нам куда больше истины, чем мы сами смогли бы рассказать о ней, используя для этого человеческую речь.

Есть вещи, которые невозможно постичь умом, потому что они рассчитаны на чувства и эмоции, неподвластные рассудку. Их нельзя осмыслить, проанализировать или обдумать, их можно лишь только прочувствовать. Всем своим естеством, пропустив через себя словно ток и впитав каждой клеточкой своего тела.

Да, я знаю, что наше будущее с Аликом никогда не будет легким и безоблачным, потому что мы оба моральные калеки, которым многому нужно научиться, прежде чем излечиться от ударов прошлого и зажить полноценной жизнью, не оглядываясь назад.

А так же я знаю, что люблю своего мальчика, как никогда и никого не любил на этом свете, и верю, что его чувства ко мне, несмотря на прошлые сомнения, искренни и чисты, как и сам Алик!

И пусть на нашем пути уготовано еще не одно испытание, я знаю, что мы справимся, потому что у нас есть — мы…

The end…