Она подмигнула мне и снова уставилась в экран.

На несколько секунд в комнате повисла тишина. Я тоже отвернулась к монитору, но ощущала на себе взгляды девушек. Все с любопытством смотрели на меня. Интересно, о чём сейчас думала каждая из них?

Обстановку разрядила Марта, вернувшись обратно в комнату.

– Чего молчим? – спросила она. – Чего замерли?

– А ты знаешь, кем София прибыла к нам работать? – спросила её Вика, сидевшая напротив. – Моделью, сотрудницей.

– Ого, – крякнула Марта и подошла ко мне. – Красотка какая. Да, ты там произведёшь настоящий фурор. Жду, не дождусь твои фотки для анкеты, охота поработать с тобой. Все слыхали? София – моя!

Я улыбнулась в ответ. Я поняла, что никакого напряжения или недоброжелательности от девушек не исходило. Скорее, это было любопытство. Они ведь по сути занимались тем же, только виртуально, отвечая всякие пошлости и откровенности возбуждённым самцам, находящимся по ту сторону экранов компьютеров.

– Ох, – вздохнула Марта, – я бы тоже пошла сейчас поработать. С мужиком своим я рассталась, секса у меня давно не было, так что я бы там задала жару! А то сидишь тут, переписываешься с ними, а под тобой кресло закипает.

– Ну так иди, чего ты сидишь здесь? – пошутила Оля.

– Да я бы пошла, хоть на время, так сказать, пар выпустить. Да только по возрасту не прохожу, – сказала Марта. – Мне вон сорок два уже. Я неликвид.

– Да ладно, – отозвалась Вика. – Неважно, сколько тебе лет. Ты выглядишь отлично, стройная, подтянутая, тебе на вид не больше 35-ти. Ты посмотри на нашу Мелинду, она всего на год старше тебя, а выглядит лет на пятьдесят.

– На какой она год старше Марты? – возразила Оля. – Мелинде сорок восемь. Это в анкете мы указываем 42-43. Иначе ей и двухсот гривен не платили бы. И это она только сейчас стала нормально выглядеть. Вы её не видели, когда она к нам только пришла. Я не представляла себе, где и как она могла дойти до того состояния, в котором мы увидели её впервые. Её привела Инесса, добрая душа, не смогла пройти мимо. С виду, говорит, нормальная женщина средних лет, просто немытая, нечёсаная, ну точно леший. Инесса с Таей отмыли её, отпарили, сводили в салон, где её подстригли, покрасили, сделали маникюр-педикюр. Так что, когда мы увидели её фотки, не поверили, что это та самая грязная, пьяная тётка с вокзала, какой она была первоначально. Как потом выяснилось, её обманули на предыдущей работе, то ли на стройке, то ли ещё где-то. Забрали паспорт, поселили в бараке вместе с полусотней других таких же несчастных, потом через два месяца не заплатили за работу. Когда люди стали возмущаться и требовать обратно паспорта, их выгнали из барака и сказали, чтоб они убирались подальше, пригрозив, чтобы не болтали. Паспорта тоже не вернули. Вот так она оказалась на вокзале, голодная, немытая, без денег и без паспорта.

– И Таисия поверила её рассказу? – недоверчиво спросила Кира, молодая хамоватая девушка, от которой чаще, чем от всех остальных, слышались маты. – Тая, такая прожжённая баба, и вот так легко поверила первой встречной незнакомой тётке?

– Ну, во-первых, ей поверила Инесса, а уже потом привела к Таисии, – уточнила Оля. – А во-вторых, ну что в этой истории такого удивительного или неправдоподобного? Такое случается сплошь и рядом. Людей часто обманывают, особенно приезжих, отбирают паспорта, обдирают до нитки на вокзалах. К тому же Тая с Инессой делали всё это не просто так, по доброте душевной. Инесса предложила Мелинде работать у нас, рассказала условия, и та согласилась. Они потом ещё и приодели Мелинду, купили новую одежду, бельё, обувь, ну и всё самое необходимое на первое время, а старые вещи сожгли. Хозяин восстановил её паспорт, но правда, не отдал, пока Мелинда не отработала потраченные на неё деньги. И она быстро, кстати, всё отработала. Она была очень благодарна нашей Инессе и Таисии, что не оставили её на вокзале, что помогли снова обрести человеческий облик. Она вернула, или вернее, отработала долг меньше чем за полгода, и после этого решила не уходить, а продолжает работать у нас уже два года. Вот только есть одна проблема: Мелинда иногда уходит в запои. И тогда полный аут. Это случается, к счастью, не чаще одного-двух раз в месяц, иначе её уже давно бы выгнали. Но это ужас. Вот сейчас она опять забухала, обмочилась в машине по дороге «домой». Теперь надо менять сиденье, опять выводить её из запоя. Вот Тая и поехала на третью базу, приводить Мелинду в чувства.

– И что ей грозит за это? – спросила я.

– Да ничего, в принципе, не грозит, – спокойно сказала Оля. – Штрафанут за нарушение дисциплины и за испорченное сиденье, и всё. И вообще, это частая проблема среди девочек-сотрудниц. Я имею в виду выпивку. Иногда попадаются наркотики, но в этом случае у руководства однозначный ответ: наркоманкам не место в приличном борделе.

– Да, звучит, как лозунг, – сказала я тихо.

Оля встала и уступила место Марте.

– Можешь посидеть пока здесь, если хочешь, – сказала она мне, – пока Инесса придёт. Или пошли к нам.

– Нет, я здесь ещё побуду, если можно, – сказала я и посмотрела на Марту.

– Ой, да сиди, конечно, – ответила та. – Мне что, жалко, что ли? Познакомишься пока, так сказать, извне.

– Так, пошлячки, не портите нам девочку, – пригрозила Оля с улыбкой. – А то вы ещё тот инструктаж проведёте. Так что придётся её сразу на «восьмёрку» отправлять и вручать плётку и страпон. Вас бы самих хоть на денёк запустить туда, так вы всех мужиков наградили бы и страпоном, и хлыстом, и «золотым дождём». Да, операторы?

– Да, да, иди уже, знаток, – замахали на неё девушки. – Не отвлекай от работы.

Мы снова погрузились в переписку. Марта со скоростью света читала сообщения, отвечала на них, открывала новые анкеты, отправляла прайсы клиентам, брала то один телефон, то другой, куда-то звонила, что-то диктовала, при этом отвечая уже на следующие сообщения. Перед глазами мелькали уже знакомые лица девочек-сотрудниц и десятки, сотни незнакомых мужских лиц, разного возраста, от 16-ти до 60-ти. И все просили одного – секса. И секса тоже всякого, разного. Кто просил виртуального секса на камеру, кто анального, кто «госпожу» и БДСМ (я узнала позже, что это означает), реже просили страпон или «золотой дождь», ещё реже «шоколадные горки» и фут-фетиш.

– Я не знаю всех этих понятий, они мне незнакомы, – сказала я вполголоса.

– Ничего, научишься, – весело ответила Марта. – Ну, страпон – это понятно, фаллоимитатор. «Золотой дождь»…

– Подожди, подожди, – прервала я её. – То есть, ты хочешь сказать, что мужчины просят, чтобы девушки их… того…?

– Да, да, именно это я и хочу сказать, – улыбнулась Марта. – Ну, любят у нас некоторые мужчинки, чтобы их оттрахали хорошенько. А гомосеками себя не считают, мужские волосатые анусы их не заводят. Вот и просят они милых барышень оттарабанить их как следует. Вроде, и кайф словил, и честь свою не запятнал.

Я рассмеялась. Марта так весело всё описывала, немного пошло, конечно, но очень весело.

– Так, с этим понятно, – сказала я, брезгливо скривившись. – А что такое «золотой дождь» и эти, «горки»?

– «Золотой дождь», – начала Марта, – это когда клиент просит, чтобы девочка на него помочилась. А «шоколадные горки», соответственно, это…

– Молчи! – запротестовала я. – Я сама поняла.

Из-за соседних столов раздался дружный смех.

– Всегда и у всех первая реакция именно такая, – сказала Кира своим низким, грубым, почти мужским голосом, – хочется пойти выблеваться.

– Ладно, если не хочешь, не буду уточнять, – сказала с улыбкой Марта, – хотя там много интересных подробностей. Но, не будем тебя слишком шокировать.

– Спасибо, – улыбнулась я.

– Так, что у нас там дальше? – задумалась Марта. – Ага, фут-фетиш. О, это вообще халява. Бедняга извращенец-онанист возбуждается только от женских ножек, точнее, ступней. С таким даже делать ничего не надо. Перед ним не надо раздеваться, ему не нужен массаж или минет, только ноги оголи – и всё. Тебе даже не надо его касаться – он всё сделает сам. Только сиди и наблюдай, как он извивается вокруг твоих ступней, как пускает на них свои слюни, как сам доводит себя до оргазма. Зрелище, конечно, омерзительное. Но, опять же, деньги. Деньги в нашем деле решают всё. Кто готов платить за свои извращённые фантазии, тот и получает их реализацию, какими бы они ни были. Главное – цена вопроса. А желающие отработать хорошие бабки всегда найдутся.