СЫН И ДОЧЬ.

ЖЕРТВА И УБИЙЦА.

СУДЬЯ И ПАЛАЧ…

СКОЛЬКО ЖЕ В ТЕБЕ ВСЕГО ПЕРЕМЕШАЛОСЬ. КТО ТЫ?

- Женя, - так её когда-то звали. – А вот кто ты? Что это за место и как я тут оказалась?

НАДО ЖЕ, ТЫ ИСКРЕННЕ ДУМАЕШЬ, БУДТО ЗНАЕШЬ КТО ТЫ. А Я - БОГИНЯ.

- Простите. Как вас зовут?

У МЕНЯ НЕТ ИМЕНИ. Я БОГИНЯ ВРЕМЕНИ.

Женя лихорадочно перебирала в голове пантеон светлых богов и к своему удивлению не обнаружила в нем никаких богов (богинь) времени.

МНЕ НЕ МОЛЯТСЯ НА КОНТИНЕНТЕ.

- Вы читаете мои мысли?

КОНЕЧНО, ТЫ ИНТЕРЕСНАЯ.

НЕ ПЕРЕЖИВАЙ, Я НЕ СТАНУ ТЕБЯ НАСИЛЬНО УДЕРЖИВАТЬ, НО ТЫ САМА НЕ ЗАХОЧЕШЬ УХОДИТЬ.

- Почему это не захочу? И откуда уходить?

ТЫ СОГЛАСИЛАСЬ СЛУЖИТЬ МНЕ И ПРИНЕСЛА СЕБЯ В ЖЕРТВУ.

- Обычно я алкоголем не злоупотребляю, но, даже в невменяемом состоянии, о подобном обещании не забыла бы.

СОГЛАСИЛАСЬ ТЫ ИЛИ ЕЩЁ СОГЛАСИШЬСЯ, КАКАЯ РАЗНИЦА ДЛЯ БОГИНИ ВРЕМЕНИ?

- То есть я соглашусь в будущем?

ТЫ УЖЕ СОГЛАСИЛАСЬ, РАЗВЕ НЕТ?

Женя хотела возразить, но с удивлением поняла, что согласна и вместо слов отказа произнесла:

- Да, я согласна, но кем я буду и что мне делать?

ВЫ НАЗЫВАЕТЕ ТАКИХ ЛЮДЕЙ ПЕРВОСВЯЩЕННИКАМИ, ДЛЯ МЕНЯ ЖЕ ТЫ – ЧАСОВЩИК.

А СДЕЛАТЬ ТЕБЕ ПРЕДСТОИТ МНОГОЕ, НО ЧТО ТАКОЕ ДОЛГО ДЛЯ БОГИНИ ВРЕМЕНИ?

СТУПАЙ, ГОТОВЬСЯ.

***

Единственный на континенте храм богини Времени располагался на крайнем севере Прайма в землях варваров. Вокруг святилища бушевали лютые морозы и завывали холодные ветра. Ледяные торосы инкрустировали землю, переливаясь, то благородными цветами диаманта (под ночными светилами), то вспыхивая янтарём, изумрудом или рубином (в солнечных лучах). Среди варваров бытовало поверье: Тот, кто дойдёт до храма богини Времени, станет великим человеком и царём всех народов. Однажды, как гласила легенда, одному юноше это удалось. Вернувшись домой, после посещения храма, он принёс знание о великой силе Хаоса. И, объединив все северные племена, тогда уже зрелый муж, смог завоевать весь континент.

За стенами храма бушевала непогода, но внутри святилища царила вечная весна. Казалось, будто время тут замерло в тот удивительный тонкий миг, когда зима окончательно капитулирует, признавая своё поражение. В храме пахло весной.

БОМ!

Раздался третий удар гонга, а всего их должно прозвучать пятнадцать: двенадцать в честь верховных богов Прайма, один – вспоминая Прошлое, один – преклоняясь перед Настоящим и ещё один – в честь Будущего.

Сколько она здесь находится, девушка не знала. Да так ли это и важно, когда ты верховная жрица богини Времени? Она забыла своё имя, кем была, о чем мечтала и к чему стремилась. Стоя на коленях, истово молилась не Женя, а Часовщик – первосвященник вечной богини. Иногда прошлое, словно глубоководный ил, взбаламученный неосторожной рыбёшкой, поднималось наверх и тогда она вспоминала, но только для того, чтобы не забыть о своём предназначении.

Услышав новый удар гонга, звучный и глубокий, жрица, на мгновение, прикрыв глаза, мысленно послала богине мольбу – наставить её на праведный путь и одарить покоем души. Почему она всё ещё терзается сомнениями? Почему прошлая жизнь нет-нет, да напоминает о себе воспоминаниями то о детских забавах, то о тревогах юности? Неужели престало верховной жрице думать о таких мелочах?

Снова прозвучал гонг – это был пятый удар. Часовщик посмотрела в сторону алтаря, установленного на возвышении. Перед статуей богини Времени, в резных сводчатых нишах застыли три коленопреклонённых младших жриц, прятавших свои лица за покрывалами. Нежный свет восходящего солнца, струившийся сквозь стрельчатые окна высоких куполов, пронзал полумрак храма, словно тонкие сияющие пальцы. Казалось, будто утренняя заря ласкает богиню своими нежными прикосновениями и рядом с этим блеском меркнут окружающие статую, разноцветные восковые свечи.

БОМ!

Заметался под потолком звук очередного удара. Солнечный луч отразился от металлического диска гонга и золотистый блик пробежал по бархатному занавесу, перегораживающему вход во внутренние помещения храма. Затем, когда ослепительный свет угас, гонг опять зазвучал.

БОМ!

Жрица молитвенно опустила глаза, уверенная, что богиня её простит (ведь она отвлеклась всего лишь на какой-то миг). Её мысли были подобны летучим вспышкам, играющим на гранях разбитого хрусталя, мечущимся из стороны в сторону, не останавливаясь ни на одном месте. Часовщик закрыла глаза, погружаясь в состояние самосозерцания.

Ещё раз прозвучал гонг.

Жрица нашла скрытый центр своего существа, свою опору и добилась равновесия собственной души. Однако новый удар гонга вернул её в реальность. Девушка чуть-чуть изменила позу, желая стряхнуть раздражение, и хоть немного дать отдых ноющим ногам. К тому же ей очень хотелось глубоко вздохнуть. Внутренне спокойствие, которое она старалась достичь в течение всего ритуала, никак не давалось.

Звук гонга разнёсся по храму, и снова Она подняла глаза. На этот раз каменные черты богини, казалось, выражали мягкий упрёк, словно напоминая: добродетель коренится в самом человеке. Помощь придёт только к тем, кто воистину стремится к прозрению. Верховная жрица потупилась.

Эхо от гонга ещё не успело замереть, когда в тишину храма ворвался другой звук – резкий и совершенно неуместный. Твёрдые подошвы чьих-то сапог ударяли о каменные полы колоннады наружного храма, раздавался неясный скрежет оружия и доспехов. Из-за занавеса послышался возмущённый возглас жрицы-привратницы.

- Остановись, страж! Сейчас нельзя входить во внутренний храм! Верховная ещё не закончила молиться!

Знобящее предчувствие лёгкой дрожью пробежало по телу девушки. Из-под шатра покрывала она видела, что встревоженные младшие жрицы на помосте поднялись с колен. Они обратили лица к дерзкому воину, и следующий удар гонга в должный миг не прозвучал.

Привратница решительно двинулась к занавесу, нахмурив брови. Верховная жрица крепче зажмурилась. Если бы только она могла с такой же лёгкостью погрузить во тьму весь окружающий мир, никто не смог бы её найти. Но звук шагов прекратился, и раздался голос младшей сестры:

- Страж, что побудило тебя оставить пост и ворваться во Внутренний храм?

- Двери в Портальную Залу открылись, - прозвучал твёрдый ответ.

Двери открылись… Как эхо после удара гонга отражается в куполах храма, так прозвучали эти слова в голове Часовщика. Короткая услышанная фраза означала начало нового этапа в жизни жрицы. Богиня проявила свою волю, посчитала её достойной, а значит – пришла пора осуществить великий замысел. Обучение закончилось и не ей спорить с самой Вечностью. Девушка успокоилась, медленно поднялась с колен и ровным голосом произнесла:

- Я слышу тебя, страж.

Младшая жрица подошла к Верховной, глубоко поклонилась и уважительно сказала:

- Сестра, наша повелительница Хранительница Вечности уготовила тебе особый путь. Да прибудет с тобой её любовь и милость, Верховная жрица Времени.

Часовщик слегка поклонилась в ответ и передала ей своё ритуальное покрывало. Не заметив, как завистливо вздохнули остальные младшие жрицы, Верховная обернулась, чтобы взглянуть в лицо стража, чьё появление так круто изменило её жизнь.

Огромный северянин стоял почти у самого занавеса. Кого-то он ей напомнил… кажется, его звали Харальд… или нет? Могучий воин с прямой и горделивой осанкой, выражал готовность немедленно встать рядом со жрицей и, в случае необходимости, отдать за неё жизнь.

Варвар поклонился своей госпоже, когда та приблизилась к нему. Жрица-привратница отвела в сторону занавес, чтобы открыть проход для Верховной.

Часовщик шагнула в новую жизнь. Северянин занял место на один шаг позади, чтобы не мешать госпоже, но и иметь возможность её прикрыть. Верховная жрица, в сопровождении молчаливого эскорта, прошла по садовой террасе, отделяющей Внутренний храм от Наружного; затем она пересекла Верхнюю колоннаду и поднялась по длинной витой лестнице в Приёмный Зал, стены которого украшали великолепные фрески, передающие содержание различных историй о богине Времени. Из зала вела только дна дверь, возле которой дежурил второй страж.