Прошла минута. Она удрученно вздохнула, гнев утих.

- Но я не стану. Даже для твоей же пользы.

- Все будет хорошо. - Он надеялся. Он потянулся и пригладил ее волосы, на ощупь они были шелковистыми. - Вот увидишь.

- Ох, Эйден, - сказала она прерывисто, склонив голову на его плечо. - Я так боюсь. За тебя, за нас.

Единственное утешение, которое он мог предложить ей, было:

- Я никогда не перестану желать тебя. Мы найдем способ быть вместе.

Она хотела верить ему, он знал это, но она ничего не ответила.

- Столько всего идет не так, как надо, и все одновременно. Сначала ведьмы. Теперь еще и фея разговаривает с Дэном, - сказала она, взяла его за руку и повела к главному дому. - Идем, я покажу.

Они дошли до кухни, и он всмотрелся в окно. К счастью, было темно снаружи и хорошо освещено внутри. Можно было все ясно видеть и при этом оставаться незамеченным самому. Дэн представлял парней высокому, мускулистому человеку с серебристо-белыми волосами, стоящему спиной к Эйдену.

- Это, видимо, новый попечитель.

- Сдается мне, старый попечитель решил внезапно переехать?

- Да. Как ты узнала?

- Стандартная схема работы у фей. Из-за него я не смогу внушить Дэну отпустить тебя на вечеринку. Фей нападет на меня, я наброшусь на него, мы не сможем удержаться. Наши виды слишком ненавидят друг друга. Мы можем ранить друг друга.

- Как думаешь, чего он хочет от Дэна?

- Возможно, он последовал за твоей энергией. Видимо, он не знает, кто из парней призвал его вид, или почему.

- Такой беспорядок. Я хочу... - Его голос резко оборвался, когда фей повернулся, всматриваясь в окно.

Эйден и Виктория нырнули вниз, но он успел увидеть блеск изумрудно-зеленых глаз, лицо, настолько совершенное, что, должно быть, ангелы пели, празднуя его создание, и слегка заостренные уши.

- Пошли, - произнесла Виктория.

- Я не могу оставить их с феей. Я не забыл, ты рассказывала, что под их красотой скрывается зло.

- Феи злы. По отношению к вампирам. Как я говорила раньше, они считают себя защитниками человечества, а вампиры губят его. Поэтому они так ненавидят нас.

- Так ребята будут в безопасности?

- Вне всякого сомнения. Если человеку и нужно беспокоиться, так это тогда, когда фея думает, что на него посягают. Превыше всего они ценят силу. И тебя они не поймут. В тебе они увидят угрозу. Но в остальных - нет.

Тогда ладно. Они пошли прочь, обогнули дом и вышли к дороге. Эйден разберется с Дэном позже в случае необходимости.

- Есть что-то такое, что я должен знать о твоем папе? Какие-нибудь обычаи или ритуалы, которые я могу нарушить, тем самым подписав себе смертный приговор? - Как ножевое ранение, подумал он, вспоминая видение Элайджи.

Она накрутила завиток на палец.

- Его все почитают, поэтому поклонись, когда тебя представят ему. Не говори с ним, пока он не задаст тебе вопрос, и не смотри ему прямо в глаза. Он может расценить это как вызов. Поверь, ты не захочешь бросить ему вызов. На земле нет более жестокого существа.

Зачем ему присутствовать на этой вечеринке?

- А что остальные вампиры? Что будут делать они?

- Держись рядом со мной и никуда не отходи. Тебя расценят как мою собственность и оставят в покое.

Впереди вспыхнули фары, завершая их разговор.

Виктория ускорила свой темп.

- Это Райли и Мэри Энн.

Автомобиль, в который он вскоре садился, не принадлежал отцу Мэри Энн. Черный, блестящий и спортивный. Эту модель он никогда не видел прежде. Украденный? Они с Викторией разместились на очень маленьком заднем сиденье. Когда они тронулись, Эйден мельком увидел платье Мэри Энн. Красно-белое клетчатое платье с разрезом до середины бедра было дополнено красной длинной накидкой с капюшоном и белыми высокими каблуками.

Райли же был без костюма, заметил он.

- Красная Шапочка и Серый Волк, я полагаю, - сказал он, смеясь. - Мило.

На пути к... куда бы то ни было, его веселье отступало перед нервозностью. Осуждение Элайджи и мрачные бормотания не помогали. Так многое зависело от сегодняшнего вечера. Его жизнь, время с Викторией. Что, если он все испортит?

- Попытаются ли вампиры отпить нашей крови? - спросила Мэри Энн.

- Они не должны, нет, - сказал ей Райли. - У них будет своя еда.

Рабы для кормежки?

Вскоре они остановились у гигантского чудовищного дома, единственного в поле зрения. Пятиярусное здание широко раскинулось, поглощая акры земли. Окрашенные в черный цвет окна гармонировали с кирпичной облицовкой. Забор из кованого железа заскрипел, впуская их внутрь. Два волка стояли на страже, пока машина, сбавляя скорость, проезжала мимо.

- Обалдеть. Я знаю, ты говорил, что живешь на окраине города, что твой дом скрыт от чужих глаз, и я вряд ли когда-либо видела его, но я никогда не ожидала такого. - Мэри Энн прижалась носом к окну.

- Нам пришлось усовершенствовать его под наши нужды, - сказал Райли.

Казалось, что свет луны падает куда угодно, кроме этого дома, оставляя его в полной темноте. Благодаря свету фар автомобиля Эйден видел, что других машин нет, и никого, кроме волков, снаружи не было. Неужели они прибыли первыми?

- Ты бегала отсюда до школы? - спросил Эйден. - И отсюда до ранчо? Каждый день?

- Типа того, - ответила Виктория. - Я работала над своим... навыком телепортации. Я думаю, вы, люди, это так называете. Перемещение с одного места до другого усилием мысли. Я преуспела.

Подождите. Что? Она умеет телепортироваться?

Чтобы спросить об этом, не осталось времени. Машина остановилась в конце подъездной дороги, и они вышли. В тот момент, когда дверцы машины захлопнулись, двери дома открылись, и вперед выступила высокая фигура. Эйден тут же узнал его и нахмурился. Дмитрий. Красная пелена ярости заволокла взгляд Эйдена.

Он выступил перед Викторией. Дмитрий оскалил зубы, единственным жестом выказывая свое неудовольствие.

Вампир приблизился к ним. Виктория сжала руку Эйдена и подвинулась к нему.

- Я ждал тебя. - Дмитрий наклонился для поцелуя, но она отвернулась. Его раздраженный взгляд хлестнул Эйдена. - Вижу, ты не обратил внимания на мое предупреждение.

- Отец распорядился, чтобы он присутствовал, помнишь?

И она страстно желала этого. Он не позволил бы себе поверить во что-то еще. Ей нужен был Эйден, не Дмитрий.

- Помню, - произнес вампир. - Вот почему я подумал, вам будут интересны ночные развлечения. Идем. - Он махнул рукой и, ожидая, что они последуют за ним, удалился.

Так они и поступили, поднявшись по ступеням вверх и зайдя в дом. Вскоре Эйден обнаружил, что находится в фойе, окруженный таким количеством богатств, о которых мог только мечтать. Сияющая белая скамейка была словно сделана из жемчужного ожерелья миссис Ривз, стены декорированы в китайском стиле золотом и серебром, а стеклянные витрины наполнены яркими вазами.

Виктория потащила его вперед, так что он только мельком кинул взгляд. Мэри Энн была столь же ошеломлена, что и он, и до последней минуты вертела головой, чтобы разглядеть просторную лестничную площадку.

Они не поднялись по винтовой лестнице, но на самом деле прошли через казавшийся пустынным дом прямо к черному ходу, французские двери открылись прежде, чем Дмитрий мог бы коснуться их. Неожиданно воздух наполнился тяжелым металлическим запахом крови. До ушей Эйдена донесся звук голосов, но слова произносили так быстро, что звук напоминал стрекот сверчков.

Дмитрий остановился, не выходя на террасу. Огоньки перестали мерцать за деревьями, буйно цветущими кроваво-красными розами. В центре сада находился большой серебристый круг на уровне земли, но вырезанный в нечто наподобие лабиринта. Никто не стоял на нем.

Всюду люди были рассредоточены на безупречном газоне. На большинстве женщин были черные мантии, на мужчинах - черные рубашки и штаны. Они пили из чаш и качались в такт страстной музыке, колеблясь на ветру. Бедно одетые в белое были явно людьми. Они предлагали свои шеи, руки, ноги - что угодно - всякий раз, когда вампир подавал им знак.