- Ди и Эш тебя искупали. - Я сделал паузу. - Они же уложили тебя в постель. Я им не

помогал.- Я собирался прикоснуться к ней, но остановился. Ее молчание начинало меня

беспокоить. Сильно. - У тебя ничего не болит?

Кэт медленно покачала головой.

- Меня сейчас вообще могло здесь не быть. Это так странно…

- Понимаю. Мысль слишком дикая. - Я прикоснулся к ней, провел кончиками пальцев по

ее губам. Тепло ее дыхания по ощущениям было, словно лучи солнца. - Действительно

дико.

Она закрыла глаза на мгновение.

- На что это было похоже?

- На внезапную остановку дыхания. - Я тут же опустил руку и придвинулся ближе к ней. -

А потом в груди начало печь, как от огня, я не мог пошевелиться и сразу понял, что с

тобой случилась беда. К счастью, Эндрю с Доусоном смогли отвести меня к машине так,

что никто ничего не заметил. Извини, но жареного цыпленка я тебе не принес.

Я чуть заметно улыбнулся.

- Ни разу еще мне не было так паршиво. Я попросил Доусона связаться с Ди и сказать ей, чтобы она срочно проверила, как там ты. Сам был слишком слаб, чтобы это сделать.

- Деймон, а как ты сейчас себя чувствуешь?

- Прекрасно. А ты?

- Неплохо. Ты спас мою жизнь. Точнее, обе наши жизни.

- Да чепуха это все. - И это не должно было случиться.

Кэт изумленно посмотрела на меня перед тем, как перевернуться на кровати. Она

взглянула на прикроватную тумбочку с часами. Шел второй час ночи. Паника пробежала

по ее лицу, когда она сжала одеяло в руках.

- Мне надо домой! Там же везде кровь, и когда мама вернется утром, то…

- Мы все уже убрали. - Успокоил я ее. - Позаботились и об Уилле, и о доме. Твоя мама

совершенно ничего не заметит.

Она слегка расслабилась, но это было ненадолго. Ее глаза закрылись, а лоб сморщился.

- Кэт, - сказал я. - Котенок, о чем ты задумалась?

- Я его убила.- Слезы потекли по ее щекам. - Я убила его, и мне было абсолютно все

равно.

Я положил свои руки на ее голые плечи.

- Ты сделала то, что должна была, Кэти.

- Нет, ты не понимаешь. Мне было все равно, но так же нельзя!- Она хрипло засмеялась. -

Господи…

Боль, настоящая и мощная вонзилась в мою грудь.

- Кэт!

- Что со мной не так? Ведь со мной что-то не так. Я могла просто разоружить его,

остановить, а вместо этого…

- Он пытался тебя убить. Он в тебя выстрелил. Ты просто защищалась.

Она покачала головой, и в тот момент она сломалась. Боль и ужас от того, что ей

пришлось пережить, что ей пришлось сделать, проявились на ее лице и заполнили каждую

слезу, что она проронила. Я издал гортанный вопль и обхватил ее руками вместе с

одеялом. Ее слезы продолжали течь, пока я баюкал ее в объятиях, крепко прижимая к

себе.

Кэт попыталась высвободиться из моих рук, но я удержал ее.

- Деймон, я – чудовище, я такая же, как Блейк.

- Что-что? Поверь, у тебя с ним нет ничего общего. Как тебе вообще пришла в голову

подобная идея?

- Нет, это правда! Блейк убил потому, что пришел в отчаяние. Ну, и в чем же разница? Ее

нет!

Неверя своим ушам, я покачал головой.

- Это не одно и то же.

Кэт сделала глубокийвдох.

- И я сделала бы это снова. Клянусь, если кто-то будет угрожать маме или тебе, я опять

сделаю то же самое. После того, что случилось с Блейком и Адамом, я это поняла. А это

неправильно, люди не должны так поступать.

- Нет ничего неправильного в том, чтобы защитить того, кого любишь, - возразил я. - Ты

думаешь, мне нравилось убивать? Нет! Но я не могу вернуться в прошлое и изменить его.

Она вытерла щеки тыльной стороной ладони, ее плечи задрожали. А слезы продолжили

подступать.

- Деймон, со мной все по-другому.

- Это еще почему? - Я положил ладони на ее щеки, заставляя ее посмотреть на меня сквозь

пропитанные слезами ресницы. - Помнишь, когда я убил на складе тех двух офицеров

Минобороны? Я тогда возненавидел себя, но у меня не было выбора. Если бы они

подняли тревогу, все было бы кончено, а я не мог допустить, чтобы тебя схватили. - Я

вытер слезы с ее лица, поймав ее взгляд, когда она попыталась отвернуться. - Я ненавижу

то, что пришлось сделать, Кэти, ненавижу всем сердцем, что пришлось забрать чьи-то

жизни, неважно – Аэрумов или людей, но выбора не было. Ты тоже не должна слепо

принимать случившееся, не должна радоваться, но понять, почему так поступила.

Она взяла меня за запястья.

- А если… Если я все-таки радуюсь?

- Вовсе ты не радуешься, Кэт.- Разве она не видела, как ей было плохо после

произошедшего? - Я знаю.

- Почему ты так думаешь? - прошептала она.

Я слегка улыбнулся.

- Потому что я знаю, в глубине души ты – хорошая. Ты – воплощение тепла и света,

которого я недостоин, однако ты почему-то считаешь, что я тебя заслуживаю, несмотря на

все мои дурные качества. Знаешь о них, но веришь, несмотря ни на что.

- Я...

- Именно потому, что по своей сути ты добрая, ты всегда такой останешься.- Я обнял ее за

плечи. - И никакие твои слова или поступки не могут этого изменить. Горюй, Кэти, плачь, если хочешь, но никогда не упрекай себя за то, что вне твоей власти. В общем, ты – лучше

Блейка, и точка. А сейчас выкинь всю эту гадость из головы.

Ее слезы начали высыхать, и глаза, цвета грозового неба, стали мягче и светлее. Все еще

дрожа, она подалась вперед и прижалась губами к моим. Мои пальцы сжимали ее плечи.

Ее поцелуй — черт, я опасался, что уже никогда не испытаю этого чувства снова. Я мог

ощущать соленый вкус ее слез и растущую жажду. Поцелуй углубился, и на этот раз это

было по-другому, все отличалось от предыдущих раз.

В поцелуе выражалось множество эмоций—вера в то, что мы преодолеем черную полосу,

наша надежда на будущее, готовность принимать друг друга такими, какие мы есть,

сдерживаемая тоска по несбывшемуся. Я хотел,чтобы чувства, что мы испытывали,

поглотили нас.

Кэт отстранилась. Наши глаза встретились. Я погладил ее щеку и произнес три коротких

слова на своем родном языке, слова, что были могучими, все равно не могли в полной

мере выразить то, что я испытывал к ней.

- Что ты сказал? - спросила она.

Улыбнувшись, я поцеловал ее снова. В момент, когда она отпустила одеяло, позволив ему

сползти до ее обнаженных бедер, я затаил дыхание.

Я осторожно положил ее на спину, и она обвила меня руками. Время текло одновременно

быстро и медленно, в то время как мы целовались. В этой комнате не осталось ни чего и

ни кого кроме нас. Одеяло было отброшено в сторону, и наши ноги сплелись. Мы

двигались, переплетаясь друг напротив друга. Мои руки дрожали на ее разгоряченной

коже, когда она выгнула спину. Я изучал ее тело, уделяя особое внимание небольшому

шраму, находящемуся недалеко от сердца, я провел по нему кончиками пальцев, затем

губами и, наконец, языком.

Подняв голову, я прижался щекой к ее. Мой голос был хриплым и грубым, когда я

заговорил.

- Только скажи, и я сразу же остановлюсь.

Вместо того чтобы меня остановить, она обвила руками мою шею, и притянула меня к

себе для следующего обжигающего поцелуя. Я навис над ней, почти не касаясь. Между

нами заискрились электрические разряды. Она притянула меня ближе, проведя большим

пальцем по моей нижней губе, а затем она скользнула рукой вниз к моей груди. Дрожь

прошла через мое тело, и я закрыл глаза.

Малейшее прикосновение Кэт делало это со мной.

И тогда ее руки задвигались снова, над мышцами моего нижнего пресса и кнопкой на

моих джинсах. Я открыл глаза. Тепло прокатилось по мне, когда я сел и привлек ее на

свои колени. Наши сердца стучали в унисон, когда мои руки гладили ее бедра, прижимая

ее так близко, насколько это было возможно. Ее мягкие стоны были для меня симфонией,