«Полагаю, что тебе нравится».

Правда была в том, что мне это тоже нравилось. В моей настоящей форме я был

сверхчувствителен к… ко всему. Мне нравилось еѐ прикосновение. Возможно, даже

слишком.

Освободив свою руку, я отступил назад. Мой свет медленно ослаб, а затем я вернулся в ту

форму, с которой она была больше знакома.

-Кэт.

Она уставилась на меня, медленно качая головой.

Наверное, мне следовало повременить со всей этой «покажи и скажи» темой.

-Кэт?

-Ты пришелец, - прошептала она, словно пыталась себя убедить в этом.

— Верно. Именно это я пытался тебе объяснить.

— О... оу... вау. - Она притянула свои руки к груди.- И... откуда ты? С Марса?

— Даже не близко. - Я засмеялся.— Я сейчас расскажу тебе одну историю, хорошо?

— Ты собираешься рассказать мне историю?

Я кивнул, когда провел рукой по волосам.

— Все это будет звучать для тебя безумно, но постарайся помнить то, что ты видела. То, что ты знаешь. Ты наблюдала, как я делаю невозможное. Теперь для тебя не должно быть

ничего невозможного. - Я подождал, пока она это уяснит.— Место откуда мы родом

называется Эйбел.

— Эйбел?

— Это одна из самых далеких галактик от твоей, примерно, в тринадцати миллиардах

световых лет отсюда. На Земле нет телескопов или космических шаттлов, способных

перемещаться так далеко. И никогда не будет. - Если бы наш дом все еще существовал,

подумал я, когда посмотрел на свои раскрытые ладони.— Хотя... даже если бы они

существовали, это было бы не так уж и важно. Нашей планеты больше не существует. Она

была разрушена, когда мы были еще детьми. Вот почему мы должны были покинуть еѐ и

найти место, приемлемое для нас в плане еды и атмосферы. Не то чтобы нам нужно

дышать кислородом, но это хотя бы не больно. Дыхание на этой планете для нас — всего

лишь отработанный до автоматизма навык, не более.

Осознание вспыхнуло в еѐ чертах, и я могу поклясться, что она думала о дне на озере.

— То есть, тебе не нужно дышать?

— Нет, не слишком. - Я пожал плечами.— Мы делаем это по привычке, и, конечно,

случается, что иногда мы об этом забываем. Например, когда плаваем.

— Продолжай.

Я помедлил секунду, думая сможет ли она это все осмыслить, а затем продолжил. Я

отказывался признавать ту часть меня, что хотела рассказать еѐ все. Ту часть, что

отчаянно хотела знать, что она подумает, если узнает настоящего меня.

— Мы были слишком маленькими, чтобы знать название нашей галактики. Или,

возможно, наш народ не нуждался в названии подобных вещей, но я хорошо помню

название нашей планеты. Она называлась Лакс, а мы все — Лаксены.

— Лакс, — прошептала она. — Свет по-латински?

— Мы прибыли сюда в потоке метеоритного дождя пятнадцать лет назад, с другими,

такими же, как мы. Но есть среди нас и такие, кто перебрался на Землю задолго до нас.

Представители нашей расы посещали вашу планету на протяжении тысячи лет. И,

конечно, не все мы переместились именно на эту планету. Некоторые отправились дальше

по галактике. Многие, должно быть, попали на планеты непригодные для жизни, но когда

всем окончательно стало ясно, что для нас Земля — это практически идеальные место для

обитания, выбор стал очевидным. Ты успеваешь следить за мыслью?

Еѐ взгляд был пустой.

— Думаю, да. Ты говоришь, здесь много таких, как ты. Томпсоны... они такие же?

Я кивнул.

— Мы вместе с ними с тех самых пор.

— И… как много вас здесь?

— Именно здесь? Не меньше пары сотен.

— Пара сотен, — повторила она.— Почему именно здесь?

— Мы... держимся большими группами. Это не ... ладно, это не имеет значения сейчас.

— Ты сказал, что вы прибыли во время метеоритного дождя? И где твой космический

корабль? - Еѐ нос мило сморщился.

Я изогнул бровь.

— Мы не нуждаемся в таких вещах, Кэти. Мы перемещаемся вместе со светом.

— Но если ты с планеты, которая в миллиардах световых лет отсюда, и ты двигаешься со

скоростью света... то дорога сюда заняла, наверное, миллиарды лет?

Она действительно это мысленно подсчитала сейчас?

— Нет. Используя те же самые возможности, с помощью которых я спас тебя от

грузовика, мы способны подчинять своей воле пространство и время. Я не ученый,

поэтому не знаю, как это работает. Мы просто можем это и все. Некоторые лучше,

некоторые хуже.

Она медленно кивнула, но я почувствовал, что это было просто напоказ. Она не теряла

самообладание, по крайней мере, хоть какие-то хорошие новости.

Я продолжил, когда снова сел.

— Мы стареем точно так же, как и люди, что позволяет нам не выделяться среди вас.

Когда мы переместились сюда, нам пришлось выбирать свои... оболочки. - Она

вздрогнула, и я пожал плечами. Что я мог сделать? Это была правда. — Я не знаю, как по-

другому объяснить, не пугая тебя... но не все из нас могут постоянно менять свое обличие.

Та внешность, которую мы выбрали, когда прибыли сюда, это то с чем мы вынуждены

навсегда оставаться.

— Что ж... в таком случае, ты сделал неплохой выбор.

Я усмехнулся, когда провел пальцами по траве.

— Мы воплотили в своем новом теле то, что увидели. И почти для всех нас этот выбор

оказался перманентным. Впоследствии, вероятно, под воздействием ДНК, наша

внешность стала похожей. И, на случай, если ты удивлена, мы всегда рождаемся тройней.

Так было испокон веков. - Я наблюдал, как она села обратно не дальше чем на расстоянии

фута напротив меня.— В большинстве своем, мы очень похожи на людей.

— За исключением того, что вы являетесь облаком света, до которого я могу дотронуться?

Моя усмешка стала шире.

— Да, это, и еще мы гораздо более развиты, чем люди.

— Насколько более? — спросила она тихо.

— Скажем так, если нам когда-нибудь придется столкнуться с человечеством, вы не

одержите верх. Без вариантов.

Она застыла, а затем отпрянула от меня. Наверное, нужно было оставить эту информацию

при себе.

— И что еще ты способен делать?

Я встретил еѐ взгляд.

— Чем меньше ты знаешь, тем, скорее всего, для тебя лучше.

Кэт покачала головой.

— Нет. Ты не можешь рассказать мне подобное, а потом взять и что-то умолчать. Ты... ты

должен мне это.

— Если я не ошибаюсь, то это ты мне должна. Уже, как минимум, в трех случаях, -

заметил я.

— Как это, в трех?

— Ночь, в которую тебя атаковали; только что; и когда ты решила, что Эш нужно срочно

примерить на себя спагетти. — Я считал, загибая пальцы. — Лучше бы, чтобы четвертого

раза не было.

Замешательство окрасило выражение еѐ лица.

— Ты спас меня от Эш?

— О да, когда она сказала, что покончит с тобой, поверь, она именно это и имела в виду.

— Я вздохнул, когда откинул голову назад. — Проклятье. Почему бы и нет? Ты и сама

уже начала о многом догадываться. Каждый из нас в состоянии контролировать свет. При

желании, манипулируя им, мы можем становиться совершенно невидимыми, рассеивать

тьму… да все, что угодно. И не только это. Мы можем контролировать и использовать

потенциал света. И, поверь мне на слово, тебе вряд ли понравится, если что-то подобное

когда-либо впишется в твое тело. Я сомневаюсь, что люди могут перенести такое и при

этом остаться в живых.

— Окей... — Она сложила руки вместе, кажется, это был бессознательный жест. —

Подожди. Когда мы встретили медведя, я видела вспышку света.

— Это я, и, прежде чем ты спросишь, я не убивал того медведя. Всего лишь спугнул. Ты

потеряла сознание, потому что находилась слишком близко к Источнику. Думаю, это

оказало воздействие на тебя. Только не понимаю, почему он поразил тебя тогда, и не

затронул сейчас. В любом случае... каждый из нас имеет определенные способности к