Дождавшись, пока все уедут, Егор осторожно вышел из дома и поехал на квартиру, где его должны были ждать Марик, Валеха и Виталик. Через полчаса он был уже на месте.

– У меня есть неплохой план, как рассчитаться с Черой так, чтобы к нам не вело никаких следов, – тихо сказал Егор, сдержанно поздоровавшись с товарищами.

– Излагай! – поднял на него глаза Валеха.

Егора не стал тянуть и, немного понизив голос, стал излагать суть дела:

– За время наблюдения мы кое-что узнали о Чере и основных местах его пребывания. Будем исходить из того, что город у нас маленький, все друг друга знают. Соответственно, нам, шлепая его, засветиться никак нельзя, чтобы потом не получить проблемы с ментами и с его старшим братцем. Устраивать акцию прямо у него на явке, я думаю, не стоит. Рядом с боксами стоят кооперативные гаражи, там могут оказаться свидетели. В автосервисе у Черы постоянно задерживаются рабочие. Живет он в типовой многоэтажке. Двор там большой, в нем постоянно толчется разный народ, так что устраивать пальбу здесь тоже опасно. Любовница Черы живет в самом центре, ее дом хорошо просматривается со всех сторон, и тут тоже тихо не сработаешь. Это место тоже отпадает. Что же нам остается? Если он постоянно находится в людных местах и в окружении множества людей, значит, нам самим нужно создать удобную ситуацию, выманить его туда, где нам никто не помешает. О вспыльчивом характере Черы мы все уже знаем, о его роде занятий тоже имеем представление, поэтому я думаю, что у него в городе накопилось множество недоброжелателей. Сегодня у него была очень бурная стрелка на аэродроме с бригадой пацанов из Заводского.

– Это с Иналом, что ли? – спросил со своего места Марик

– Да, – кивнул Егор.

– А что они не поделили?

– Фиг их знает. Сам разговор я не слышал, но это и не важно. Я предлагаю сделать вот что…

Во второй половине следующего дня Чера с двумя своими подручными – Ацей и Фелой, выехал из автосервиса на "мерине". Это было рутинной ежедневной процедурой. Отправлялись они на объезд городских торговых точек, контролируемых бригадой.

Автосервис Черы находился на самой окраине города, посреди кооперативных гаражей. От него к нормальной заасфальтированной дороге нужно было ехать по неудобной раздолбанной грунтовке, длинной змеей протянувшейся вдоль гаражей.

Несмотря моросивший с утра дождик, машина Черы блестела, как туша огромного кита. Чера сам сидел за рулем. Он ехал очень аккуратно и осторожно, объезжая многочисленные колдобины, заполненные водой, чтобы не заляпать свою чистую машину.

Уже перед самым выездом на основную дорогу, ведущую в город, его с громким ревом обошла заляпанная грязью "девятка" непонятного цвета, обдав его лоснящийся "Мерседес" целым каскадом грязи из глубокой соседней лужи.

– Ах ты мудак! – взревел взбешенный Чера, оскорбленный этим до глубины души. – Да я тебя гнида сейчас самого утоплю в этой поганой луже!

Он до отказа выжал педаль газа и, уже не разбирая дороги, кинулся догонять обидчика. Ацамаз и Фела возбужденно загалдели, предвкушая жестокую расправу над неудачно обогнавшим их водилой "девятки".

– Давай, Чера гони быстрее! Сейчас мы его, суку, сделаем – Фела азартно толкнул кипящего от злости бригадира в бок.

"Мерседес" на большой скорости резко вывернул на основную дорогу, так что у него занесло задницу, но Чера коротким движением руля выровнял машину и, отчаянно мигая дальним светом, кинулся догонять быстро удалявшуюся "девятку". Ее водитель наверняка уже понял, что дело нечисто, но не остановился, а наоборот, прибавил скорость, стремясь оторваться от преследователя.

Уходя от огромного черного "Мерседеса", мигавшего ему фарами, он через пару километров внезапно свернул на узкую грунтовую дорогу, ведшую к садовому товариществу. Скорее всего, не рассчитывая уйти от преследователей по прямой, водитель надеялся затеряться в лабиринте множества небольших дачных участков.

– Чера, гони! Уйдет ведь, сука, уйдет! – в азарте закричал Ацамаз с заднего сидения.

– Не трынди бля мне под руку! – рявкнул на него Чера, сворачивая на узкую грунтовку вслед за "девяткой". – От меня хрен кто уходил.

"Девятка", петляя по узкой разбитой дороге, отчаянно пыталась уйти от преследовавшего ее огромного черного автомобиля, с каждой секундой сокращавшего разделявшее их расстояние. Но "ведру с гайками" никак нельзя было тягаться с мощным немецким автомобилем. "Мерседес" уже догнал беглянку и, непрерывно сигналя, шел за ней след в след, находясь уже буквально в пяти метрах.

– Думал уйти от меня? А вот хер ты угадал, мудила! – мстительно улыбнулся Чера, удачно воспользовался расширением дороги, поддал газку и легко обогнал "девятку" справа, выскочив при этом немного на обочину.

Проехав еще буквально несколько десятков метров, он резко затормозил, перегораживая дорогу, и резво выскочил из машины, уже представляя, как будет сейчас пинать ногами бесчувственное тело идиота, посмевшего заляпать грязью его любимый "мерин". Следом за Черой из автомобиля вылезли Фела и Аца.

Фела на всякий случай вытащил из наплечной кобуры свой верный ТТ и теперь, злобно скалясь, шел за предводителем, небрежно держа пистолет стволом вниз. Ацамаз, в свою очередь, тоже был не с пустыми руками. Он прихватил из машины тяжелую биту, намереваясь как следует оттюнинговать ею несчастную "Ладу".

В этот момент из задних дверей доверху заляпанной грязью глухо тонированной "девятки", резко затормозившей в пяти метрах от "Мерседеса, перегородившего ей дорогу, выскочили два парня в неброских спортивных костюмах и в черных масках с узкими прорезями для глаз. Чера сразу поняв, что случилось непоправимое, отчаянным рывком попытался было выхватить пистолет, который он по давней привычке таскал за поясом под курткой, но короткие автоматы Калашникова уже выплюнули навстречу ему и его приятелям две раскаленные струи смертоносного свинца.

Молодые и крепкие парни – Чермен, Ацамаз и Феликс, которым, казалось бы, можно было бы еще жить и жить, густо нашпигованные автоматными пулями, рухнули на мокрую и грязную дорогу рядом со своей крутой и вальяжной машиной, закончив на этом свой короткий и неправедный жизненный путь. Может быть, не будь развала Союза, и последовавших за этим "лихих девяностых", они не пошли бы в рэкетиры, и не стали-бы грабить и убивать. Может быть, они прожили бы совсем другую жизнь – стали бы хорошими, спортсменами, автомеханиками, агрономами или просто – рабочими на заводах. Скорее всего, они бы женились и наплодили бы кучу детей, радуясь в конце прожитого жизненного пути, своим озорным внукам и мудрой благополучной старости. Но все произошло, именно так как произошло – "посеявшие ветер пожали бурю" и теперь три остывающих трупа на мокрой и грязной дороге – это было все, что осталось от неслучившегося для них в этой жизни.

Парни в масках, только что стрелявшие из автоматов, быстро заскочили в свою машину. "Девятка" виртуозно развернулась на узком пятачке, выкидывая щебень из-под передних колес, и с пробуксовкой рванула подальше от места жестокой расправы.

В салоне машины парни синхронно стянули маски. Марик, сидевший за рулем, мельком бросил взгляд в зеркало заднего обзора на Егора и Валеху. Оба парня возбужденно дышали, крепко сжимая свои автоматы в руках. Казалось, они еще не понимают, что дело сделано и все уже закончилось.

– Пацаны, успокойтесь. Все уже кончилось. Быстро прячьте автоматы и немного приоткройте стекла, а то в салоне сильно несет пороховыми газами, – Марик, сам возбужденный до предела, попытался успокоить товарищей.

– Блин, как мы их сделали! – перевел дух Валеха.

– Ага! – пробурчал себе под нос Егор, все еще стискивая свой автомат побелевшими от напряжения пальцами.

– Сделали хорошо, – подтвердил им Марик, сворачивая на объездную дорогу, чтобы въехать в город с другой стороны. – Быстрее переодевайтесь и протрите руки спиртом. Сейчас быстро разбегаемся. Встречаемся завтра, как обычно, у меня.