– Бля, пацаны, как-то в падлу нам по мусорским закидонам щемить кого бы то ни было, хотя этот тип мне по-любому не нравится, – усомнился Давид. – Каратила он там, или дзюдоила – мне это лично по фигу. Если по-чесноку – то я бы его чисто для собственного кайфа чуток поприжал.

– Ну так давай совместим приятное с полезным, – упрямо качнул головой Гамлет, – сделаем это для собственного кайфа, и заодно кум от нашей хаты отстанет.

– Для этого подходящий повод надо найти, – буркнул Дато, – у него вон в знакомцах Антон и другие авторитетные пацаны числятся, на него просто так не наедешь.

– Ну так давай-ка вместе помаракуем, как такой повод создать. Он ведь здесь случайный пассажир, поэтому надо подловить его на каком-нибудь косяке и потом спросить с него по полной. Тогда ни у кого из авторитетов не будет повода заступиться за него.

На следующий день несколько парней из семьи южан сели играть в карты на отжимания. Игра шла бурная, с веселыми подначками и приколами, так что некоторые не задействованные в этой забаве арестанты с завистью смотрели на веселящихся парней. Поймав взгляд молодого худенького паренька, соседа Егора по нарам, банковавший Дато дружелюбно улыбнулся ему:

– Чего скучаешь? Давай, присоединяйся.

– А можно? – удивился Эдик, попавший в СИЗО за мелкую кражу. До сих пор парни из первой семьи его особым вниманием не удостаивали, и поэтому ему весьма польстило предложение Дато, тем более, что игра шла не на деньги.

– А чего ж нельзя?! – расплылся в радушной улыбке Дато, ловко сдавая карты. – Ставка у нас чисто символическая – всего десять отжиманий от пола. Даже если проиграешь, особо не напряжешься.

Эдик тут же перебрался на нары к игрокам и с удовольствием влился в общий игровой процесс. Через некоторое время внимание Егора, который лежал на своем месте и читал довольно замусоленную книжку «Анжелика маркиза ангелов», невесть как оказавшуюся в камере, привлекли бурные крики, доносившиеся с противоположной стороны.

– Не, ну что ты, бля, лепишь тут гнилые отмазы? – Громко возмущался вчерашний малолетка Арсен. – Ты давай не соскакивай с темы. Если проиграл – отвечай как путевый пацан.

– Да я не отожмусь столько сразу, – пытался оправдаться Эдик, – давай я по частям.

Остальные игроки возмущенно загалдели.

– Ни хрена!

– Ты че, бля, фуфломет что ли?

– Надо было раньше вскрываться, зачем повышал ставку!

– Как это не отожмешься? – наконец подытожил общее мнение Давид. – А зачем тогда ты сел играть? Давай отжимайся сто раз и ты свободен.

Эдик обреченно встал со своего места, вышел на пространство между нарами, принял упор лежа и принялся отжиматься.

– Давай, давай, не сачкуй, делай полные отжимания!

– Ниже, ниже!

– Руки выпрямляй полностью…

Обрадованные очередным развлечением арестанты обступили худенького парнишку, который из последних сил пытался делать четкие отжимания на дрожащих от напряжения руках.

– Шестьдесят девять, семьдесят… – громко считал Арсен.

– Все… Не могу больше, – взмолился Эдик, из последних сил выпрямив руки.

– Не-е-т, брат, шалишь!

– Давай, давай, отжимайся, тебе еще тридцатник остался.

– Никаких скачух!

Эдик, согнув руки, извиваясь как червяк, пытался подняться вверх, но измученное тело отказывалось его слушаться. Наконец он сдался и упал лицом в бетонный пол.

– Все, больше не могу, делайте что хотите, – сдавленно прохрипел он.

– Что хотим? – ехидно прошипел Арсен – А ты знаешь, что за такие косяки и за такие слова ты можешь даже своей жопой ответить?

Эдик угрюмо молчал, сидя на полу.

– Давай, фуфлыжник, отжимайся еще тридцать раз, – нетерпеливо дернул его за плечо Давид, – а то действительно мы тебя кольнем в тухлую вену кожаной иглой, и поедешь ты на курорт в хату три два, к Абдулле в гости. Он, наверное, там тебя уже заждался.

– Это беспредел, – тихо прошептал Эдик.

– Что!? Что ты там сказал? А ну повтори? – мощный татуированный Давид угрожающе навис над скорчившимся на полу пареньком.

В камере стало очень тихо, казалось, что даже воздух вокруг накалился, а время замедлило свой бег и стало тянуться подобно вязкой черной смоле.

– Это беспредел, – уже громче повторил Эдик.

Давид удивленно вскинул брови

– Слышь ты, пацан, да я тебя щас и в самом деле огуляю,.

Эдик сжался, как маленький звереныш, и ненавидяще уставился здоровенному отрицале прямо в глаза:

– А вот хрен тебе.

– Нет, ну ты, баклан, совсем попутал!

Озверевший Давид наклонился и, толкнув Эдика на пол, резким рывком попытался стащить с него спортивные брюки. Эдик громко завизжал и, изо всех сил вцепившись руками в свои штаны, стянутые до середины молочно-белых тощих бедер, стал отчаянно отбиваться от верзилы ногами. Давид, которого сопротивление жертвы только еще больше взбесило, начал наносить Эдику мощные удары правой рукой, продолжая левой стягивать с него штаны.

– Щас я доберусь до твоего очка, мудила, – злобно шипел он, успешно ломая слабеющую оборону своего противника.

Арестанты, находившиеся в камере, как зачарованные вытянули шеи, чтобы получше рассмотреть то, что происходит на полу межу нарами.

– Убери от него руки!

Егор, который не в силах был безучастно наблюдать за разворачивающейся на его глазах мерзкой сценой, вскочил со своего места и резко оттолкнул Давида в сторону.

– Ах ты падла! Значит, ты с ним заодно! Пацаны, мочи его!!!

Давид, яростно выпучив, красные от злости глаза, кинулся на Егора, метя своим огромным кулаком ему в лицо. Одновременно с Давидом, на заступника Эдика слаженно бросились еще несколько крепких парней из «первой семьи». Все это выглядело так, как будто они были уже наготове, и только ждали сигнала к атаке. Егор не задумываясь, на автомате выбросил ногу, встретив налетающего на него Давида ударом пяткой в челюсть. От мощного йоко-гери в челюсть здоровенного парня подбросило и он, раскинув руки, с грохотом рухнул на нары, увлекая за собой еще пару человек. В это же мгновение Егор, не теряя времени, быстро крутнулся волчком вокруг оси и ударом правой ноги уширо в солнечное сплетение отбросил на решетку подбегавшего к нему Дато. Третьим ударом ноги, боковым маваши в голову, он уложил на пол неудачно для себя вылезшего вперед Арсена.

– Мочи его!

– Заходи сбоку!

– Одеяло, кидай ему на голову! Одеяло!

Пять или шесть человек, не остановленных примером уже пострадавших товарищей, обступали Егора полукругом. В узком, не более полутора метров шириной, пространстве между длинными нарами развернуться особо было негде, и Егор быстро вскочил на нары, смещаясь по ним к стене и занимая стратегически выгодное для себя положение. Из под ног у него тут же откатились пару человек, не желавших принимать участия в схватке.

– Стоять!!! А ну хорош, бля, руками махать!

В пространство между Егором и пытающимися обойти его противниками, раскинув руки в стороны, выскочил преодолевший начальную заторможенность Иван.

– Хорош, я сказал!!!

– Уйди, Иван!

Гамлет, наконец, вышел из тени на первый план и взял на себя руководство акцией возмездия. Остальные нападавшие с угрожающими лицами сгрудились у него за спиной.

– Нет! – Иван решительно покачал головой – Давай перетрем это дело без махача.

– Он сам напросился и теперь пусть получит, – покачал головой Гамлет, не делая, впрочем, попытки пойти вперед.

– Уйди, Иван, я щас его порву на хер!

Дато, которого Егор еще вначале схватки отшвырнул ногой на решетку, уже оклемался и вытянул откуда-то из заначки весьма приличных размеров охотничий нож. Глаза у Егора так и округлились, а в его голове бешеным галопом понеслись мысли «Нож в камере!!! И не какой-нибудь перочинный, а реальный свинокол, которым при желании и некоторой удаче можно всю хату перерезать!!! Ну ни фига себе сюрпризец…»

Егор сместился еще немного вбок к стене, чтобы его нельзя было обойти сзади, и, быстро подхватив чью-то подушку с нар, выставил ее перед собой в качестве щита.