Едва ли таких слов ждал мужчина, но силы стремительно покидали его, он не мог поднять и руки, не то что встать и начать возмущаться.

- Хьюго!

Истошный крик, полный ужаса, мог показаться неузнаваемым, но Хьюго сразу различил в нем знакомые нотки. Последнее, что он увидел, прежде чем его веки налились свинцом и опустились – Финнула, падающая на колени возле него. Ее лицо, на котором страх поставил свою печать, причудливо менялось в бликах огня, но было по-прежнему прекрасно. Мужчина вспомнил их первую встречу. Теперь Финнула была так же красива…

- Хьюго! Нет, о, нет! Хьюго!

Он разомкнул было губы, чтобы сказать что-то, но его язык примерз к небу, а глаза неумолимо закрывались. А затем все исчезло.

Когда Финнула увидела, как глаза мужа закрылись, а голова бессильно мотнулась назад, внутри нее словно что-то оборвалось.

- Нет! – закричала она не своим голосом, пытаясь встряхнуть мужа. – Нет, Хьюго, прошу тебя!

- Моя дорогая, - рука шерифа опустилась на ее плечо, - моя дорогая, вы ничего не можете сделать. Предоставьте это целителю…

Финнула дернулась в сторону, пытаясь вырваться от шерифа, но тут сквозь толпу протолкнулся Роберт, и, увидев лежавшего на земле со стрелой в груди Хьюго, он немедленно схватил сестру за руку и поднял на ноги. Тут подбежали и крестьяне, за которыми спешил целитель, и Финнуле оставалось лишь беспомощно наблюдать за тем, как седовласый старик изучает рану, опустившись на колени возле лорда.

- Стрела вошла глубоко, - старый Грегор тяжело вздохнул, и эта пауза показалась Финнуле вечностью. – Но сердце не задето.

- Он выживет? – тихо спросил шериф. Финнула упала на грудь брата, рыдая. Роберт прижал сестру к себе.

- Одному лишь богу известно, - откликнулся Грегор, и девушка забилась в рыданиях еще сильнее.

- Что произошло? – всхлипывала она, пока целитель с крестьянами укладывали раненого Хьюго в повозку, чтобы отвезти в замок. – Кто мог сотворить это с ним?

- Едва ли мы получим ответ сегодня, миледи, - сурово заметил шериф. – Сейчас важно доставить его в замок и не тревожить, чтобы…

- Сейчас важно найти преступника! – раздался чей-то голос, и Финнула, оглянувшись, увидела Питера. Он стоял неподалеку, а все собравшиеся смотрели на него во все глаза, точно не ожидая от слуги такой уверенности.

- Да, - дрожащим голосом согласилась Финнула, - Питер прав. Мы должны найти того…

- Мне кажется, это более чем очевидно, - грубо перебил ее Питер. Финнула вздрогнула от неожиданности. Руки Роберта, лежавшие на ее плечах, напряглись.

- Что ты сказал, парень? – рассерженно прогремел он. – Как ты смеешь…

- Да, я смею, - крикнул Питер. – Я смею обвинять твою драгоценную сестренку в попытке убийств лорда Хьюго!

Роберт отпустил Финнулу и ринулся было к Питеру, но шериф де Бриссак бросился между ними, предотвращая, возможно, еще одну попытку убийства. Но, даже когда шериф встал между мужчинами, из толпы раздался возглас:

- Он говорит правду!

Финнула слабо вскрикнула. К ним подошел Майлз Хиллъярд, мэр деревни. В отблесках огня его глаза, казалось, полыхали дьявольским огнем.

- Да! – крикнул он так чтобы слышали все. – Правду! Моя дочь рассказала мне о том, что произошло не далее, чем сегодня днем. На жизнь лорда Хьюго покушались дважды, и оба раза у Финнулы Крейс была потрясающая возможность…

- Это безумие! – оборвал его Роберт. В его голосе слышались раскаты грома. – Вы не знаете, о чем говорите. Моя сестра ни за что не попыталась бы убить своего мужа…

- Правда? – вкрадчиво уточнил мэр. – А что же тогда стряслось с лордом Джоффри? Разве не она вышла за него замуж, и разве не он умер при загадочных обстоятельствах в ту же ночь?

- Так и было, - презрительно бросил кто-то. К Финнуле подошли Патриция, Кристина и Меллана. – Он умер. Но не потому, что его убила наша Финн.

- Никто вообще не сумел доказать, что лорд Джоффри был убит, - бушевал Роберт.

- И никто не доказал, что лорд Джоффри умер… - Меллана взглянула на брата в поисках поддержки. – Как это говорится?

- Насильственной смертью, - подсказал брат. – И это совершенно иное дело! Зачем Финнуле убивать лорда Хьюго? Взгляните на нее, старый вы дуралей, она любит его, это сразу видно!

То ли Майлз Хиллъярд был не в восторге от того, что будущий зять назвал его старым дуралеем, то ли просто был сыт происходящим по горло, в любом случае он отмахнулся от Роберта Крейса и его сестер, точно от назойливых мух.

- Шериф де Бриссак, - провозгласил он, - я требую, чтобы вы арестовали эту девушку, как подозреваемую в убийстве…

Толпа издала возглас ужаса, затем послышались крики протеста, но Финнула не обращала на них никакого внимания. Она так и стояла, прижав ладони ко рту и не сводя глаз с мужа, вокруг которого хлопотал целитель. Если он умрет… Если Хьюго умрет…

Мэттью Фэйрчайлд растолкал людей и встал плечом к плечу с Робертом.

- Послушайте-ка! Вы не арестуете леди Финн! Любому идиоту ясно – стрелу выпустила не она!

- Любому идиоту, говоришь? – мэр скрестил руки на груди. Он никогда не принимал критику благосклонно, не говоря уж об оскорблениях, пусть даже и косвенных. – Ну что же, тогда будь так добр пояснить, о чем речь, раз уж я, как вышло, оказался идиотом.

- С радостью, - Мэттью махнул рукой в сторону тела Хьюго, повозка с которым уже отъезжала к замку. – Если бы леди Финнула желала его смерти, она бы не стреляла в него своими стрелами, которые знакомы всякому. Это ведь прямое доказательство вины!

Питер высунулся из-за плеча мэра и коротко хохотнул.

- Она и хотела, чтобы все так считали.

- Финнула – добрейшей души человек, - отчеканила Патриция. – Она скорее руку себе отрежет, чем нападет на человека.

- Добрейшей души! – передразнил Питер. – Да я угодил в ее ловушку и болтался, привязанный к дереву вверх ногами! Чудом спасся!

- Ты же знаешь, что она сделала это, чтобы поймать лорда Хьюго, - Меллана погрозила ему пальцем. – Как бы она взяла его в плен, если бы ты мешался под ногами?

- Меллана, - нахмурилась Патриция, - ты не помогаешь

- И она бы ни за что не стала этого делать, - продолжала Меллана, не обращая внимания на предупреждающий тон Патриции, - если бы не моя просьба. Финнула – самая верная и любящая сестра на свете.

- Любящая, говоришь? – фыркнул Питер. – Так-то твоя любящая сестра обожает своего мужа, что оскорбила его незадолго до того, как в него полетела стрела. Да она назвала его сволочью!

В толпе раздалось бормотание. Все слышали, как Финнула выругалась на кого-то, но причина не была известна никому. Сама же девушка даже не пошевелилась, чтобы хоть как-то защитить свою честь. Ей не было дела до того, что происходит вокруг. Все, о чем она могла думать – Хьюго. Если Хьюго погибнет…

- Я могу доказать, что стреляла не Финнула, - тем временем упрямо крикнула Меллана.

Шериф де Бриссак, с беспокойством наблюдавший за спорщиками, кивнул.

- Продолжай.

- Если бы Финнула хотела убить своего мужа, - произнесла Меллана, - она бы не промахнулась.

Мэр холодно рассмеялся.

-Вы слепы, мадам? Она не промахнулась! Она ранила его!

Тут Патриция поняла, что Меллана имела в виду, и вскричала:

- Она не попала в сердце, как вы не понимаете! Финнула – лучший стрелок во всем Шропшире. Она ни за что бы не промахнулась, да еще и с такого расстояния.

- Чушь! – Хиллъярд хлопнул в ладоши. – Это безумие! Шериф де Бриссак, вы арестуете девчонку, или мне придется сделать это самому?

Джон де Бриссак сделал глубокий вдох и посмотрел на Финнулу. Она опустила руки, до этого прижатые ко рту, и стояла, точно статуя. Глядя на блики догоравшего костра, девушка могла думать лишь о том, что, если Хьюго умрет… Если Хьюго умрет…

Тогда и она умрет вместе с ним. И не потому, что ее повесят за его убийство.

- Я должна пойти к нему, - пробормотала она, внезапно двигаясь с места и порываясь пойти следом за давно уехавшей повозкой.