Он забросил кусочек последнего бутерброда в рот и, прожевывая, задумчиво огляделся.

— Любовь — это вещь, которая в нас навсегда. Как только она появляется — все, она никуда не денется, несмотря ни на что. Любовь может превратиться в ненависть и обиду, но она всегда будет там, спрятанная за плохими чувствами.

— Хм, очень поэтично, Джерри, но я думаю, что любовь — это просто ощущение.

— Это похоть. Вот почему дельфины занимаются сексом.

Я подавилась супом.

— Ты смешной.

— Я серьезно. Любовь — не только чувства, в противном случае она бы заканчивалась и снова начиналась по щелчку пальцев.

— Я думаю, что с Джейми у меня была похоть.

— Может, и так. – Он продолжал смотреть вперед, но локтем подтолкнул меня в плечо. – Наверное, потому вам обоим и было так легко расстаться, да?

Я столкнулась с его пристальным взглядом.

— Ты думаешь, что я веду себя неразумно?

— Да, я думаю, что так. Не только в отношении к Джейми, но и в отношении себя тоже.

— Он меня обманул.

— Он пытался сказать тебе.

— Откуда ты знаешь?

— Ну, он звонил мне около трех сотен раз с момента выхода твоей ужасной статьи.

— И о чем вы говорили?

— О, мы обсуждали много разных вещей. Он хотел, чтобы я знал, что он сожалеет, что обидел тебя. А еще хотел убедиться, что с тобой все хорошо, ведь ты не отвечала на его звонки.

Я пожала плечами.

— Знаешь, Кейт, я нахожу его очаровательным. Кто бы подумал, что Райан Лоусон вырастет таким? Он был таким повернутым на науке ребенком. Он по-прежнему умница, не пойми меня неправильно, но теперь еще и настоящий мужчина.

— Может, тебе и стоит с ним встречаться, Джерри.

— Я удивлен, вот и все. И не думаю, что кто-то из нас заподозрил бы Джейми. Я должен был дать больше времени на подготовку, прежде чем послать тебя туда.

— Может быть. Наверное, но ведь никто не ожидал, что Джейми и я можем…

— Влюбиться друг в друга?

Я закрыла руками лицо и склонила голову.

— Я собиралась сказать «завести интрижку». Хватит уже о любви.

Он встал и смахнул крошки со своей одежды, казалось, не обращая внимания на мою реакцию.

— Ты разберешься, девочка.

Джерри отвез меня обратно в офис, где я забрала свой чемодан. Я покатила его мимо ближайшей станции L — ветка была закрыта на ремонт.

Я снова позволила себе померзнуть. Взглянула на часы. Четыре тридцать. У меня было немного времени, чтобы вернуться домой, прежде чем мне придется снова исчезнуть, когда Дилан и Эшли устроят там свидание. Я почти заледенела, пока дошла до следующей станции.

Я ждала на платформе, ковыряя носком туфли желтую линию. Уже темнело. Я услышала звук приближающегося поезда и высунула голову, чтобы его увидеть. К своей невероятной радости и удивлению я разглядела розовые огни — они отражались от стен тоннеля. Хотя я никогда не видела его раньше, но знала совершенно точно, что к станции приближается праздничный поезд.

Я начала неудержимо хихикать. Какой-то идиот в бежевом пальто сказал, стоя рядом со мной:

— Черт побери, снова этот праздничный поезд. Уже второй раз на этой неделе. Эта чертова штука едет чертовски медленно.

— О, да ты просто идиот!

Я прокатилась колесиками чемодана по его отполированным туфлям и побежала вдоль поезда. Я видела, что двери уже открылись. Снаружи каждый вагон был украшен гирляндами и праздничными аппликациями. До меня донеслись звуки песни «Это точно Санта Клаус» в исполнении Гэрри Конника-младшего. Я бежала мимо огней, безумно улыбаясь, словно героиня рождественского фильма, которая торопится воссоединиться с любовью всей своей жизни. Приветственные надписи вспыхивали на последнем вагоне яркими белыми буквами. И вот я уже почти добралась до саней Санта Клауса.

Но как только я добежала до конца, с поезда спрыгнул проводник, и огни и музыка пропали.

— Что случилось?

— Поломка. На сегодня все.

— Что? – мой голос взвился, нарушая тишину. Остальные ожидающие направились мимо меня к лестнице, чтобы выйти на платформу. – Вы, должно быть, шутите! – завопила я.

— Извини, дорогая, у нас проблемы на путях. Может, удастся поймать нас в следующий раз. Возможно, завтра, когда вагон заработает. Наши инженеры уже начали работу, но Санта объявляет перерыв.

Я оглянулась на сани Санта Клауса, но его там уже не было.

— Не могу поверить, – повторяла я. – Я ждала этого несколько лет!

Вот же гребаное дерьмо.

Я шла пешком всю дорогу домой, проклиная небо и катя чемодан позади. Я заметила в темном переулке возле моего дома большой мусорный контейнер. Черт с ним. Достала из чемодана коробку, которую дал мне просто Боб. Подняла свой пятисотдолларовый багаж в воздух и легко зашвырнула его на кучу мусора у стены, а затем пошла прочь, ни разу не оглянувшись назад.

Я переоделась и вышла из дома с книгой в руках. Это была «Комната с видом», которую мне подарил Боб.

На углу моей улицы расположилось старое кафе. Называлось оно «Гостевая комната». Это была одна из тех кофеен с большими уютными креслами и носящимся по воздуху запахом жарящихся зерен. Уже у двери я услышала через внешний динамик голос Майлза Дэвиса. Он пел «Однажды мой принц придет».

Ха! Я громко рассмеялась и вошла в кафе. Несколько человек оторвались от газет и ноутбуков. Широко улыбаясь, указала вверх и погрозила пальцем в сторону динамика.

— Обожаю это! – Некоторые улыбнулись в ответ, прежде чем вернуться к своим делам.

Я шлепнулась в гигантское фиолетовое кресло и поджала под себя ноги.

— Могу я предложить вам кофе? – спросила официантка.

— Капучино, пожалуйста.

— Как будет угодно.

Через несколько минут она принесла мой кофе. Я взяла теплую кружку обеими руками и сделала глоток. Это было божественно. Закрыв глаза и вдыхая, я сделала еще глоток и тихо выдохнула:

— М-м-м.

— Тебе нравится?

Мужской голос. Я открыла глаза, и увидела напротив себя молодого парня - он сидел в таком же кресле.

Я кашлянула, прочищая горло.

— Да.

Он хорошо выглядел и был опрятно одет. Он напомнил мне Кевина Макдональда. Кевин был мой первый парень в школе, он научил меня водить машину. Я улыбнулась.

— Что читаешь? – спросил он, кивнув на книгу на моих коленях.

— «Комнату с видом».

— А что за жанр? Я не слышал о такой.

— Ну, я думаю, это зависит от вашей системы убеждений. Это история любви, поэтому можно считать ее научной фантастикой.

— Так скептически, – сказал он, качая головой в притворном разочаровании.

— Например, – я перевернула книгу, открыла и заметила выделенные Бобом цитаты. – Позвольте мне прочесть вам немного.

Мой взгляд упал на слова:

Остерегайтесь дел, требующих нового платья.

Я засмеялась про себя. Боб молодец, что подчеркнул эту цитату. Я пролистала книгу в поисках большего отрывка.

— Ладно, – сказала я. – Невозможно любить и позабыть о любви.

Я замерла, почувствовав, как забилось сердце.

— Пожалуйста, продолжайте, – сказал он.

— Невозможно полюбить и забыть о любви. Вы можете желать этого. Вы можете отказаться признавать, что любите, игнорировать ее, осуждать ее, но никогда не сможете изгнать ее из себя. Я знаю точно, что поэты правы: любовь вечна.

В моем горле образовался огромный комок. Это было по-настоящему больно.

Это был ответ на загадку Джейми. Если бы я знала в то время, я бы точно согласилась с поэтами, но считала ли я так сейчас, сидя здесь, в кофейне? Вот почему я не могу выбросить из сердца память о тех коротких днях, проведенных с Джейми? Потому что настоящую любовь нельзя позабыть?

— Мне пора, – я вскочила и направилась к двери.

— Подождите минуту. Дайте мне ваш номер!

— Извините! – и я выбежала на улицу.

Я побежала обратно в переулок. Было совершенно темно, и мне пришлось перешагнуть через пару бездомных.

— Извините, извините.