слабости в душе, то он имел на это право. У парней есть правило: даже если вы заплачете, другие

мужчины просто сделают вид, что ничего не заметили, если только вы не скажете что-то, чтобы

привлечь внимание, но если это тихий плач, особенно, когда вы хотели побыть наедине с собой, вас

просто должны оставить в покое. Женщины обычно желают, чтобы их разыскали, спросили, что

случилось, в отличие от мужчин, это главное правило. Конечно, есть и среди мужчин те, кому важно,

чтобы вы поинтересовались, и среди женщин те, кто не хочет этого, но с большинством из тех, кого я

знаю, это правило работает, поэтому я оставила Рафаэля одного справляться со своим поражением и

включила душ посередине помещения. Если бы он захотел открыть занавеску и поговорить, я бы

увидела его, но у него все еще оставалось личное пространство.

Признаю, что для быстрого душа было больше, чем одна причина. На случай если Рафаэль

выйдет и захочет поговорить. Второй этап с кондиционерами, которыми заставлял меня пользоваться

Жан-Клод, раздражал, но я и сама видела, что с ними мои волосы выглядели и чувствовали себя

лучше, поэтому все-таки сделала это. Терпеть не могу, когда всякие манерные штучки так хорошо

работают. Из-за этого я начинаю подозревать, что от них больше толку, чем мне казалось раньше.

И вот наконец я была чистая, сухая, нанесла пять - да, пять - несмываемых кондиционеров на

волосы, что велел мне использовать Жан-Клод. Они еще не сделали мои волосы такими же

роскошными, как его, но это уже начало.

В тишине Рафаэль издал резкий звук, как если бы движения причиняли ему боль.

Я больше не могла это выносить.

- Рафаэль, это Анита.

- Я узнал твой запах, - ответил он, и его голос звучал почти как обычно, совсем не

соответствовал тому звуку, что он только что издал.

- Я могу чем-то помочь?

- Ты не можешь сражаться вместо меня, Анита.

Я стояла перед его кабинкой, наблюдая за брызгами воды под занавеской.

- Я знаю, что у крыс не принято заменять их короля так, как в других животных группах.

- Мы ценим, что ты изучаешь каждую из наших культур, - сказал он.

Я прислонилась плечом к холодному кафелю.

- Я могу чем-то помочь тебе сейчас? Только скажи, и я сделаю это для тебя.

Рафаэль так долго молчал, что я уже хотела уйти, но он окликнул:

- Приоткрой занавес, если хочешь увидеть рану, но ты никак не спасешь меня от моей

собственной слабости.

Я понятия не имела, что он имел в виду, но поставила кондиционеры с шампунем и отдернула

шторку. Рафаэль стоял на коленях на полу душа, держась руками за стену, словно не в силах был

устоять на ногах. Все еще крепкий в плечах, он согнулся, касаясь кончиками коротких темных волос

кафеля. Его спина была такой, как я помнила: смуглой, гладкой, мускулистой - не считая раны. Я

шагнула в кабинку и опустилась на колени позади него.

- Колотая рана, но я не видела такие ножи раньше.

- Как и я, - сказал он, и в его голосе показались отголоски той боли, что я слышала раньше в его

стонах.

- Я думала, оружие запрещено в сражениях за титул короля веркрыс.

- Так и есть.

Перевод сайта www.vamplove.ru

- Значит он играл нечестно.

- Да.

- Тогда он мертв.

Он провел рукой по своим коротким волосам, приглаживая их, а затем оглянулся на меня.

Смуглое лицо с высокими широкими скулами. Он был красивым мужчиной. В его лице угадывались

мексиканские корни, как у некоторых их ирландское наследие, хотя семья Рафаэля многие

поколения назад покинула Мексику так же, как ирландские американцы Ирландию. Порой гены

проявляются, просто чтобы напомнить нам о том, кто мы есть.

- За нечестную игру ему грозит казнь, да.

- На что он надеялся? - спросила я.

- На мою смерть.

Я всмотрелась в его карие глаза, такие темные, что почти черные, как в его крысином обличье.

Коснулась его мокрых волос.

- Он не станет королем, если умрет, - заметила я.

- Подозреваю, им жертвовали ради кого-то, кто выступил бы вперед, если бы я погиб.

- Я думала, тебе не стать королем, пока ты не убьешь старого правителя.

- Обычно так и есть, но в наших законах есть пункт о королях, погибших в боях, не решающих

вопросы лидерства.

Его плечи содрогнулись, а голова вновь прижалась к кафелю.

- Почему ты не перекинешься и не попробуешь исцелиться?

- Я уже это сделал.

Я потянулась к ране посередине его спины, но так и не коснулась.

- Она все еще размером с мою ладонь.

- Не уверен, что рана уменьшилась.

- Должна была, если только это было не серебро. Ты достаточно силен для таких ранений.

- Я был достаточно силен, но даже короли стареют и в конце концов ослабевают, Анита. Как

правило, именно годы, а не потеря боевого мастерства, замедляют нас настолько, чтобы потерять

корону. Король, которого я победил, был совсем седым и в человеческом, и в крысином обличье.

- Ты не стар, Рафаэль.

С этой раной было что-то не так. Она выглядела неправильно.

- Я старше, чем выгляжу, - ответил он.

- Чем тебя ранили?

- Четырехгранным клинком, расширяющимся к рукояти.

- Больше похоже на какое-то копье, чем на нож, - заметила я.

- Он уникален.

Я поднялась и больше отдернула занавеску, чтобы рассмотреть рану при лучшем освещении.

- Он воткнул его и провернул или что-то вроде того.

- Часть клинка обломилась, оставшись в ране. Их лекарю пришлось вытаскивать обломок, когда

я покинул круг вызова.

Я представила, как что-то настолько огромное воткнули бы мне в спину, а затем с силой

рванули, чтобы провернуть и сломать клинок внутри раны. Плоть внутри раны казалась...

обожженной.

- Тебе нужно в ту клинику для местных ликантропов с персоналом-веркрысами.

- Я не могу позволить другим узнать, что я слаб, Анита. Я сам убил того, кто сделал это. Как

только люди прознают, что я не в состоянии залечить рану лучше, чем сейчас есть, мне бросят новый

вызов на следующей неделе или в следующем месяце. Они накинутся как стервятники на раненного

зверя.

- И ты пришел сюда, так что никто из твоих людей даже понятия не имеет.

- Ты и твои короли - мои союзники. Моя слабость отразится на всех нас, поэтому вы будете

беречь мою тайну, пока мы не подыщем нового короля, который не принесет беды, заняв мое место.

- Если ты говоришь о том, чтобы позволить убить себя тому, кто по твоему мнению должен стать

следующим крысиным королем, то забудь. Я не поддерживаю самоубийства.

Он стиснул мое запястье.

Перевод сайта www.vamplove.ru

- Разве ты не понимаешь, Анита? Я не просто король местного родера, я правитель крыс всей

страны. И нас достаточно, чтобы бросить вызов едва ли не любой из животных групп.

Я встретила его почти отчаянный взгляд и сказала то единственное, что могла:

- Я все понимаю, но не позволю тебе принести себя в жертву, пока мы не перепробуем все

возможные варианты, Рафаэль.

Он выпрямился, стоя на коленях, и повернулся, чтобы лучше видеть меня, и это движение

заставило его согнуться пополам от боли. Рафаэль почти уронил нас обоих на пол, сжимая мое

запястье.

- Мне нужно больше света. С этой раной что-то не так.

- Делай, что должна, - сказал он, отпуская мою руку, встав на четвереньки и опустив голову,

словно загнанная лошадь. Я перекинула его руку через свое плечо и, осторожно придерживая,

стараясь не касаться раны, помогла подняться на ноги. Обычно он держался так прямо, так твердо,

но сейчас пошатнулся, и на мгновенье мне пришлось принять на себя большую часть его веса. Затем

Рафаэль собрался и помог мне вытащить себя из кабинки в зону общих душевых, где освещение