Тус, и Гударз, и Гив, едва петух
Их разбудил, во весь помчались дух
С другими седоками на охоту,
В степи Дагуй развеяли заботу.
С борзыми соколы неслись вперед,
Ища добычи возле чистых вод.
Доехали до тюркского предела.
От множества шатров земля темнела.
Пред ними роща, зелена, свежа,
У тюркского предстала рубежа.
К ней Тус и Гив направились без страха,
За ними — всадники из войска шаха.
Едва им рощи довелось достичь,
Пустились вскачь, разыскивая дичь.
Красавицу нашли в чащобе дикой,
С улыбкой поспешили к луноликой.
Сказал ей Тус: «Прелестная луна,
Как в роще оказалась ты одна?»
А та: «Я землю бросила родную,
Отец меня избил, и я горюю».
Затем спросил, где род ее и дом.
Поведала подробно обо всем:
«Мой близкий родич — Гарсиваз почтенный,
Мой дальний предок — Фаридун блаженный».
Она внушила страсть богатырям.
Отважный Тус, утратив стыд и cpaм,
Воскликнул: «Я нашел ее сначала!
Мне первому она слова сказала!»
Заспорил Гив: «Решил, возглавив рать,
Что вправе ты себя со мной равнять?»
Тус возразил ему: «Пленен луною,
Сперва подъехал я, а ты за мною».
И в споре до того дошла их речь,
Что нужно деве голову отсечь.
Пошли меж ними ругань и попреки,
Сказал им некто, разумом высокий:
«К владыке отвезите вы звезду
И повинуйтесь царскому суду».
Совету подчиняясь, как приказу,
К царю Ирана поскакали сразу.
Когда узрел Кавус девичий лик,
Любовью загорелся царь владык.
Двум витязям сказал властитель строгий:
«С удачей возвратились вы с дороги».
А ей сказал: «Свой род мне назови,
О пери, созданная для любви!»
Сказала: «Мать к вельможам род возводит,
Отец от Фаридуна происходит».
А царь: «Зачем тебе губить в лесу
Свой знатный род, и юность, и красу?»
Она сказала: «С первого же взгляда
Я избрала тебя, других — не надо».
Царем был каждый витязь награжден,
Обоим дал коней, венец и трон,
А ту, что полюбилась властелину,
На женскую отправил половину.
Прошло немного времени с тех пор.
Весна оделась в радостный убор.
Так небо над красавицей вращалось,
Что ровно девять месяцев промчалось.
Пришли, предстали пред царем страны:
«Счастливый дар прими ты от жены.
Явилось дивное дитя с восходом,
Сравнялся твой престол с небесным сводом!»
И Сиявушем царь назвал дитя.
Он видел в нем вершину бытия.
Ему явило звезд круговращенье
Добро и зло, отраду и мученье.
Кавус увидел: сына ждет беда,
Увы, омрачена его звезда...
Сменялись дни в круженье постоянном.
К царю пришел Рустам, могучий станом:
«Мне своего ты львенка поручи,
Воспитывать ребенка поручи».
Царь долго думал, сидя на престоле,
Слова Рустама принял он без боли.
Вручил Рустаму, радость обретя,
Зеницу ока, витязя-дитя.
Рустам в Забул царевича доставил,
Для мальчика престол в саду поставил.
Учил его аркану и стреле,
Учил стоять в строю, сидеть в седле,
Собраний стал преподавать науку,
Учил его пирам, мечу и луку,
Как на охоту с кречетом скакать,
Как рассуждать и как идти на рать,
Как различать неправый путь и правый,
Как разрешать дела родной державы.
Уча, немало приложил труда
Рустам, пока не получил плода.
И стало так, что Сиявушу равных
На свете не было средь самых славных.
Предстал он пред Рустамом-храбрецом:
«Пришла пора свидания с отцом».
Дал мальчику согласье мощнотелый,
Гонцов он разослал во все пределы,
Велел он столько воинов собрать,
Чтоб Сиявуш сумел возглавить рать.
Сопровождал царевича воитель,
Иначе стал бы гневаться властитель.