Я кивнула, и он, еще более собранный и сосредоточенный, двинулся вперед.

На маршрутах первый отряд всегда серьезен, но по охватившему их напряжению я поняла, что это пространство из числа очень трудных. Все, кроме Мары, вырастили из костюмов длинные клинки. На моей памяти так поступал только Рууэл. Я до сих пор не разобралась, как сделать из униформы что-то тверже резины.

Держась слева от Кетзарен, я оказалась в центре всей шестерки. Рядом шел Лон, сжимая клинок в левой руке вместо правой. В общем, я была в пределах досягаемости каждого, так что ребята могли легко дотянуться за усилением, не рискуя случайно меня зацепить.

— Приближаются. Метки семь, двадцать, — раздался голос Мейза через интерфейс. — Тройной удар.

Под «тройным ударом», видимо, подразумевались Мейз, Мара и Зи, которые резко бросились в атаку, а Лон, Алей и Кетзарен сомкнулись вокруг меня и медленно двинулись вперед. Мы дошли до угла, когда какая-то тварь (я не смогла ее как следует разглядеть) спрыгнула на Мейза с одной из стен. Все трое — Мейз, Мара и Зи — обладают талантом ускорения и даже без усиления двигаются поразительно быстро. А усилившись, вообще мгновенно перетекают из одного места в другое. К тому же Мейз и Мара одарены боевым видением, которое, насколько я поняла, заключается в способности обнаружить атаку до того, как она начнется. Другими словами, у ионотов не было ни единого шанса.

Рассмотреть тварь получилось только после ее смерти. Ящерица вроде геккона, не считая некоторых неприятно человекоподобных черт чешуйчатого белого тела. И слишком много когтей. Хамелеон с замашками.

Он еще не успел замереть, а Мейз уже сообщил:

— Два на подходе со второй отметки.

И все сдвинулись вокруг меня, чтобы прикрыть просвет с противоположной стороны.

Так продолжалось довольно долго. Пространство лабиринта огромно, и мы не просто двигались по нему к какому-то конкретному месту, а систематически разыскивали и уничтожали всех хамелеонов.

В сердце лабиринта обнаружилось яркое пятно: открытый круговой сад с широкими травяными газонами и клумбами фиолетово-красных цветов, которые напоминали космос. К тому моменту мы шли уже около двух часов и уничтожили большую часть здешних хамелеонов. Мейз объявил перерыв, но мы по-прежнему общались только через интерфейс. Сидели в самом центре, а на страже стояли Зи и Мейз, смотря в противоположные стороны. Все выглядели измотанными, поэтому я решила не приставать к ним с вопросами и молча жевала свой совершенно неаппетитный батончик с патокой. А потом появилась эта кошка.

Подросток — с длинными лапами, но еще не полноценная особь. Она походила на тех изящных большеухих животных с Муины: дымчато-серого цвета и с неожиданно темными глазами оттенка зеленого мха. Кошка сидела прямо передо мной, переходя в зону видимости, стоило только моргнуть. И да, я дурочка, но сработала моя автоматическая реакция на кошек (даже тех, которые проявляются из ниоткуда): протянуть руку, дружелюбно опустив пальцы, и посмотреть, не убежит ли мохнатик.

Нежданная гостья отреагировал как нормальная кошка: слегка принюхалась, ткнулась холодным носом в костяшку пальца и потерлась головой о мою ладонь. Я почесала кошку за ухом, потом двинулась к шее и почувствовала легчайшее урчание, прежде чем сообразила, что не стоило этого делать, и осторожно убрала руку.

— Я могу ее взять? — спросила через интерфейс.

Наверное, реакция первого отряда могла бы показаться забавной, если бы Эна долгие годы не была для них крайне опасным местом. Кетзарен, сидевшая ближе всех, повернула голову и вскочила как ошпаренная. Через секунду все уже стояли на ногах: большинство с вскинутыми кинжалами из наножижи и Мара со своей световой плетью. Кошка благоразумно отпрянула и исчезла, оставив меня изумленно пялиться на сетари.

По крайней мере, я помнила о необходимости общаться только по интерфейсу.

— Котята — зло?

Никто не ответил. Мара прикоснулась к моему плечу и, внимательно оглядев окрестности, отчиталась:

— Ничего.

— Проверяю журнал, — сказал Мейз.

Когда мы на задании, а также с учетом моего второго уровня мониторинга, я записываю журнал миссии, к которому Мейз как капитан имеет доступ. Поэтому он имел в виду, что проверяет мои записи о кошке. Затем он окинул меня странным взглядом и вновь принялся осматриваться вокруг.

— Так или иначе, оно уже ушло. Или его совершенно невозможно выявить. — Мейз оглянулся на меня, и хоть его голос не звучал сердито, сжатые губы выдавали недовольство. — Если что-то приближается — и неважно, как оно выглядит, — тут же предупреждай нас. Здесь мы не можем полагаться на внешний вид.

Упрек заслуженный. Я смогла только кивнуть и изо всех сил старалась больше нигде не напортачить. Мы еще час шагали по лабиринту, а когда наконец вернулись в КОТИС, сетари выглядели так, словно страдают от головной боли.

— Очередной скачок популяции, — заметила Мара, после того, как сканер подтвердил отсутствие прилипал. — Я уже готова пересмотреть свое отношение к отправке двойных команд.

— Возиться с пикировщиками? — скривился Лон. — Я пас.

— Неравноценный обмен, — согласился Мейз и изнуренно улыбнулся мне. — Ты очень сильно повлияла на прохождение маршрута. И если бы не скачок популяции, мы бы с легкостью установили рекорд по скорости.

— Ты же не одобряешь скоростные рекорды, — подначил Лон, направляясь к душевым.

— Пообедаешь со мной? — обратилась ко мне Зи.

И еще до того, как мы устроились в тихом уголке столовой, я знала, что предстоит серьезная беседа.

— Котята — зло? — спросила я, успев проглотить достаточное количество чего-то желтого и пюреобразного (на вкус оно было лучше, чем на вид) и уже не испытывая болезненного голода.

— Я ни разу о них не читала, — ответила Зи. — Но есть ионоты, способные изменять свою форму, и существа с безобидной внешностью могут иметь совсем небезобидные намерения. Проблема с подобными в том, что мы не можем их обнаружить. Крайне мало тварей в силах незаметно подобраться так близко к кому-то с боевым видением, неважно, с угрозой или нет. — Она потянулась и постучала ложкой по моей руке. — Ну а гладить их — чистой воды идиотизм. — И улыбнулась, словно стараясь немного подсластить пилюлю. — Он сердился на себя, а не на тебя. Просто постарайся в будущем быть благоразумнее.

Я кивнула, все еще терзаясь угрызениями совести. Если только удастся, я больше никогда их так не расстрою. Отметив тени под глазами Зи, я наконец сумела выдавить:

— Что случилось третий старший отряд сетари?

— Кадара. — Зи произнесла слово так тихо, что я едва расслышала. — Одна тварь прорвалась в реальное пространство три года назад. Мы потеряли девятерых, большинство из старших отрядов. После этого нас всех перенумеровали. Хелез, капитан изначального первого отряда, была женой Мейза. С тех пор он крайне строг к самому себе.

— Такой грустный, — пробормотала я и могла только еще раз пообещать себе не вести себя так по-идиотски в будущем.

Третий отряд

Третий отряд оказался тяжелым для тестирования. И дело даже не в их поведении, а в том, что из-за огромного диапазона талантов для проверки всех требовались три разные площадки. Я немного нервничала по поводу перспективы работы с капитаном третьего отряда — Таарел, той девушкой с нереальной прической, — но только потому, что у меня создалось впечатление, будто она серьезно запала на Мейза. Но, как выяснилось, она настоящий профессионал. Значит, либо у меня воображение разыгралось, либо она просто не злопамятная.

Только вот перед Таарел была еще Эли. После завтрака я поднялась на крышу, прикинув, что снаружи рассвет, а рассветы здесь очень красивы и длятся очень долго, и как раз слушала урок по географии Тары, когда появилась девушка на год или два младше меня. Эли Бата, если верить интерфейсу. В форме сетари она напоминала стручок фасоли.

— Прошу прощения за беспокойство, — начала она громко и восторженно. — Я подумала, что стоит представиться, ведь нам сегодня вместе работать. Я Эли. Поисковик третьего отряда. И действительно с нетерпением жду сегодняшней тренировки. Нам всем хочется узнать, как далеко ты сможешь нас завести.