Перед богиней любви появилась неясная тень. Она росла, становилась отчётливее и темнее. Секунду спустя тень уже напоминала женскую фигуру. Ещё через секунду на её месте появилась Вероника. Она раскинула руки в стороны, закрывая собой богиню любви.

– Что, жить надоело? – процедила Санни.

– Не делай этого, – Вероника ощутила, как её запоздало захлестнула волна страха, но не отступила. – Ты ведь потом пожалеешь об этом!

– О чём? О том, что дала почувствовать своей матушке всю ту боль, что она мне причинила? Не думаю.

– Ты думаешь, что можешь сейчас контролировать себя? А если ты случайно убьёшь её? Боги – такие же эфирные существа, как и духи, и наши Дары способны уничтожать и их тоже!

Стрела дрогнула.

– Ну же, Хоуп[32]! – взмолилась Вероника. – Тебя ведь не случайно так назвали! Ты должна нести надежду людям, а не разрушать её! Остановись!

– Не смей меня так называть! – прорычала Санни. Она снова натянула тетиву и прицелилась. – Отойди, или мне придётся и тебе дать прочувствовать всё это!

– Не уйду. Я знаю, почему ты бесишься. Ты просто боишься стать такой же, как она. Я ведь тоже дочь бога, Хоуп. Я такая же, как и ты. Я тоже не хочу стать такой, как они…

Рука красавицы дрогнула. Как в замедленной съёмке голубая стрела сорвалась к Веронике и пронзила грудь насквозь.

Обжигающий холод затопил всё тело. Мысли сгорали – или тонули? – в нём вместе с чувствами. Ничего не осталось, только боль. Бездонная. Бесконечная. Всепоглощающая.

Всё прекратилось так же быстро, как началось.

Вероника не устояла и упала на колени, бездумно глядя перед собой. Прижала дрожащие ладони к груди. Ощупала то место, которого коснулась стрела. Ничего.

– Ты как? – послышался голос Джереми. Крепкая ладонь сжала плечо. Вероника и не заметила, как он оказался рядом.

– Жить буду, – прохрипела она. Подняла взгляд.

Санни отбросила лук в сторону. Он растаял в воздухе, так и не коснувшись земли. Сама первая ученица опустила голову и закрыла лицо ладонями.

Вероника обернулась. Богиня любви исчезла.

Джереми отпустил Веронику и подошёл к Санни. Её била еле заметная дрожь, словно первая ученица плакала.

– Эй… ты как? – еле слышно спросил парень.

– Много ты знаешь, психолог, – послышался дрожащий голос Санни. Вероника неуверенно взглянула на неё. Санни опустила руки. Страх новой волной поднялся в глубине души. Первая ученица смеялась. – «Я такая же, как ты», да? Думаешь, ты много обо мне знаешь?

– Ну… – Вероника закусила губу. Что это, истерика?

– Ну, – в тон ей ответила Санни. – Может быть, мы и похожи. Только твой отец не появляется тут для того, чтобы поддержать другого студента. И, готова поспорить, он точно не побоится посмотреть тебе в глаза, если вы встретитесь…

– Это вряд ли, – пробурчала Вероника и опустила взгляд. Поднялась на ноги. Снова машинально коснулась груди руками – вроде всё в порядке. А красотка могла бы и извиниться, между прочим, мелькнула гадкая мысль.

Санни фыркнула. Несколько долгих секунд смотрела на Веронику, затем махнула рукой, словно говоря «ну и ладно».

– Не могу сказать «спасибо», конечно, ты мне сильно помешала… Но ты молодец. Не побоялась защитить эту дрянь. Наверное, мне крепко попало бы, если бы я убила богиню любви?

– Наверное, – Вероника вздрогнула. Санни так легко говорила об этом, словно речь шла не о её матери.

– Успокойся, ma chère[33]. Не то, что бы я больше не злюсь… Но трогать никого больше не буду. Обещаю.

Французские словечки, проскользнувшие в речи Санни, подействовали лучше, чем то, что она сказала. Вероника неуверенно посмотрела на собеседницу. Та еле заметно улыбалась.

– Похоже, я начинаю тебя бояться, – Джереми крепко обнял Санни. Она уткнулась в плечо приятеля и замерла. – Кто бы мог подумать, что под маской красавицы скрывается чудовище?

– Чудовище скрывается в Мире грёз, – еле слышно сказала первая ученица. – Пока его здесь нет, моя маска держится и не выпускает монстра на свободу.

– Не переживай, малышка. Твой храбрый рыцарь пришёл в себя и готов защищать прекрасную принцессу. Скажи только слово…

– Вон лучше свою подружку защищай, – фыркнула Санни. – Мой храбрый рыцарь ещё не родился.

– Думаешь, ей нужна защита? Видела, как она сорвалась на поле боя? Я даже сообразить не успел, а она…

Оба оглянулись и посмотрели на Веронику. Она замерла, не зная, что сказать. Буквально минуту назад здесь была богиня любви, её собственная дочь едва её не убила, а в стороне до сих пор стоит Алина, оказавшаяся обычной мошенницей. Самой Веронике удалось проделать фокус, который она исполняла второй раз в жизни – направить тень в другое место и поменяться с ней местами.

А ещё эта боль… Вот, значит, что всё это время Санни скрывала в глубинах души. Насколько ей было больно. Насколько тяжело без матери…

На фоне всего этого они могут обсуждать такую ерунду?!

– Вы все сошли с ума, – выдавила Вероника. Она развернулась и решительно направилась в сторону тропы.

– Стой, да это же шутка! – Санни попыталась остановить Веронику, но та делала вид, что не замечает её. – Послушай, мы заговорились, с кем не бывает…

– Ты что, обиделась? – спросил Джереми.

Вероника замерла. Обернулась к приятелям, которые в нерешительности остановились возле неё.

– Вы что, не понимаете? Тут творится какая-то невообразимая бредятина, а вы ещё…– она отвернулась и махнула рукой.

– Послушай… – Санни потянулась к Веронике, но та вовремя заметила и резко шагнула назад.

– Кайл, появись! – выкрикнула она.

Изумлённый дух появился перед Вероникой в клубах чёрной дымки. Джереми и Санни замерли на местах.

– Можно меня в это не вмешивать? – спросил дух.

– Нельзя! – отрезала Вероника. – Ты мой хранитель? Вот и охраняй меня от этих идиотов! Это приказ!

Она развернулась и шагнула в густые заросли папоротников. Сделала вид, что не заметила Элиота, притаившегося на окраине поляны.

Все звуки исчезли, остался только шелест листьев папоротника. Начинался дождь. Терпкие лесные ароматы щекотали нос. Широкие листья били по лицу, безболезненно царапали, но это казалось ерундой после стрелы Санни.

Потянулись долгие минуты, пройденные по пояс в траве. Идти вперёд и только вперёд, с трудом умудряться держаться на ногах и не заблудиться…

«Ну и что это было?» – устало спросил Кайл.

«Не говори, что не услышал и не почувствовал. Ты всё прекрасно знаешь».

«Неужели не выдержала слабенькую дозу боли? Спорю на что угодно, она убавила силу удара»

«Да всё я выдержала!»

Тропа всё не желала показываться. Вероника опустилась в сырую траву и глубоко вдохнула пьянящий лесной воздух. Здесь и сейчас выходка показалось ей глупой и ребячливой, хотя несколько минут назад внутри всё горело.

Наверное, все они просто не отошли от напряжения. Наверное, стоило подойти к Санни и Джереми, поговорить. Всё бы разрешилось. Но эта дурацкая шуточка…

Вероника выдохнула.

«Просто… С меня хватит, понимаешь? Хватит этого сумасшествия. Сначала соревнования, на которых меня не должно было быть, потом твои выходки, потом Санни и Алина, боже… Я не хочу больше в этом участвовать. Я просто хочу вернуться в академию, купить новые наушники, пару дней побыть в Санктуме, а потом уехать куда-нибудь на каникулы. Просто отдохнуть».

– И я могу это устроить, – послышался смутно знакомый мужской голос. Вероника подскочила на месте и оглянулась по сторонам. Недалеко от неё стоял высокий смуглый блондин комплекции чемпиона мира по боксу. Казалось, что белый деловой костюм, облегавший его, как резиновая перчатка, вот-вот треснет по швам. – Здравствуй, Вероника. Меня зовут Воздающий свет Фалберт, и я пришёл исполнить твоё желание.