Глава XIV Воздушный замок
Рис:
Рис угрюмо вглядывался в кружку.
Джек пробрался через паб к столику.
— Мне жаль, — сказал он, сжимая руку Риса. — До сих пор никаких её признаков.
— Брр, — пробормотал Рис. — Она объявится. Обязана.
— Честно, — сказал Джек. — Мы прочесали весь берег и ничего не нашли. То есть… Там было очень туманно. Видимости почти никакой и… Галька запачкана нефтью.
Рис поднял голову, глаза запали от истощения.
— Что ты несёшь? — с горечью хлестнул его голос. — Она утонула? Это ты пытаешься сказать?
— Нет! Нет, — заторопился Джек. — Боже, нет, Рис, поверь мне. Мы всё ещё надеемся. Но прошло уже два дня. Нет никаких её следов. Это всего лишь вероятность. Но я не верю в эту возможность. А ты?
— Нет, — рыкнул Рис. — Моя жена жива.
— Знаю. Знаю, я знаю, — сказал Джек. — Я найду её для тебя.
— Два чёртовых дня, — отстранённо выдохнул Рис на свою пинту. — Ни слова от неё.
— Агнес сбита с толку, — продолжил Джек. — Все мы. Будто Гвен растворилась в воздухе.
— Штучки вашего Рифта? — тон Риса был опасным.
Джек примирительно поднял руку.
— Мы проверили территорию. Ни намёка на активность Рифта. Расслабься. Она не попала на сорок лет в какую-нибудь инопланетную тюрьму.
— Аха, — промямлил Рис. — но даже если бы так и было, ты бы сказал именно эти слова. А потом запер бы её в вашем секретном укрытии.
Джек покачал головой.
— Не сказал бы. Не смог бы. Я знаю, как много она значит для тебя.
Они сидели и смотрели, как под дождём передвигались покупатели.
Телефон Риса пикнул, и он с отчаянием достал его из кармана.
— Ерунда, — огрызнулся он. — Батарейка села или ещё что-то. У них всё время так. Проклятые телефоны.
— Проклятые телефоны, — поддержал Джек, в его устах эти слова прозвучали странно.
Агнес:
Джек вернулся в Хаб. Сейчас помещение выглядело непривычно пусто. Сьюзи, Тош, Оуэн и теперь Гвен. Единственным напоминаем об его управлении Торчвудом был Янто, копошившийся в углу. Последняя память. Он выглядел измученным.
Неугомонная, как и всегда, Агнес прошагала через Хаб к нему, вежливая, с деловой-как-обычно улыбкой на чопорном лице.
— Капитан, — ровным голосом произнесла она. — Как Мистер Уильямс?
— Так хорошо, как может, — ответил Джек, удручившись пониманием того, что он не сказал Агнес, куда пошёл. — Я должен был убедиться, что он держится. Это можно?
— О, ну конечно! — ласково убедила его Агнес. — Я осознаю, что прошло два дня с этого неожиданного исчезновения, но мы ни за что не поверим в её смерть. — Она прошла за ним в её — его — кабинет. — Как продвигается очистительная операция?
— Подрядчики почти закончили восстановление движения на Пенарт Роад. Рис координирует их на всякий случай. Настоящая проблема — это берег. Дизель трудно выводимый материал и экологические группы задерживают нас, потому что проводят там анализы.
— Вот ведь ирония! — воскликнула Агнес. — Мы пытаемся спасти планету и вуаля — отравили рыб. — В дверях она повернулась к нему лицом и улыбнулась, очень, ну очень мило. — Мы действительно должны поспешить. Мы спасли много жизней, но не хотелось бы, чтобы этот прискорбный инцидент остался в памяти. Однако я решила, что мы должны использовать образовавшуюся задержку. Наш главный приоритет…
— Вернуть Гвен.
— О, несомненно, — воодушевилась Агнес. — Но я думала об этих гробах. Настало время для трезвой оценки. Я думаю, мы должны отвезти гробы на берег, отсканировать их на предмет следов того существа и упокоить бедные души, заключённые в них. Это наш Христианский долг.
— Н… — начал было Джек.
— Да? — сказала Агнес. — Глаза мировых медиа отвлеклись от Кардиффа.
— Верно, — согласился Янто, материализовавшийся прямо позади них. — Царапание вредит покрытиям. К счастью, в Кардиффской бухте нет падких до дизеля пингвинов.
— Именно, — подтвердила Агнес. — Мы должны воспользоваться временной передышкой и позаботиться о гробах. Мы не можем оставить их в море напоминать нам о смерти. Я этого не допущу.
Янто:
Янто готовил чай в своем чулане для дворецкого. Он нагрел чайник, залил чашки и начал опускать пакетики с чаем, готовясь к утренней встрече.
— Нет! — вскрикнула Агнес поблизости. — Вы неправильно делаете.
— Правда? — по правде говоря, Янто до сих пор не разобрался с чаем.
— Один мне, себе, Джеку и ещё один в отдельную чашку. Вы положили слишком много пакетиков.
— Я сделал для Гвен тоже, — ответил Янто.
Джек:
Джек ушёл и поднялся на крышу, разглядывая Кардиффскую бухту. На нём всё ещё была спецовка, которую он носил во время очистительных работ. Только один раз ему было хорошо, когда он ужасно запачкал руки, и это отвлекло от всего остального. Он чувствовал закат эры. Когда Агнес уйдёт, наступит закат. Только он и Янто. Он был убежден, что при небольшом воздействии своим шармом заставит её не использовать код Коуплера, и они смогут работать дальше. Если захотят. А он не был уверен. Цена становилась слишком высокой.
Так, Капитан Джек Харкнесс смотрел на мерцающий оранжевый свет автомобилей, зажигающиеся огни бухты, а потом посмотрел на небо.
Гвен:
Гвен посмотрела вниз на отдалившуюся поверхность планеты Земля под собой и взяла ещё одну чашку чая.
— Каков вкус этим утром, мэм? — спросил голос.
— Прекрасный, спасибо, — отстутствуюше ответила Гвен. Она наблюдала, как Африка медленно заплывает за горизонт.
— Не очень крепкий? — не унимался голос. — Боюсь, в космосе не совсем подходящие условия для приготовления чая. Я старался, мэм, но, увы, здесь физически трудно и это нельзя отрицать.
— Да, никто не сможет отрицать, — Гвен душили всхлипывания.
— Приготовление тостов тоже ужасно, о чём я с прискорбием должен вам тут же сообщить.
— Да, — ответила Гвен, намазывая масло.
— К счастью, мармелад и другие конфитюры в прекрасном состоянии.
— Поверьте, — запротестовала Гвен, — это лучшая еда на борту, которую я когда-либо пробовала. Вы отлично готовите!
— О, вы так добры, мэм, — промурлыкал голос. Он был насыщенный и звучный, и совершенно искусственный, сочащийся из близлежащего динамика. — Кеджери?[47]
— Я объелась, — сказала Гвен. — Давайте отложим на ланч.
Послышалось короткое электронное недовольство предложением перенести кеджери на ланч.
— Хотели бы вы, чтобы я снабдил вас журналами? У меня есть рождественский выпуск «Странд»[48], которое я уверен, вы ещё не видели. Там есть очень увлекательный акростих[49].
— Нет, спасибо, — ответила Гвен, выбираясь их кожаного стула и подходя к иллюминатору. — Я вполне довольна сейчас созерцанием вида. Мой муж будет тут через пару минут.
Гвен старалась дозвониться. Ничего, нет сигнала.
— Позвольте напомнить вам, мэм, что мы двигаемся слишком быстро, чтобы ваш телефон мог наладить стабильный ретрансляционный сигнал.
— Да, да, да, — хлопнула Гвен. — Мы может замедлиться?
— Ответ отрицательный, мэм, — невозмутимо ответил голос. — Я сожалею, но наша орбита на тысячи миль и часов впереди. Поэтому остается проблема с ретранслятором, который бы соединил вас с поставщиком телефонных услуг.
— Я не прекращу пытаться, — пообещала Гвен.
— Я понял это, мэм, — ровно продолжил голос, — и рукоплещу перед вашей решимостью. И сожалею лишь о том, что не могу помочь.
— Отлично, — вздохнула Гвен. — Мой муж будет безмерно беспокоиться.
— В самом деле. Я возьму смелость согреть чайник. Ещё одна чашка чая поможет вам расслабиться и приобрести уравновешенность.
— Чертовски мило, — сказала Гвен. — Спасибо, большую часть своего времени в космосе я проведу в уборной.
Голос хранил молчание.
Агнес стояла на молчаливом берегу. Море вздымалось и опадало, пока группа людей выносила и укладывала гробы ровными рядами. Берег вонял дизелем и соленой водой, туман окутывал гробы, совсем как в кладбищенских зарисовках. Джек стоял рядом с ней, наблюдая, как Янто ставит галочки напротив нумерации гробов в одной из своих многочисленных папок.
— Тяжелая работа отвлекает от всех мыслей, правда? — сказала Агнес.
Она промаршировала к первому ряду гробов, медленно ведя по ним рукой.
— Ваше долгое путешествие окончилось, благородные солдаты, — сказала она мягко. — Добро пожаловать на место вашего последнего упокоения.
Джек поравнялся с ней.
— Я видел много подобного рода вещей, — сказал он. — Эль-Аламейн, Ипр, Кандагар…[50]
— Это не соревнование, — нежно сказала Агнес.
— Кем они были? — задумался Джек.
— Мы никогда не узнаем, — ответил Янто. — Думаю, единственное, что мы можем сделать — почтить их память.
— Да, Мистер Джонс, — сказала Агнес. — Это последний?
— Почти, — ответил Янто. — Еще одна груженая лодка и всё. Все будут на берегу. И никаких признаков новообъявленных.
— Хорошо, — выдохнула Агнес. — Значит, их смертельный конфликт окончен. Возможно, они победили. Я надеюсь.
— Думаете, они воевали с существом?
Джек мотнул головой.
— Эта штука не оставляла тел. Нам бы нечего было хоронить. Они жертвы совершенно других зверств.
— Ладно, — встряла Агнес. — Давайте упокоим их.
Лодка подплыла ближе, чтобы выгрузить последние гробы, туман сгущался.
Рис добрался до дома. Он сбросил свою запачканную нефтью спецовку, кидая её в тонкий черный мешок с логотипом Торчвуда, затем включил душ. В эти дни горячей воды было предостаточно. Он оглядел квартиру, подобрал пару запачканных чашек и печально погрузил их в раковину. Открыл холодильник, достал пиво и поплелся обратно в гостиную. Банана Бут говорил, что они собирались выпить в Буффало, но он не поддержал идеи. Рис не мог даже врать им в глаза, куда делась Гвен, не мог принять, что она может и не вернуться.
Так он и стоял, смотря на текущую воду, попивая пиво.
Его телефон коротко чирикнул, но он проигнорировал его. Он купит новый на неделе. Сделает хоть что-то.
Гвен распахнула дверь своей комнаты. Она не могла бы с убежденностью назвать её камерой. Хотя по сути так и было. По другую сторону от двери был центр корабля, длинная металлическая труба скрепленных между собой бронзовых щитов. Она пошла по аллее ни вверх, ни вдоль, абсолютно уверенная, что каждый её шаг эхом отдается в пространстве. Она покрутила голову в поисках иллюминаторов, чтобы оценить размеры корабля. Не так велик, подумалось ей с некоторым облегчением. Впервые на космическом корабле, так что лучше не быть придирчивой. Но не чувствовалось, что корабль для сотен или даже десятков пассажиров. Скорее часть космического каравана, который её мама уж точно бы одобрила. Она потащилась к рубке с, казалось, самой прочной дверью из всех, что она видела. Последние два дня дверь не отпиралась. На ней было мощное колесо, отказывающее поворачиваться.