– Если бы я не играл за команду – ты бы и меня уб… убрал?

Отец долго посмотрел на сына, в этом взгляде была бесконечная любовь и гордость.

– Да, но поверь мне – я счастлив, что до этого не дошло. Когда тебе не позволено радоваться, когда захочешь – радость, когда придется – она возрастает в разы.

– По тебе не заметно.

– Спасибо за комплимент. Я буду с непроницаемым лицом смотреть, как ты умираешь, если не смогу ничем помочь, а мой плачь над тобой навредит кому-то еще, но знай, что я люблю тебя и горжусь тобой.

– Я попытаюсь в последний раз.

– Хорошо.

Андрей поехал к храму, огромная толпа бушевала вокруг и сходилось все больше людей и полицейских, спецназ. Максим залез на выступ в трех метрах над землей и смотрел на всех.

– Почему они еще не застрелили его, как раньше?

– После слов Виктора о том, что он его построил… Пока он не взорвет, его не тронут. Ну или пока ты не решишь, что с ним делать.

Андрей кивнул и стал пробираться сквозь людей к храму, он показал корочку оцепившим территорию полицейским, его пропустили. Он прошел через территорию к Максиму, задрал голову:

– Привет! Давно не виделись.

– Залезай.

Андрей залез к Максиму и уселся рядом.

– Как ты тут?

– Если честно, я вспоминаю, как утроил на одной вечеринке конкурс с толстыми негритянками. Они голые садились участникам конкурса на лицо и побеждал тот, кто дольше всех выдержит.

– Идиот, нашел, о чем думать сейчас, – Андрей рассмеялся, – В последний раз я здесь же вытаскивал тебя из-под обломков без сознания. Тебе мало? Зачем ты приехал, мы с Кэпом надеялись, что у тебя там все будет хорошо.

– И мне было, правда, но потом я узнал, что я террорист.

Андрей усмехнулся.

– Тогда было сложно, нужно было успокоить народ, объяснять им всю ситуацию по правде было не реально.

– Я просто не мог не приехать.

– Максим, идти против моего отца это самоубийство. Второй раз он не промахнется.

– Я знаю. Притворись, проглоти… Ты хочешь, чтобы я сделал вид, что не имею ничего против, что смиряюсь, работал на твоего отца и копил ненависть к нему, пока не представится удачный момент, и я смогу отомстить ему?

– Не говори так.

– Если бы я не был твоим другом, я бы именно так и сделал.

– Максим, все зависит уже не от моего отца.

– Что?

– Твоя судьба зависит только от меня.

– Дослужился?

– Типа того.

– И что ты намерен делать?

– Зависит от тебя.

– Если я взорву, что ты сделаешь?

Андрей молчал, он нахмурился, наверное, нажать на курок будет проще, чем сказать это в лицо:

– Я убью тебя.

– Почему?

– А ты не понимаешь? Ты террорист, ты преступник, и ты не можешь остановиться. У тебя в Канаде женщина и ребенок, а ты здесь сидишь. Что тебе взбредет в голову дальше? Что ты построишь, а потом разрушишь? Сколько еще жертв будет? Если не я, тебя убьют другие. Пускай это буду я.

– А если не взорву?

– Снова вывезу тебя за границу.

– Я не могу уйти потому, что ты запугал меня. Ты правда убьешь меня?

Андрей смотрел на Максима, он умолял его.

– Не знаю, может я отчасти хочу этого и для себя, я хочу закончить что-то, оставить в прошлом. Мне надоело нянчиться с тобой. Я хочу идти вперед, строить карьеру, мне нужно будущее, и что, ты каждый раз будешь появляться в самый неудобный для меня момент, и я снова буду идти у тебя на поводу?

– А ты разве когда то шел?

– Всегда, Максим, всегда все мы будем делать то, что ты хочешь и что тебе нужно и все для тебя.

– Ты хочешь убить свою мать.

– Мать? Ты о чем?

– Есть песня Сергей Калугин и "Оргия Праведников" – Убить свою мать. Горный Китай, монастырь Чжоан Чжоу. Год от Рождества Христова 853-й. Некто спросил Линь Цзы: "Что такое мать?"

"Алчность и страсть есть мать, – ответил мастер, -

Когда сосредоточенным сознанием

мы вступаем в чувственный мир,

мир страстей и вожделений,

и пытаемся найти все эти страсти,

но видим лишь стоящую за ними пустоту,

когда нигде нет привязанностей,

это называется

убить свою мать!.."

– Ты знаешь, я не силен в метафорах и тому подобной фигне.

– Ты хочешь убить меня, чтобы стать свободным.

– Я… – Андрей хотел воскликнуть, что он не хочет, но тут понял, что хочет и ужаснулся, неужели, он и правда хочет этого?! Как же так?

– Все в порядке, я понимаю тебя, в свое время я хотел убить и сестру, и отца и отчима, и мать, и Капитана и тебя. Это не нормально, но естественно для некоторых конечно людей, мы хотим идти вперед, но туда идти проще одному, все остальное камни на ногах.

– Неужели так всегда?

– Нет, конечно. Бывает, что везет и тебе и твоему другу по пути, тогда все хорошо. Но бывает так, как у нас. Андрей.

Они снова посмотрели друг на друга, не в глаза или на лицо, в глубь.

– Андрей, все хорошо, я понимаю тебя, мы останемся друзьями, чтобы не случилось.

Как бы спокойно не говорил Максим в душе его будто переворачивались холодные острые камни, терзая внутренности. Его бил озноб. Андрей не был силен в метафорах, и он мог бы сказать по поводу своего состояния только одно: ад.

Они не обнялись, это было бы слишком странно. Андрей спустился на землю и ушел в толпу. Он занял наблюдательный пункт на соседнем здании, подготовил снайперскую винтовку и ловил последние моменты с другом, пускай разделенный двумястами метрами.

***

Пока Капитан и Алина ехали в такси, то смотрели в окошки, на улицу, где творился хаос:мародеры, проститутки, буйные алкоголики, скины – все затаившиеся асоциальные элементы общества высыпали на улицы. За получасовую езду такси три раза чуть не попало в жуткую аварию, водитель ругался всю дорогу, говорил, что если бы ему не нужны были так деньги, то сидел бы лучше дома, сегодняшняя ночь, он хотел сказать «создана», но забыл слово и просто чертыхнулся, чтобы сдохнуть.

– А вы похожи на нового мэра, – сказал водитель.

– Да, мне многие это говорят. А как вам этот новый мэр?

– Мне он понравился по началу, но где он сейчас?

Капитан посмотрел на Алину.

– А как вам кажется, что он должен сейчас делать?

– Ну не знаю, например, успокоить своего бешеного друга.

– О чем вы?

– Этот парень, который толи террорист, толи строитель, который храм взорвал три года назад, может тогда он этого и не делал, но сейчас точно хочет. Там толпы людей собираются, он что-то вроде нового мессии, от того, что он сделает с храмом многое зависит.

– Что зависит?

– Многое.

– Поезжайте к храму.

Скоро они были там, но не смогли остановиться близко – мешали люди, заполонившие все вокруг. Капитан дал водителю деньги и солидные чаевые. Водитель улыбнулся:

– Спасибо, господин мэр, удачи вам.

Капитан тоже улыбнулся водителю на прощание. Капитан с Алиной протискивались сквозь толпу и слушали разговоры, отрывки фраз: «Сумасшедший! Ну почему же он этот храм построил, а они его взорвали и всю вину на него повесили… откуда нам знать, вы что верите этому парню из телика, он ведь тоже террорист, оружие продавал… Виктор… Да, вроде так его зовут, почему вы верите его словам? А вы видели их лица, по телику, похоже Витя все-таки дело говорил… Да ладно все же было хорошо последнее время… ну да но это пока… нет, почему они просто не пристрелят этого парня… такой красивый храм, неужели его снова взорвут… если он его взорвет, а они ничего не сделают, значит они не могут на самом деле ничего контролировать… но нельзя же его убить, пока он не взорвал… откуда нам знать, может он просто хочет рассказать свою историю, вы сами то видели взрывчатку… вот он там сидит!»

Множество взглядов, телевизионных камер, телефонов направлены на Максима. Прямой эфир. Максим ждет, чего? Сначала он думал, что ждет отмашки Виктора, но на самом деле ему все равно, он сделает это тогда, когда сам захочет. Виктор, наверное, кого-то шантажирует этим храмом, нет, не позволю, это мое дело, судьба храма зависит только от меня. Они не тронут меня, пока я не сделаю ход. Но потом они точно меня убьют. Теперь Удав не промахнется.Он чувствовал, что люди хотят, ждут взрыва, одновременно боятся и хотят. Боятся последствий, но жаждут зрелища. Это его будоражило и заряжало на поступок, но одновременно останавливало, ведь он не хотел идти ни у кого на поводу. Он находился внутри, но услышал крики, шум, вышел на территорию храма, увидел людей, и решил остаться здесь, его заворожило происходящее. Он невольно вступил в связь артист – зритель и не мог ее разорвать. Как они узнали? Он не планировал делать шоу, наверное, Виктор, что ж он все-таки воспользовался мной. Он заметил, что внимание отчасти переключилось с него на кого-то продирающегося сквозь толпу, он услышал возгласы: «Мэр! Сделайте что-нибудь! Докажи, что ты мужик! Если он тебя не послушается, то почему должны мы?!»