- А что, отличные слухи! Вот скажи мне, Анита, пока ты ехала с нами сюда в долину и уже здесь, ты видела где-нибудь жестокость или плохое отношение к кому-либо? Даже к тебе, чужачке, все отнеслись если и не радушно, то, по крайней мере, спокойно. Никто не плевал и не кидал в тебя камнями, даже пальцем никто не ткнул. Кстати, в Вележе такое вполне могло произойти. Особенно если кого-то заподозрят в черном колдовстве. Не так ли? – договорив, Саярса отвернулась в сторону окна, продолжая время от времени пить чай.

А ведь действительно, я и сама опасалась клеветы людей, на то, что я ведьма. И тогда со мной могли поступить именно так, как и сказала кадарка, если не хуже. А здесь, никто не спросил, кто я и зачем явилась к ним, но, тем не менее, относятся вполне дружелюбно.

- Так что, получается, что слухи это просто слухи? – спросила я, хотя уже почти была уверенна, что так и есть.

- Конечно! Это еще наш прадед придумал. Очень хитрый вождь был. Стал красть людей из деревни, тех, кто победнее, и предлагал им пускать слухи о нашей жестокости. А за это давал то, что им нужнее было. Кому живность в хозяйство, кому дом подлатать, кому просто деньгами, а кому еще чего.

- Дом подлатать? Но как же их соседи? Они же наверняка видели, кто дом латает. Это же противоречит тем слухам, которые вы же и распускаете! – рассуждала я, совсем запутавшись в их хитром плане.

- А я и говорю, что вождь-то хитрый был. Все кадары, которые участвовали в таких работах, заматывали головы полосками ткани и становились похожи на работников с юга. Никто и не догадывался, кто они такие на самом деле, - смеясь, объяснила мне кадарка.

Я улыбалась. Как-то радостно стало на душе, от осознания того, что бывают и такие правители. Желающие мира для своего народа и не желающие зла для другого. Наоборот, дающие чуждым, по сути, людям больше, чем их собственный правитель. Но тут же стало чуточку грустно. В Вележе, конечно, не плохой князь, но частенько он забывает или осознанно не обращает внимания на нужды своего народа. Особенно тех, кто живет вдали от столицы, на окраинах княжества. Вележцы с опасением и надеждой ждут, когда нынешнего князя сменит его сын. Про него мало, что известно, только то, что учится он где-то в западных княжествах. Никто толком не может сказать, что он за человек, какой у него характер и нрав, и как он будет управлять княжеством, когда придет его время. От этого людям еще тревожнее.

В противовес вележцам, кадары не особенно тревожатся за свое будущее. Веками проверенный способ правления устраивает всех. Они отлично знают, что Вождь не подведет свой народ, ему просто не позволит сделать это Великая Мать, которая оберегает и защищает всех кадаров.

Чем больше я об этом думала, тем больше мне нравилось такое двойное правление. Все чаще приходила мысль, что роль той же Иргилии намного важнее в жизни всех кадаров, хотя она и не столь заметна, чем роль любого Великого Вождя.

Доев свои десерты, мы с Саярсой вышли на главную площадь, чтобы прогуляться и решить, чем будем заниматься дальше, но сделав только один круг, поспешили домой. Погода начинала стремительно портиться, и уже чувствовался запах приближающегося дождя. Саярса заметно расстроилась, что мы не успели покататься на лошадях и доехать до реки. Но успокоилась тем, что когда придет весна, уж тогда мне не отвертеться и от лошадей, и от реки, и от похода в горы.

Мы уже успели немного намокнуть, когда, наконец-то попали домой. Саярса сразу же потащила меня в баню, что бы я опять не заболела. После бани мы немного отдохнули в своих комнатах и отправились на обед. Стол нам накрыли в этот раз в другой комнате на первом этаже.

В ней было два окна и оба были наглухо закрыты, так как снаружи шел дождь. Комната была небольшая и очень уютная. Стены теплого коричневого оттенка, на полу более темный ковер. У стен стояли маленькие мягкие диванчики, а также несколько шкафчиков с книгами. В противоположном от входа углу расположился небольшой очаг, в котором огонь сейчас не горел. Наверное, потому что комната еще не успела остыть и не требовала дополнительного тепла. Вообще все это напоминало больше маленькую гостиную, чем столовую.

Небольшой круглый стол в середине комнаты был накрыт на троих, значит Сандар и Уршен до сих пор не вернулись. А третьим, скорее всего, будет Кираш. Возможно сегодня нам все же удастся поговорить. Но пока что его не было и мы с Саярсой решили начать без него.

Глава 24

Кираш пришел ближе к середине обеда и, поприветствовав Саярсу и меня, присоединился к нам. Обед прошел не так оживленно, как вчерашний ужин. Кираш перекинулся парой слов со мной и кадаркой, но в основном молчал. Мне тоже не очень хотелось разговаривать за едой, а о чем думала молчавшая Саярса, я спрашивать у нее не стала.

Когда с обедом было покончено, и мы не спеша допивали чай, Кираш решил напомнить мне о моем желании поговорить с ним:

- Анита, вчера нам, к большому сожалению, так и не удалось поговорить. Могу я надеяться, что сегодня ваше самочувствие несколько лучше и не помешает вашей со мной беседе?

После этих слов у меня возникло ощущение, что он считает, будто я нарочно не захотела с ним разговаривать, сославшись на головную боль.

- Конечно, Кираш! Я и сама очень хочу с вами поговорить, так что будьте уверенны, что сегодня мое самочувствие нам не помешает, - с легкой улыбкой ответила я.

Саярса встрепенулась рядом со мной:

- Я, пожалуй, пойду, почитаю что-нибудь. Анита, если что, я буду у себя, - сказала кадарка глядя то на меня, то на советника.

Она встала из-за стола, прошла к выходу из комнаты, но остановившись перед самыми дверями, обернулась и странно посмотрела на Кираша, но через мгновенье перевела взгляд на меня.

- До встречи, Анита. Зайди, пожалуйста, ко мне, когда освободишься, - произнесла она и, кинув еще один непонятный взгляд на кадара, вышла.

Советник, конечно, заметил взгляды Саярсы, но предпочел сделать вид, что ничего не видел. Он посмотрел на меня с вежливой улыбкой и, продолжая пить чай, отвернулся в сторону окна.

Ну что же, если он хочет немного помолчать перед разговором, то я не против. Но я решила следить за его выражением лица, надеясь уловить те изменения в нем, когда он все же надумает говорить. Пока смотрела, неосознанно даже залюбовалась. На самом деле Кираш очень привлекательный мужчина. В его черных волосах, заплетенных в свободную косу, было заметно довольно много седых нитей, но это его нисколько не портило. Высокие изогнутые брови как у Сандара, придавали его облику более величественный вид. Чуть крупноватый нос слегка загнут вниз. Губы более тонкие, чем у его племянника, но в целом некоторое сходство все же есть. Морщин на лице не много, в основном между бровями, как будто он много хмурится и еще возле уголков губ. У Кираша действительно интересная и привлекательная внешность, но для меня он стал бы еще привлекательнее, если бы разговаривал со мной чуть менее официально.

Наконец, допив свой чай, кадар поднялся из-за стола и, отойдя к ближайшему окну, начал разговор первым:

- Тебе, Анита, наверняка, хочется узнать все подробности той давней истории. Я уже знаю, что сама ты ничего не помнишь. Я расскажу тебе все, что знаю, а потом ты задашь мне вопросы, которые тебя интересуют. Хорошо? – спросил он и повернулся ко мне лицом.

Я согласно кивнула и приготовилась слушать.

Кираш снова отвернулся к окну и стал рассказывать:

- Сандару тогда было лет шестнадцать, кажется. Он жил обычной жизнью подростка. Лазил по горам, участвовал в охоте и облазил всю долину со своими друзьями подростками. На тот момент он только год как начал постигать те знания, что нужны будут, когда он станет вождем. Ни о каких испытаниях и речи не шло. Мой брат не хотел нагружать сына, отнимая у него детство, считая, что время правления Сандара наступит не скоро.

Хм. В шестнадцать не отнимать детство. А я как раз в шестнадцать с ним и попрощалась, оставшись совсем одна. Я сама училась быть взрослой. Без родителей, без братьев и сестер, без советников и ведьм.