Мысли путались, и сосредоточиться на чем-то конкретном стало очень трудно. Беспокойство за Саярсу, тайна происхождения моих предков, навязанная судьба, обида и чувства к Сандару – все смешалось в голове. Нет, сейчас не хочу ни о чем думать. Нужно отдохнуть.

Вернулась Иргилия, а за ней и Сандар. Он на ходу переплетал косу, держа шнурок для нее в зубах. Кадар выглядел уже намного лучше, хотя и не достаточно отдохнувшим. В его сонных глазах читалось беспокойство, хотя внешне выглядел вполне уверенно. Наверное, Иргилия ничего не сказала ему про Саярсу, иначе, зная Сандара, он уже мчался бы сломя голову в долину. Я знаю, как он любит и переживает за сестру.

Увидев, что я смотрю на него, Сандар улыбнулся мне краешком губ. Он вообще стал чаще улыбаться в последнее время. Не знаю с чем это связанно, но мне определенно нравилось. Особенно сейчас, когда брови не хмурятся как обычно и в целом лицо более расслабленно, он выглядит немного моложе и беззаботнее что ли. Сейчас нет в его внешности привычной жесткости и холодности. Еле сдержала порыв подойти и обнять его, зарыться руками в его волосы и ткнуться носом в его шею. Почувствовать тепло и защиту в его объятиях, услышать, как бьется сердце в его груди, ощутить его поцелуй на моей коже. Да что это со мной? Очнись, Анита! Что за дикие желания? Какие поцелуи? Бежать! Как только все успокоится, бежать из долины! И забыть!

Я опустила глаза, разрывая зрительный контакт. И так вся красная от смущения, не хватало еще дать ему понять, о чем я думала.

Сандар быстро перекусил и мы стали собираться в дорогу. Он не совсем понимал к чему такая спешка, а Иргилия не спешила ему объяснять. Еще и мне сделала знак рукой, чтобы я молчала. А перед выходом на улицу шепнула мне, чтобы я не говорила ему ничего, пока не спустимся с гор.

На улице было еще темно, когда мы вышли из жилища Горной Ведьмы. Сандар пошел за лошадью, а мы остались ждать на улице.

- Анита, я не буду переубеждать тебя или уговаривать остаться и принять свою судьбу. Знаю, что ты все равно сделаешь по-своему. Но даже если ты не передумаешь, знай, что ты всегда можешь вернуться, хотя бы просто в гости. Здесь у тебя есть друзья, которые будут рады тебя видеть.

Она поправила капюшон на моей голове и грустно улыбнулась.

- Передай Уршену, что он не виноват. Пусть не смеет себя винить. Это мои слова! – неожиданно добавила Иргилия.

- В чем не виноват? – не поняла я.

- Ты все поймешь в свое время. И ты поймешь, когда нужно будет это сказать!

Вернулся Сандар и я не успела задать еще вопросы ведьме. Вместо этого, мы прикрепили наши вещи к седлу и, усевшись на лошадь, тронулись в путь. Иргилия еще долго стояла и смотрела нам в след. Мне стало грустно, как будто прощаюсь с кем-то родным.

Когда мы выезжали, небо только-только начинало светлеть. Этого как раз хватало, чтобы видеть дорогу. Утро, морозное и безветренное, встречало нас оглушительной тишиной, разрушать которую не хотелось. Она окутывала нас, создавая невидимый кокон, защищающий от внешнего мира. Сандар прижал меня плотнее к себе и я, расслабившись, задремала в его объятиях.

Проснулась я от какого-то смутного беспокойства. Не понимая, что это, обернулась на кадара, но не заметила ничего необычного. Сандар лишь удивленно приподнял бровь, ожидая от меня дальнейших действий. Я отвернулась. Что-то, какое-то ощущение опасности присутствовало внутри меня. Я попыталась сосредоточиться и увидеть то, что меня беспокоит, но ничего не получалось. Может мне что-то приснилось неприятное, и я просто не помню этого, а ощущения остались? Да, наверное. Решила пока остановиться на этом варианте, так как ничего другого не придумывалось.

Не знаю, сколько я спала, но было уже светло, когда я проснулась. Солнце по-прежнему пряталось за серыми низкими облаками и не торопилось радовать нас своим присутствием. Становилось заметно теплее, и снег под копытами лошади постепенно сменялся влажной жухлой травой и скользкой грязью.

Спуск давался нам значительно легче, и двигались мы заметно быстрее, чем поднимались. Мы старались не останавливаться лишний раз и ехать в одном темпе. Я совершенно потерялась во времени и определить, сколько нам еще ехать не смогла бы при всем желании. Беспокойство внутри росло и не давало больше расслабиться. Что-то вот-вот должно случиться, то, что изменит все. И как прежде уже не будет. Только бы никто не пострадал. Но от этой мысли мне становилось еще хуже.

- Что ты вертишься? Может, остановимся, и ты передохнешь? – спросил меня Сандар.

- Я не устала. Просто… меня что-то беспокоит и очень хочется побыстрее доехать. Только я даже не представляю, сколько нам еще ехать. Но… скорее бы, - ответила я, с трудом подбирая слова.

Очень хотелось сообщить Сандару о том, что Саярсе угрожает опасность. Тогда мы наверняка поехали бы быстрее. Но помня слова Иргилии, держалась, чтобы не сказать ему лишнего.

К тому моменту, как мы подъехали к подножию горы, и впереди уже виднелся домик охотников, я просто вся извелась от плохих предчувствий. Попытки вызвать видения ничего не давали. У меня просто не получалось это сделать.

- Сандар, а мы можем успеть сегодня доехать до вашего дома? Сейчас еще светло и возможно, если мы поторопимся…, - начала я, но не успела договорить.

- Анита, что происходит? Ты всю дорогу как на углях сидела. Куда ты так торопишься? Может быть, объяснишь, что тебя беспокоит? – не выдержал кадар моего странного поведения.

- Э… да. Давай только доедем до домика и снимем теплую одежду, а то жарко очень, - проговорила я, отводя глаза.

Сандар нахмурился, но ничего не ответил, и мы поехали дальше.

В долине было намного теплее, чем в горах, но все же уже по-осеннему прохладно. После вчерашнего дождя земля была влажной и неприятно хлюпала при каждом шаге. Пахло сыростью и почему то грибами. Я бы определенно наслаждалась этой поездкой, если бы не беспокойство.

Добравшись до домика, мы зашли внутрь, чтобы переодеться. Скинув с себя теплые вещи, Сандар присел на лавку и внимательно смотрел на меня, пока я переплетала косу.

- Может, теперь скажешь в чем дело? – спросил он.

Я опустила глаза, пытаясь сообразить, как об этом сказать.

- Сандар, ты помнишь, ночью Иргилия говорила, что времени нет и нужно торопиться? – дождавшись его кивка, продолжила, - Так вот, она просила сказать тебе только после спуска. Саярсе может грозить какая-то опасность, и я думаю нам лучше поторопиться.

Сандар резко поднялся с лавки. Кажется, он сильно разозлился.

- Почему не сказали раньше? Что за игры у старой карги, демоны ее побери? – кричал кадар, конечно же, на меня. – Мы сейчас же выезжаем! – сказал он чуть тише и вышел.

Может, и правда нужно было сказать раньше? Но ведь Иргилия попросила не делать этого. Думаю, она не стала бы рисковать Саярсой. Уверена, она знает, что делает.

Оставив теплые вещи и часть поклажи в домике, мы помчались в сторону Ишталя. Сандар пустил коня в галоп, стараясь все же придерживать меня. До темноты мы конечно не успеем, но с такой скоростью доедем в два раза быстрее, чем ехали сюда.

Когда мы подъезжали к городу, была уже глубокая ночь, но из-за светящихся камней, закрепленных на высоких столбах, улицы были достаточно освещены, для того чтобы видеть дорогу. Однако жители нам почти не встречались, кадары спали и не видели, как по улицам промчался их вождь верхом на мощном черном коне. Это и к лучшему, незачем им беспокоиться о том чего не знают.

Остановились мы только перед парком, который окружает дом вождя. Сандар придерживал запыхавшегося коня на месте и посмотрел в сторону своего дома.

- Что ты знаешь об этом? Иргилия что-то еще говорила о Саярсе? – спросил он, не поворачивая головы.

- Нет. Только то, что она в опасности, и мы должны торопиться. И чтобы я ничего тебе не говорила, пока не спустимся с гор, - ответила я негромко.

Я чувствовала, что ему страшно. Не за себя, за сестру. Страшно от того, что он может обнаружить в своем доме и что последует за всем этим.