– Станция Майская. Конечная – раздался приятный женский голос из колонок электропоезда в метро. Поезд останавливался. Толпа людей, полностью заполнившая все вагоны, тут же приготовилась к выходу. Кто – то смирно стоял, кто – то уже ломился к выходу, расталкивая всех подряд, а кто – то ещё сидел, готовясь прорываться к выходу, как только откроются двери.

Двери разом открылись, и толпа, словно волна в море, тут же ринулась из вагонов. Последним из вагона вышел Андрей. Лицо его немного осунулось, глаза впали. За плечами у него висел рюкзак.

Немного потоптавшись, он пошёл к выходу. Осень уже совсем сдалась зиме. Снежная слякоть покрыла тротуары. Но ещё не стукнул такой мороз, чтобы дать слякоти замёрзнуть. Выйдя из метро, Андрей поднял воротник куртки, чтобы ветер, который уже совсем дул по зимнему, не задувал ему под одежду.

– Улица Дегтярёва – Андрей прочитал вслух указатель, расположенный на углу магазина. Улыбнувшись, он продолжил свой путь.

Шёл он по пешеходному тротуару, мимо разных людей. Вопрос, мучающий его последнее время, сильнее стал напоминать о себе. Но Андрей старался заглушить его.

Подойдя к дому номер 9, он извлёк из кармана листок бумаги, прочитал его, положил обратно и зашёл третий подъезд.

Софье Ивановне Разумовской было около шестидесяти лет. Всю свою жизнь она прожила в одном доме, в одной квартире. Проработала на одном месте, поваром в садике, а теперь доживала жизнь на пенсии. В этом ей помогали; муж, Разумовский Фёдор Петрович, внучка, Разумовская Дарья и сноха Разумовская Надежда. По обыкновению, днём старушка оставалась одна, внучка училась в школе, сноха работала, а муж подрабатывал. Оставшись одна Совья Ивановна, включив телевизор, шла готовить обед. Так медленно текли её дни…

Однажды ночью, перед тем днём, когда прошлое, утопленное всей семьёй Разумовских глубоко в памяти, снова вспомнилось, Софья Ивановна не могла заснуть очень долго. У неё болела голова и ломило кости, а луна светившая в окно сильно её раздражала. Утром она не могла подать завтрака к столу, ибо сильно тряслись руки. А когда её семья ушла по своим делам, старушка, включив телевизор, не пошла по обыкновению готовить обед, а просто легла на диван и уснула. Она смогла бы проспать до вечера, но ровно в полдень, а может немного позже, её разбудил звонок в дверь. Старушка подскочила с дивана и спросонья сначала кинулась к телефону, но потом сообразила, что трезвонят в дверь. Открыв дверь, она увидела молодого худощавого человека.

« Наверно Дашкин ухажёр» – подумала она, а вслух произнесла:

– Даши ещё нет. Она в школе.

В ответ молодой человек вытащил листок бумаги, посмотрел в него и вопросительно произнёс:

– Дегтярёва 9, квартира 51?

– Да – недоумевающе ответил Совья Ивановна.

– Вы знали Разумовского Владимира Фёдоровича? – спросил Андрей, убрав листок бумаги в карман.

Имя сына, как нож, порезала сердце женщине. Чтобы не тревожить не зажитые раны, сына и отца внучки семья Разумовских вспоминали только в день его рождения. Но и этого было достаточно. У старушки, после воспоминаний сильно болело сердце, а Фёдор Петрович на три дня уходил в запой.

– Да – тихо произнесла старушка – он мой сын.

– В таком случае у меня есть новости о нём – ответил Андрей.

– Он умер – произнесла старушка, пытаясь вытереть слёзы, которые начали сочиться из глаз – На войне погиб. Какие ещё могут быть новости о нём?

–Впустите расскажу.

Софья Ивановна смерила взглядом Андрея и отошла в сторону, давая ему пространства для входа в квартиру.

– Не разувайтесь – сказала она и тут же добавила – на кухню проходите – пальцем показав гостю, куда ему следует идти.

Андрей прошёл на кухню.

– Садитесь, – указав на стул рядом со столом, произнесла хозяйка – Чай будете?

– Спасибо, но я откажусь – сев, произнес Андрей, потом он немного подумал о том, с чего бы начать и продолжил. – Мне довелось очень хорошо познакомиться с человеком. Этот человек служил офицером в роте или во взводе, не помню точно, в котором служил и ваш сын. Мой знакомый очень сильно винил себя в смерти солдат в число, которых входит и ваш сын.

– А что же ваш знакомый сам не пришёл? – недоверчиво произнесла старушка.

– Месяц назад он умер, – образ Михаила вспомнился Андрею – Но это не важно. Важно то, что этот человек, остаток жизни копил деньги, которые намеривался отдать семьям этих солдат. Он хотел отблагодарить их отцов и матерей и извиниться перед ними. Семь миллионов находятся в этом портфеле. Его я оставляю вам.

– Возьмите их и потратьте сами. Нам не нужны чужие деньги – не в силах сдерживать слёзы, произнесла старушка.

Андрей встал.

– Ваш сын был героем. Настоящим. Я бы никогда в жизни не пошёл бы в армию на войну, я бы лучше в подвале отсиделся. А деньги это самое маленькое, что мы можем сделать для вас. Спасибо вам и до свидания –

Андрей сделав поклон головой, быстро вышел из квартиры и побежал по лестнице вниз.

Софья Ивановна снова осталась одна в квартире. Слёзы градом потекли из её глаз, воспоминания вновь и вновь стали резать сердце. Ей жутко захотелось увидеть сына, но от осознания того, что она его больше никогда не увидит, старушка зарыдала сильнее и просто стала его вспоминать. Портфель с деньгами остался стоять рядом со столом…

Андрей вышел из подъезда, вдохнул свежего воздуха.

– Я всё сделал, Миха – сказал он еле слышно – Только многие адреса у тебя были старые, по ним уже больше никто не живёт.

Андрей улыбнулся небу и медленно зашагал сам не зная куда, с одной целью найти смысл жизни…

ГЛАВА 19

Наступила зима. Снег покрыл всю землю. Люди в деревнях, испугавшись мороза, забились в свои дома, жарко топя их, а люди в городах просто наслаждались центральным отоплением.

Солнце стояло в зените, но не грело землю. Андрей, не евший три дня, вяло передвигал ногами, которые тонули в сугробах. Он шёл по полю, которое казалось ему безграничным. Вокруг была лишь белая пустота. Глаза от блестящего снега жутко болели. И тогда Андрей просто закрыл их, перед этим удостоверившись в отсутствие препятствий. Так в полной темноте он шёл по полю, размышляя над смыслом жизни. После выполнения поручения Михаила, он думал над этим вопросом очень много. И чем сильнее он думал, тем меньше надеялся найти ответ. Внезапно он почувствовал, что задел что то твердое правым плечом.

– Осторожно, молодой человек, – донёсся до него старый, но очень приятный голос.

Андрей открыл глаза. Голос принадлежал старику с длинной белой бородой и ясными голубыми глазами. Выглядел он очень величественно, и Андрей даже подумал, что это Бог, в которого он не верил. Одет старик был в голубую накидку. В руках держал кисточку, а перед ним стоял мольберт. Андрей почувствовал испуг. Ведь вокруг секунды назад не было ни души, откуда мог взяться этот старик.

– Что вы делаете? – спросил Андрей у старика.

– Глупый вопрос вы задаёте. Что может делать человек с кисточкой и мольбертом, посередине белого поля, – слова словно ноты вылетали из уст старика.

– Он не глупый. Просто я не пойму, что можно тут рисовать. Сплошной снег вокруг, даже деревца не растёт,– Андрей мельком глянул на рисунок. На нём было изображено лишь голубое небо и ярко жёлтое солнце.

Старик улыбнулся, при этом в его ярко голубых глазах, что – то блеснуло.

– Каждый видит, что хочет. Я вижу красоту, а вы пустоту, – сказал он

Андрей усмехнулся.

– А вы кто? Философ что ли?

– Все меня зовут Жизнью. Поэтому вы тоже можете меня так звать.

Андрей сразу же вспомнил человека по кличке Смерть.

– Почему вы не скажете своё настоящее имя?– спросил он.

– А разве я вам не сказал настоящего имени?– с детской наивностью произнёс старик.

– Нет.

– Как же? Мне показалось, что сказал.

– Нет не сказали.

– Хорошо, я с вами соглашусь. Меня Жизнь зовут.