— Когда это случилось? — спросила я, хмурясь. — Ну, то есть, это ведь случилось недавно, верно?

Он не ответил. Я чувствовала, что он оценивает время своим светом, наверное, пытаясь определить, в каком временном периоде мы теперь находились. К какому бы ответу он ни пришёл, это не отвечало на мой вопрос или его. Он пожал плечами.

— Это важно?

Я задумалась над этим. Вся тревога, которую я ощущала перед сдиранием повязки, теперь как будто ушла.

— Нет, — ответила я. Облегчение отразилось в моём голосе. — Нет, — повторила я. — Всё хорошо.

Он протянул руки.

Я не колебалась. Развернувшись обратно лицом к нему, я скользнула в его ждущие объятия и обхватила руками его туловище, как только вновь свернулась у него под боком.

Я закрыла глаза, прижалась лицом к обнажённой коже его плеча и шеи. Я не переставала касаться его, но осознала, что я опять устала, едва держала глаза открытыми. Мои пальцы пробежались по тёмным волоскам на его груди, провели по мышцам и рёбрам, приласкали его руки, пока я ещё теснее прижималась к нему всем телом.

«Ты мне снилась, — его пальцы гладили мои волосы, водили по позвоночнику, и я уже начинала уплывать. — Мне снилась ты в том месте, Элли. С теми людьми, — боль заструилась по его свету. — Это казалось реальным, Элли. С чего бы мне приснился такой сон? Ты была там, со мной?»

«В каком месте?» — мои мысли бормотанием скользнули по его коже.

Он не ответил.

Я почти заснула, когда его разум вновь поднялся.

«Это ощущалось реальным. Те вещи, что я увидел. Я не мог это вообразить. Не мог».

«Может, это и было, — сказала я ему сонно. — Может, это и было реальным».

«Ты была там со мной?»

Я не ответила словами, но позволила ему почувствовать, что я не знаю.

Когда мой ответ его не удовлетворил и не рассеял напряжение в его свете, я крепче обхватила его рукой и прижала к себе, ощутив очередной импульс из его aleimi.

В этот раз он напоминал почти ревность.