Какой бы ни была эта новость, Балидор явно не посчитал нужным поделиться ей с экс-Повстанцем.

— Два дня назад с нами связалась одна особа, — сказал Балидор, игнорируя гневный взгляд обсидиановых глаз Врега. — Эта особа явилась прямиком к нам и запросила аудиенцию с Мечом. Более того, она отказывалась уходить, пока ей не дали согласие, и не соглашалась говорить ни с кем другим, даже с Мостом, — он взглянул на меня. — Мы держим её взаперти внизу. В ошейнике. Пускать её сюда без ошейника исключалось, и она согласилась на наши условия.

Лицо Врега сделалось тёмно-сливового цвета.

— И кто это? — спросил Ревик, нахмурившись.

Балидор взглянул на него, затем на меня.

— Рейвен Элан.

Скрестив руки на груди, я фыркнула.

— Всё веселее и веселее, — пробормотала я.

Ревик нахмурился ещё сильнее.

— Чего, бл*дь, она хочет?

Балидор пожал одним плечом, всё ещё избегая пристального взгляда Врега.

— Я точно не знаю, — он избегал моего взгляда, и что-то в том, как он сказал это, навело меня на мысль, а не врёт ли он. Он бегло покосился на меня и тут же добавил: — Она утверждает, что это важно, Ненз. Она также заявила, что это связано с «нашими друзьями в Аргентине». Она знала об исчезновении Чандрэ.

Я уставилась на него.

— Откуда она могла знать о Чандрэ? — подумав, я сама ответила на свой вопрос. — Вой Пай.

Балидор пожал плечами, помедлив и заметив на себе тяжёлый взгляд Врега.

— Я действительно не знаю. Но она сказала, что время на исходе, и она хотела бы поделиться этой информацией с Мечом.

Увидев, что глаза Врега посуровели ещё сильнее, Балидор заговорил отрывисто.

— Само собой, я ничего ей не говорил с нашей стороны, — добавил он, положив руки на стол. — Мы прекрасно знаем об её связях с Вой Пай и Лао Ху… а также об её истории с Терианом и Галейтом. Маловероятно, что это не окажется каким-нибудь фокусом, — поколебавшись, он опять пожал плечами, всё так же избегая моего взгляда. — Однако она согласилась на множество очень подробных сканирований. Она позволила нам заточить её под стражу, надеть ошейник. Она согласилась оставаться в отеле в качестве нашей пленницы, пока не появится возможность личной встречи с Мечом. Она особенно настаивает на необходимости личной аудиенции.

— Именно поэтому мы не должны давать ей это, — пробормотала я.

Мельком взглянув на Врега, я увидела, что он согласен.

Что-то в выражении его лица говорило мне, что он тоже уже сталкивался с Рейвен.

Балидор сделал небрежный жест рукой.

— Возможно, — дипломатично сказал он. — Однако она утверждает, что у Меча имеется сильная личная заинтересованность в том, чтобы услышать её новости. Что если мы ей откажем, то он потом не поблагодарит нас, поскольку правда всё равно как-нибудь «всплывёт», как она выразилась.

Увидев, что я уставилась на него, он сделал очередной примирительный жест.

— …Так она утверждает.

— Правда о чём? — спросила я.

Балидор опять уклончиво пожал плечом.

Почувствовав, что мои пальцы слегка сжались на столе, я оттеснила свои эмоции, раздражаясь, что Рейвен, учитывая всё, по-прежнему имеет надо мной власть.

— Ладно, — сказала я. — Мы не можем настоять, чтобы она передала своё сообщение кому-то в Адипане? Зачем потакать этому драматизму в виде личной встречи с Ревиком?

— Она утверждает, что будет говорить только так, — Балидор остановил на мне ровный взгляд. — Она утверждает, что Меч не поверит ей, если она не сможет преподнести ему информацию в таком контексте, где он сам сумеет определить, что она говорит лишь абсолютную и неоспоримую правду. Она утверждает, что иначе он отринет эту информацию. Она также утверждает, что Меч непременно должен принять эту правду. Она утверждает, что это вопрос жизни и смерти… вопрос, значимый для всего нашего вида.

Я взглянула на Ревика.

Он прищурился, глядя на лидера Адипана так, будто сканировал его.

Я знала, высока вероятность, что так и есть. Я также знала, что вполне вероятно, что ему это не удастся, учитывая обычные защиты 'Дори в духе ядерного бункера.

— Значит, лицом к лицу, — сказала я, не скрывая своего раздражения.

Балидор показал более официальный жест подтверждения.

— Да.

— Что ты думаешь, 'Дори? — выразительно поинтересовалась я. Если уж на то пошло, это могло помочь Ревику в его сканировании. — Ты думаешь, что она говорит правду?

Балидор поколебался, но лишь на мгновение.

— Думаю, она верит, что у неё есть информация для Меча, да, — осторожно сказал он. — Правдива эта информация или нет, я понятия не имею.

Расчётливая нейтральность его слов заставила меня вновь уставиться на него.

Он определённо что-то знал — как минимум, что-то подозревал. Увидев предостережение в его глазах, я отвернулась. Это предупреждение содержало в себе обещание информации, но я понятия не имела, что это будет.

Я взглянула на Ревика. На что бы ни ссылался 'Дори, судя по выражению Ревика, он тоже не имел ни малейшего понятия.

Я кивнула Балидору, стиснув зубы.

— Организуй это, — я наградила его тяжёлым взглядом. — Ни одну меру предосторожности не считаем излишней паранойей, ладно? Я не хочу, чтобы она сумела даже плюнуть на него, — я взглянула на Врега. — Я хочу, чтобы ты там тоже присутствовал. И держал ботинок на её горле, если придётся.

Балидор слегка закатил глаза, но Врег улыбнулся.

— Конечно, Высокочтимый Мост, — сказал лидер Повстанцев, склонив голову.

Осознав, что это собрание, скорее всего, уже исчерпало себя — по крайней мере, пока мы все находимся в одной комнате — я встала на ноги.

— И я хочу увидеть эти списки, — добавила я, не обращаясь ни к кому в особенности. Я взглянула на Ревика, затем посмотрела обратно на Балидора. — …Все три.

— Конечно, Высокочтимый Мост, — пробормотал Балидор, склонив голову.

Что-то в том, как он взглянул на Вэша и приподнял бровь, заставило меня задаться вопросом, не врёт ли он и на этот счёт.

Но все начали вставать, включая его. Все, кроме Вэша и Джона, которые что-то обсуждали за другим концом стола. Учитывая обилие экс-Повстанцев и Адипана в комнате, я решила повременить и не отводить Балидора в сторонку, пока это не станет менее очевидным.

Ну, хотя бы когда Врега не будет рядом.

Я наклонилась через стол, чтобы взять графин с водой, и в итоге встретилась с Ревиком примерно на середине, когда он наклонился ко мне. Как только я оказалась достаточно близко, он поймал моё запястье, и я подняла взгляд, вздрогнув.

— Я хочу поговорить с тобой, — сказал он, и в его взгляде читался какой-то подтекст.

Я понизила голос.

— Мы можем сделать это внизу? Нам обоим надо поесть. И мне надо переговорить с Вэшем, пока он не отправился обратно в медитацию или…

— Это важно, Элли. У меня есть идея, которую я хотел бы обсудить с тобой. По поводу Южной Америки.

Я встретилась с ним взглядом и пристальнее всмотрелась в его глаза.

— Сейчас?

— Да. Как только они уйдут, — он поколебался. — Я хочу, чтобы мы пришли к соглашению. Прежде, чем выносить это на суд остальных. Это касается тамошних работных лагерей.

Не подумав, я прикоснулась к его лицу. На мгновение, учитывая, как он смотрел на меня, стало сложно вернуться мыслями к остальным присутствующим в комнате.

Однако я сделала это и опять кивнула.

Я собиралась ответить ему на словах, когда мой взгляд привлекло новое лицо, появившееся в комнате. При обычных обстоятельствах я могла и не заметить, учитывая всё движение вокруг нас, но что-то в энергии его появления дёрнуло мой свет.

Не совсем в знак предостережения… но вот почему-то.

Я наблюдала, как видящий протискивался мимо других, потому что все выходили. Некоторые из них хлопали его по плечу, подшучивали над его опозданием.

Балидор уже ушёл. Он выскользнул, пока я отвлеклась на Ревика — наверное, чтобы я не загнала его в угол. Врег говорил по гарнитуре у двери, наверное, пытаясь узнать, где они разместили Рейвен.

Так что когда у двери появился взволнованный Дорже, с бледным лицом на фоне тёмной кожаной куртки, думаю, только я по-настоящему посмотрела на него.

Помню, я поразилась тому, как он выглядел.

Наверное, я никогда прежде не видела его таким. Обычно он был таким спокойным.

В этот раз он тяжело дышал, его кожа была одновременно слишком бледной и слишком раскрасневшейся на разных участках его лица и шеи. Его глаза ярко блестели под потолочным освещением, раскрытые шире обычного и нетипично помутившиеся. Он выглядел лишённым света, будто что-то в Барьере крепко ударило по нему. Я собиралась заговорить, спросить, что случилось, когда…

Джон заметил его.

Как только его взгляд нашёл лицо Дорже, он, должно быть, увидел то же, что и я.

До этого он наклонялся к Вэшу, но теперь выпрямился.

— Дорж, — в голосе Джона звучало нечто среднее между беспокойством, смятением и раздражением. — Ты где был, приятель? Собрание закончилось, — он посмотрел на свои старомодные наручные часы и нахмурился. — Мы даже начали попозже из-за Элли и Ревика. Я пытался связаться с тобой… много раз. Ты отключил гарнитуру?

Дорже просто стоял там, дыша слишком тяжело и слишком часто. Вопреки его запыхавшемуся дыханию, я не могла сказать, то ли он утомился, то ли пребывал в каком-то шоке.

— Дорж? — спросила я. — Что случилось?

Он взглянул на меня, но как будто не видел.

Голос Джона привлёк его взгляд к другой части комнаты.

— Куда ты делся? — в эмоциях Джона преобладало беспокойство. — Я знаю, что ты не забыл. Это ты напомнил мне быть здесь в час.

Дорже просто смотрел на него, с трудом дыша.

Я почувствовала, как застыл Ревик, но я уже отреагировала на что-то, будоражившее мою внутреннюю систему тревоги. Беспокойные звоночки срабатывали по всему моему свету. Я схватила Ревика за руку, как будто желая защитить, когда он начал отодвигаться от меня. Всё развивалось слишком медленно и слишком быстро, искажая хронологию от момента, когда я увидела тибетского видящего, и до момента, когда я поняла, что что-то не так.