— Я могу попрощаться с ним?

— Конечно.

Виктория зашла в трейлер. Иллюзионист лежал в кровати и что-то читал. Мужчина тяжело дышал.

— Ты представляешь, врач заставил меня отлежаться, говорит, что иначе могут быть последствия. Черта с два я буду тут валяться неделю. Труппа без меня совсем расслабится, — негодуя пожаловался он. — Ты пришла попрощаться?

— Да, простите меня, за это все, — сказал Виктория. — Надо было прийти к вам позже, после студентов.

— Прекрати, милая, никто не застрахован от этого. Скажи мне вот что, раз ты из будущего. Когда я умру? Только не начинай меня убеждать в том, что для моего же блага, ты не можешь это сказать. Чушь собачья! Любой человек хотел бы узнать дату своей смерти.

— Я лишь скажу, что новый год вы не встретите, — с сожалением произнесла Тори.

— Что же, значит надо успеть все сделать в этом году! — с воодушевлением сказал иллюзионист. — Если честно, то я устал. Пора мне на покой. Но только после этого тура. Детка, я не могу подняться, иначе Бесс меня прикует к кровати, там на столе подарок для тебя, он скромный, но я надеюсь, что понравится.

Виктория широко улыбнулась и подлетела к столу. На нем лежала коробочка с перьевой ручкой. Позолоченный корпус, острое перо, здесь же, в коробочке, лежал пузырек чернил.

— Она заговоренная, капельки чернил хватает на долго, — произнес Гудини. — Это одна из первых ручек Паркер, если тебе это о чем-то говорит.

Тори с трепетом прижала подарок к груди и вновь подошла к иллюзионисту.

— Спасибо вам большое! Не только от меня спасибо, но и от моего будущего.

Мужчина улыбнулся и продолжил чтение. Виктория вышла из трейлера и медленно брела по, ставшему родным, лагерю. Она точно будет скучать по этим палаткам, по невероятным выступлениям труппы, по мистеру Гудини. Тори забрала свои вещи из своего вагончика, и направилась к выходу из лагеря иллюзиониста. Отойдя на приличное расстояние, девушка повернулась лицом к лагерю и достала портал.

— И все же, это невероятно, — произнесла она напоследок и сжала шарик. Голубоватое свечение окутало ее и отправило домой.

* * *

В комнате перемещения уже стояли Виктор и Агата и ожидали дочь. Женщина волновалась, Виктория опаздывает на двадцать минут, а за эти двадцать минут в прошлом могло произойти что угодно.

— Успокойся, наша дочь в порядке, — раздраженно повторил мужчина, но Агата бросила на мужа красноречивый взгляд.

Комната наполнилась голубоватым свечением и в ее центре появилась Виктория в изумрудном платье с бахромой и шляпке-клош. Девушка довольно улыбнулась, осознав, что она снова дома. К ней сразу же подлетела Агата и крепко зажала в объятиях.

— Мам, все хорошо, отпусти меня, — сдавленно произнесла Тори.

— Почему ты опоздала?! — нетерпеливо спросила женщина. — Ты опоздала на двадцать минут.

— Я прощалась с иллюзионистом. Мам, он отдал половину своих сил! — восхищенно сказала Виктория и передала отцу шарик с магией.

— Я горжусь тобой! Твое первое путешествие оказалось таким удачным! — сказал мужчина. — Иди отдыхай.

Виктория с чувством выполненного долга направилась в свою комнату. По дороге, девушка никак не могла выбросить из головы Ратмира, его слова и поцелуй. Тори улыбнулась, после общения с ним ей стало легче, знать, что человек, в смерти которого ты виновата, простил тебя.

Она шла, погруженная в свои мысли и не заметила, как навстречу ей вышел Дженсен.

— Тори, привет! Я так рад, что ты совершила первый прыжок! — весело сказал он.

— Я не хочу с тобой разговаривать, Джен. Ты так меня разочаровал. И не только меня, — ответила ему Виктория, изменившись в лице. — Ладно со мной не общаешься, да хоть плюй мне в спину, но как ты мог поступить так с Оливером и Джоном. Они были для тебя лучшими друзьями, а ты променял их на людей, которых знаешь четыре месяца.

— А ты променяла меня на Хидеки, — грубо сказал Дженсен. — Да, я в курсе, что между вами произошло.

— Ну и хорошо, — просто ответила Виктория и поняла, что даже рада, что он знает. — Не подходи ни ко мне, ни к моим друзьям.

Девушка отвернулась и пошла дальше. В голове творился хаос. Ей было до боли обидно, что человек, которого она знает всю свою жизнь, так просто отказался от нее. Но и за очередным поворотом, Викторию ждала неожиданная встреча. Лада выходила из кабинета Хазани и оглядывалась по сторонам. Тори, разумеется, почувствовала что-то неладное, но жуткая усталость в теле, не позволила девушке проследить за студенткой Распутина.

Пришлось послушать свой организм и идти дальше в комнату. Дорога казалась бесконечной, хотя должно было быть наоборот, ведь дорога домой должна ощущаться короче. Войдя в комнату, Виктория обнаружила в ней Риоко и Хатиже, которые о чем-то весело спорили, а заметив подругу, кинулись к ней.

— Тори, мы так рады, что все прошло хорошо! — проговорила Риоко. — Какой он, твой кумир? Ты довольна? Что там было? Он маг? Ты взяла у него магию? Ты нашла какие-нибудь артефакты?

— Риоко, дай ей отдышаться, — укоризненно сказала Хатиже. — Завтра расспросишь.

— Точно, — устало произнесла Тори. — Я жутко хочу одного — спать!

Риоко насупилась, но поняв, что это уже лишнее, подхватила Хатиже под руку и унеслась из комнаты в неизвестном направлении. Виктория же улыбнулась и стала разбирать вещи. Все-таки неделя в мире тысяча девятьсот двадцать шестого не прошла даром. Для Риоко девушка перенесла несколько платьев, которые точно ей подойдут, для Хатиже книгу по зельям. Не смотря на ссору между ней и Хазани, египтянка продолжала интересоваться зельями на более высоком уровне, нежели школьная программа. Оливеру и Джону Виктория с огромным трудом выменяла у шамана вуду амулеты от сглазов. Работают они или нет, разберутся ребята сами. Для Хидеки Виктория перенесла редкий экземпляр книги о мифах Древней Японии в позолоченной обложке. Подарок от Гарри Гудини занял почетное место на рабочем столе.

У Тори только и хватило сил на то, чтобы переодеться и лечь. Как только щека коснулась подушки, девушка крепко уснула.