Глава 10

Тори уставилась на окровавленное лицо Дженсена, смотрящее на нее мёртвым взглядом, и не могла двинуться. Рядом с трупом парня стояла с дикой улыбкой Риоко. С ножа капала кровь Джена. Недалеко стояли родители под заклятием оцепенения. Виктория пыталась понять, что ей делать дальше, как поступить правильно, пожертвовать собой, попытавшись вырубить свою подругу или вымотать ее, подождав, пока заклятие оцепенения спадет с родителей.

— А теперь девчонка, — проговорил невидимый женский голос.

Виктория напряглась, она могла поклясться, чем угодно, что уже где-то его слышала. Японка направилась к подруге.

— Риоко, прошу тебя, пожалуйста! — проговорила она. — Прекрати! Это же я.

Но японка не слышала. На лице оставалась лишь дикая улыбка, а в потухших глазах кромешная тьма. Она шла на Тори с поднятым ножом. Шла медленно, будто кто-то играет с Викторией, как кошка с мышкой. Девушка почувствовала, что в ее руке что-то появилось. В этот момент оцепенение у Виктора и Агаты начинало проходить. Мужчина почувствовал, что его голосовые связки вернулись. Минуту погодя, Виктор и Агата смогли двигать руками.

— Тори! — крикнул девочке отец.

Девушка прикинула, как обежать свою подругу с минимальным уроном как для себя, так и для нее. В конце концов Тори плюнула на оценку расстояния и резко обогнула подходящую Риоко слева, но не немного не рассчитала. Японка умудрилась оставить на руке подруги порез.

Оцепенение у родителей уже прошло, и теперь Виктор поднимал свою жену, которая потеряла равновесие, после заклинания. Риоко в это время замерла на месте и кивала, словно кого-то слушая. Рыжая посмотрела на свою ладонь. Там лежал тот самый черный шарик, который она забрала из своей шкатулки сегодняшним утром. Запоздало девушка поняла на что он похож: жутко напоминающий портал, с помощью которого перемещались студенты УСОМа.

— Этот тот самый шарик, который хотел получить Распутин? — спросил Виктор. Тори кивнула. — Он похож на портал! Можно попробовать наложить заклинание запрета перемещения, чтобы Риоко осталась здесь и не навредила никому из оставшихся студентов. Тори, повторяй за нами!

— Te in caveam, — четко проговорили Агата и Виктор Грей, смотря прямо на Риоко, которая уже направлялась к ним.

— Te in caveam, — повторила Виктория, наблюдая за своей подругой.

Три голоса сплелись в один. Неожиданно для Тори, проходы и окна общего зала закрылись зеленой решеткой.

— Виктория, милая, нам надо попробовать, — Агата указала взглядом на шарик, лежащий на руке дочери. — Вдруг это и впрямь портал, который поможет нам. Мы сможем вызвать подмогу.

— Я не понимаю, почему она такая сильная? — проговорил Виктор, наблюдая за Риоко. — Но хорошо, что у контролирующего ее человека не так много сил, чтобы заставить быстро двигаться.

Тори взглянула на подругу, не в силах сдержать слезы. Риоко была уже близко. Девушка почувствовала две руки на своих плечах. Мама и папа. Самые близкие и важные люди во всем мире. И сейчас они отдавали ей свою поддержку, свою защиту, свою уверенность, свою силу. Кинув последний взгляд на Дженсена, Тори сжала черный шарик. Ее и родителей окутала тьма.

Девушка очнулась в странном месте. Поляна с высокой травой, цветущая всевозможными цветами. А запах, как после дождя. Тори на минуту забыла обо всех бедах, которые случились в университете и лежа, наслаждалась обстановкой. Но, вспомнив про родителей, девушка резко поднялась и их, лежащих рядом без сознания, опомнилась.

— Пап, — девушка легонько ударила Виктора по щекам. Тот недовольно скрючился, будто его разбудили посреди ночи, но открыл глаза.

Мужчина повернул голову и увидел свою жену, мирно посапывающую рядом, будто ничего и не произошло. Виктор провел рукой по щеке Агаты, и та открыла глаза.

— Где мы? — спросила она.

Но ни Тори, ни Виктор не смогли ответить. Агата с помощью мужа поднялась на ноги и осмотрелась. Поляна вызывала дикий восторг, голубое небо, солнце, так нежно касающееся кожи. Женщина повернула голову. Постепенно ее взгляд становился радостным.

— Вик, посмотри туда.

Мужчина повернулся в сторону, куда указывала его жена. Он ехидно улыбнулся и приобнял жену. Они молча, улыбаясь смотрели в одном направлении.

— Эм, — промычала Тори. — Я еще здесь если что. А в Университете творится черт знает, что. Но вы стойте и улыбайтесь. Я подожду.

— Это место, где мы встретились, Виктория, — с теплотой произнесла Агата.

— То есть, мы переместились в прошлое?

— Нет, — просто ответил Виктор.

— Но Распутину нужна была эта вещица, — Тори посмотрела на шарик, все так же находившийся в ее ладони, — чтобы переместиться в прошлое и что-то изменить.

— Мы не в прошлом. Мы в нашем времени, только в другом мире, — запутанно объяснил Виктор, — пойдем вон в тот дом.

— Тут нет никакого… Какого?

Тори осеклась. Там, где ничего не было стоял большой дом. Меньше университета, но больше обычного жилого домика. Скорее всего он был похож на большую усадьбу. Агата и Виктор уже направились в ту сторону, а Виктория, открыв рот, продолжала осматривать строение.

— Никто не знает, кем и когда построен этот дом, кажется, он был здесь всегда, — начал рассказывать Виктор. — Снаружи он самый обычный. Рядом ручей, по которому можно прийти к озеру.

Виктория подбежала к родителям, не желая отставать. Вот уж что-что, а потеряться в непонятном месте она хотела меньше всего.

— Дом сам может менять свои комнаты, их количество и расположение, продолжила Агата рассказ мужа. — И коридоры тоже могут пошалить, неожиданно начать плавать, или исчезать.

Виктория шла рядом с родителями и не понимала, зачем они это рассказывают. Но они выглядели очень счастливыми, что девушка не прерывала их. После напряженных дней в совете старейшин, угрозы исчезновения магии, пусть хотя бы этот момент был для них отдыхом.

Когда семья подошла к дому, он гостеприимно раскрыл свои двери, словно приглашал войти и остаться там. Виктор и Агата улыбнулись, и, посмотрев друг на друга, шагнули внутрь. На глазах девочки, родители стали моложе на добрые двадцать лет. Их обычно строгая одежда превратилась в праздничную. Виктория улыбнулась и попыталась шагнуть к ним. Но дом ее не пустил. Каждая попытка была безуспешна. Казалось, что Тори билась о невидимую дверь.

— Я не могу зайти, — чуть ли не плача прокричала Виктория своим родителям, но те ее не слышали. Они уже кружились в танце, под музыку, которую девочка не слышала.

— Мама! Папа! — кричала она и стучала о невидимую преграду. Слезы текли по щекам. Виктория не могла понять, что произошло и почему дом ее не пускал.

— Остановись.

Виктория обернулась. Рядом с ней стояла красивая женщина в голубом длинном платье с оголенными плечами. Пшеничного цвета волосы ниспускали по ним. Тори могла поклясться, что в волосах женщины она видела колосья. На руках ее было несколько браслетов, а на голове прекрасный венок из пионов. Лицо излучало доброту и безопасность. Вместе с этим от нее исходила сила, не такая, как от обычных магов или сомов. Это была какая-то особенная сила.

— Они сделали свой выбор задолго до случившегося, — произнесла она.

— Что? Что вы такое несете? — злобно спросила Тори. — Кто вы вообще такая? Нам нужно вернуться, в университете беда, а они танцуют.

От бессилия рыжая упала на колени и продолжала стучать по преграде.

— Я Богиня-мать, — сказала незнакомка.

— Что за бред? — усмехнувшись, произнесла Тори. — Этого точно не может быть. Во всяком случае ни разу не слышала о такой богине.

— Твое право — верить мне или нет, — произнесла женщина, не обращая внимание на саркастическое высказывание девочки. — Твои родители давно ко мне обращались. Я знаю, в чем проблема вашего мира…

— Нашего мира? — перебила Виктория Богиню. — Вы простите, но мир один. Этот тот, в котором мы живем. Мы, волшебники, волшебные существа, и обычные люди.

Богиня-мать грозно посмотрела на Тори. Но решила списать эту грубость на неожиданное появление и на скорую потерю родных.

— Серьезно? Ты, правда, так думаешь? — женщина посмотрела на девочку, и удивленно подняла бровь. — Ох, чему вас там учат? С Иноком заключали же договор на определенных условиях. Видимо из-за этого магия вырождается. Нарушен договор. Вот оно что!

На глазах Виктории женщина в голубом платье превратилась в девушку в богатом египетском наряде. Видимо она волновалась, и превращения происходили без ее ведома. Или же так и было задумано.

— Девочка моя! — торжественно произнесла Богиня-мать. — Вся проблема в нарушении договора. С богами шутки плохи, я точно могу сказать, я ведь их мать.

— Чья мать? — не поняла Виктория.

— Всех богов вашего мира, — терпеливо ответила женщина в египетском одеянии. — Когда-то давно, Один, Перун и еще несколько моих сыновей и дочерей, заключили договор с простым смертным магом Иноком, на глазах которого умирали дети, переполненные магией и не способные с ней совладать. На неизвестном острове в Тихом океане, где было сосредоточение самой разной магии, переходов в самые разные миры, Инок обязался построить школу. Он должен был обучать детей всему, что знал сам. Но из-за того, что он был смертным, он не мог знать всё. Поэтому, временно учителями стали Перун, который обучал концентрации магии и ее контролю. Бастет, которая обучала зельеделию, Вишну, который давал знания по мирам и учил путешествовать по ним.

— То есть, когда-то, преподавателями были боги? — Виктория даже не верила, что произнесла это. Она все еще считала, что все это либо глупая шутка, либо Риоко ее убила и ей это снилось.

— Да, милая моя, — Богиня-мать улыбнулась. — Когда они подготовили своих преемников, то просто исчезли. Ушли с земли школы. Но возвели купол, который защищал студентов. Купол такой силы, что обнаружить остров могут только те, кто знает о его существовании.