Мелинда призналась Шелейле, когда они только приближались к спешащим на подмогу стражам, что сильно удивлена поведением незнакомца. Она до последнего не верила этому разумному, держала его на прицеле все время перехода. А когда он начал всеми силами защищать их, при этом не пожалев расстаться со своей жизнью, то отношение Мелинды к нему изменилось в корне.

  Шелейла, узнав о гибели своего возлюбленного, едва не отдала душу богам. Такое потрясение она едва смогла вынести. Лишь спустя некоторое время она смогла немного прийти в себя, но прежней девушки уже не было.

– Шелейла, позволишь? – осторожно заглянула в комнату девушки Мелинда.

– Заходи, – безразлично махнула рукой графиня.

– Я хочу поговорить, – сказала женщина, присев рядом с Шелейлой, – ты слишком близко к сердцу воспринимаешь случившееся.

– Слишком близко к сердцу?! – взорвалась девушка. Эмоции, что она держала в себе, нашли выход, – Я потеряла любимого! Он погиб, спасая нам жизнь! А ты как смеешь говорить такие слова?! Ведь он и тебя спас!

– И я ему за это очень благодарна, – успокаивающе сказала Мелинда, – но его больше нет. А ты есть. И жизнь твоя продолжается!

– А есть ли теперь в ней смысл? – грустно усмехнувшись, спросила девушка.

– Есть! – уверенно заявила женщина, – У тебя впереди целая жизнь! Ты найдешь еще свою половинку, у тебя еще будут дети!

– Пожалуйста, – жалобно, почти шепотом, попросила графиня, посмотрев на Мелинду зареванными глазами, – не говори так больше. Никогда.

– Не буду, – ответила женщина, приобняв Шелейлу. Та всхлипывала, прислонилась к Мелинде, опустив ей голову на грудь. Мелинда успокаивающе поглаживала девушку по голове, приговаривала, – девочка моя, все будет хорошо…

– Мелинда, – спустя несколько минут Шелейла решительно отстранилась от женщины, посмотрев ей прямо в глаза, – я хочу его увидеть. Напоследок.

– Ох, – Мелинда потерялась, не зная, что сказать. Она не могла принимать подобные решения, ей нужно было доложить Магистру, – я постараюсь это устроить.

– Спасибо, – благодарно кивнула девушка. Шелейла легла на кровать, повернувшись лицом к стене. Она очень устала. Закрыв глаза, вскоре уснула, погрузившись в беспокойный сон.

  Мелинда еще какое-то время с сочувствием посмотрела на девушку. Жалость в ее душе никогда так не разгоралась. Женщина хотела всеми силами помочь малышке, но это было не в ее силах. Даже не в силах ни одного разумного. Мертвых не вернуть.

  Спустя несколько минут она предстала перед двумя разумными – самым влиятельным и самым опасным в графстве. Магистр Тайной Канцелярии, вместе с графом Тилинским, обсуждали на данный момент очень беспокоящую тему – покушение на графиню.

  Граф очень сильно переживал за свою дочь. Шелейла впала в глубокую депрессию, граф боялся, что она перейдет ту грань, когда перестанет быть прежней. К счастью, девушка держалась. И даже, по словам все время присматривающей за Шелейлой Мелинды, приходила в себя. Доложив все, Мелинда спешно покинула помещение. Не для ее ушей разговор этих двух разумных.

– Это возможно? – спросил граф у своего старого друга после того, как Мелинда доложила о желании графини.

– Возможно, но нежелательно, – ответил Сантор, – мы уже успели вскрыть тело, проверили аурный след. Мы, конечно, можем привести тело в приемлемый вид, но стоит ли?

– Стоит, – уверенно ответил граф, – Шелейла должна его отпустить. Возможно, она немного придет в себя. А там я уже сам решу, что делать. Кстати, что дало вскрытие?

– Обычный зверолюд, – начал Сантор, – без магического дара, выдающихся черт. Посредственность, даже непонятно, как он смог понравиться твоей дочери и как смог выстоять под атакой големов, да еще уничтожить минимум одного.

– Все же хорошо, что его убили, – покачал головой граф, – Шелейле стоит выйти замуж за достойного разумного, а не за бродягу.

– Вот что странно, – вдруг сказал Магистр, – Мелинда и Шелейла всегда говорили, что этот Глеб, так назвал парня его знакомый, которого я приводил на опознание, не имел никаких признаков второй ипостаси. Уже сразу мы установили, что он был волком. У меня создается впечатление, что тело не принадлежит той личности, в которую влюбилась твоя дочь.

– Разве такое возможно? – удивился граф, – Разве возможно подделать труп?

– Это возможно, но требуется очень могущественная магия. Высшего порядка, да и энергии нужно очень много. А маги установили, что на месте сражения магический след практически исчез, значит, могущественных заклинаний не применялось, – пояснил Магистр.

– А не могли все подготовить раньше? – вдруг спросил граф, – Что если главной целью был именно Глеб? Ты сам говорил, что даже в том месте, где стоял во время атаки он, 'звезд' было больше всего. И големы атаковали именно его, хоть и не сразу, а только после того, как Глеб уничтожил одну из кукол. Странно все это.

– Это действительно очень странно, – поморщился Сантор. Его жутко нервировало то, что он ничего не понимал. Магистр считал себя далеко не самым последним аналитиком не просто в графстве, а на всей территории зверолюдов, но он до предела не понимал ситуацию. Слишком много 'если'. Слишком много допущений и предположений, но предельно мало фактов!

– Ну что, друг, готовь тело, – сказал граф Магистру, – а я пойду, поговорю с Шелейлой.

– Будет исполнено, – поклонился Сантор, – как скоро нужно тело?

– Как можно скорее. Когда уже оно может быть готово? – спросил граф.

– Через два часа максимум, – после недолгих размышлений ответил Магистр.

– Хорошо.

– Подожди, у меня еще не все, – вдруг сказал Сантор, словно что-то вспомнил, – я уже встречался с ним, с этим Глебом.

– Неужели? – удивленно спросил граф, – Почему ты раньше не сказал.

– Я только сейчас смог вспомнить, где его видел, – оправдался Магистр, – помнишь, я говорил, что одну из групп разбойников уничтожили?

– А, помню, как же! Какие-то два путешественника, которых сначала едва спеленали, когда те вырезали этих бродяг, а потом эта парочка вырвалась из плена и добила оставшихся, – попытался припомнить все граф.

– Так вот, одним из этих путешественников был Глеб.

– Как так? – не понял граф, – Ты же говорил, что в той паре был один оборотень и один варвар. И, как я догадываюсь, тот варвар и оказался нашим мертвым оборотнем?

– Так и есть, – согласился Сантор, – от тебя ничего не скрыть.

– Да что скрывать-то? – усмехнулся граф, – Мы с тобой столько лет знакомы, вместе на службу шли. Только я после революции стал графом, а ты Магистром тайной Стражи. Но мы все равно часто общались. Я знаю тебя, как облупленного. Только ты мне объясни – каким образом варвар стал оборотнем?

– У меня только один вариант – у нас не настоящий труп. Точнее, подделка, – сказал Магистр.

– Разве это возможно? – спросил граф, ожидая услышать от своего друга именно пояснение, как такое может быть.

– Тот варвар, Глеб, упоминал как бы невзначай, что мы можем столкнуться с человеком.

– Ты хочешь сказать…

– Что в это дело вмешался человек. Их магия неведома нам, поэтому мои маги не смогли найти следов применения сильных заклинаний, которыми и был создан труп – точная копия.

– Но зачем превращать труп в оборотня? – не понял граф.

– Чтобы никто не смог опознать в трупе человека, – пояснил Сантор, – как мне кажется, Глеб и был человеком. Уж больно он подходит под описания из древних трактатов.

– Не зря я их оставил, – хмыкнул граф, – я так понимаю, есть еще что-то?

– Глеб, вероятно, попал недавно в наш мир. Он успел здорово наследить. Я узнал все. Он был и у гномов почти месяц в приграничной деревне, которую недавно уничтожили эльфы. Кстати, эльфов тоже уничтожили. Потом наследил и у нас на границе, вырезав бродячих бандитов. Мелькнул и у Кристального Озера, которое как раз на момент прибытия Глеба, 'взбунтовалось'. Про Дэвирис я и говорить не буду.

– Вывод?

– Глеб не был подготовлен, либо подготовлен недостаточно хорошо. Скорее всего, его 'закинуло' в наш мир спонтанно. Потому что выбросы энергии во время его перехода, которые зафиксировали наши маги, были слишком велики. Значит, предварительной подготовки и расчетов не проводилось. Он пытался выжить на Лайдайе, что ему, кстати говоря, удалось. Но ему помогали. И помогал другой человек.