ГЛАВА 14 КОРА ЧЕПМЕН

Прошло три дня. Ни звонка. У Лэндона нет мобильного, так что это, как раз таки, не стало сюрпризом. Но он и не приходил.

Я взяла больничный на два дня. Это впервые, когда мне пришлось солгать своему боссу. Но я не могла найти себе место от беспокойства. Не могла есть. Не могла спать. Боялась выходить на улицу. Один раз, решив вынести мусор, пытаясь вернуться к жизни, я бросила мешок на обочину, решив, что не так уж и далека от панической атаки. Я не выключала телевизор. Тишина только ещё больше заталкивала мои мысли в лабиринт беспокойства и неуверенности в себе. В безмолвном доме каждый шум звучал особенно громко, и я подпрыгивала каждый раз, стоило только заработать обогревателю или заскрипеть половицам.

Я плакала.

Это было унизительно. Я ненавидела плакать. Но мне было не под силу остановиться. Я не понимала, насколько сильно мне нравился Лэндон, пока он не исчез из моей жизни. Я скучала по Джанет. Скучала по Логану. Вы на самом деле можете очень привязаться к людям – даже за такой короткий отрезок времени.

Я понимала, что мужчина держится на расстоянии, пытаясь защитить меня. Но мой разум был той ещё сукой. Он твердил, что это всё потому, что я просто не нужна Лэндону. Что я не так уж и важна для него. Всего лишь краткая остановка на дороге, коей была его жизнь – не больше. Мимолётное воспоминание.

Худшее – мне некому было позвонить. За последнее время я не занималась ничем, кроме как общением с Лэндоном. С семьей Лэндона. С друзьями Лэндона. Дело не в том, что мужчина не желал разделять мои интересы. Если бы я сказала:«Хэй, давай пообщаемся с моими старыми друзьями», или «встретимся с моими знакомыми»– он бы сразу согласился. Лейн был абсолютно бесстрашен в этом плане.

Схватив блокнот и ручку, я подошла к своему столу. Мы с моими трёхдневными тренировочными штанами сели на стул, и начали писать. Я не была в душе с тех пор, как покинула его дом. В отместку, я всё продолжала писать. Однажды только начав, мне было не под силу остановиться. Я должна разобраться в этом. Во всём.

Раньше я никогда не анализировала свою жизнь.

Я записывала кое-какие факты. Произошедшие события, а не мои предвзятые мысли или оправдания о том, почему я поступила так или иначе. Только факты.

И чем больше я писала, тем больше понимала, что не настолько уж я и сильная, непокорная и независимая женщина, как считала. Опустив взгляд, я расплакалась. Я вновь и вновь пересматривала блокнот, и, стоило мне увидеть картину целиком, как огромные слезы покатились на бумагу, размывая чернила.

Я не противостояла родителям. Просто сбежала от них. Сбежала из дома. Будущее пугало меня. Я не была независимой в Нью-Йорке. Посещала там колледж. Заработала степень. Моё единственное достижение. Но колледж был безопасным местом. Там не было никаких угроз, кроме как неудачи или пересдач. Это были аудитории в разных зданиях в другом штате. Образно говоря, мне не приходилось прыгать из самолёта, спускаться в бочке по ниагарскому водопаду или подыматься на Эверест.

Только однажды меня вытянули в реальный мир – и всё вновь рухнуло. Мне пришлось оплачивать счета. Управлять собственными финансами. Кормить себя. Я отвечала за целый класс учеников в опасном районе. Многих детей воспитывали матери-одиночки.Им приходилось повзрослеть быстрее, чем другим детям – и я должна была успокоить их. Это было сложно. И быстро отяготило меня.

В итоге, поджав хвост, я сбежала.

Вернулась домой побеждённой. Я позаимствовала деньги у родителей. Всевозможно лгала себе, чтобы рационализировать собственные поступки. А после я встретила Лэндона. Я влюбилась в его ребёнка, а после и в него самого. Этот мужчина предоставил мне выбор, и я позволила ему сделать выбор за меня. Не потому, что он хотел этого. Потому что это я его вынудила. Лэндон знал, как принимать тяжелые решения. Он был храбрым. Был готов пожертвовать всем, чтобы сохранить в безопасности небезразличных ему людей.

Папе стоило назвать меня Трусом.

Встав, я подошла к зеркалу.

Кем был тот человек в отражении?

Этот момент был единственным настоящим в моей сознательной жизни. Но что говорили факты?

Я любила Лэндона Лейна.

Я любила Логана Лейна.

Я любила Джанет.

Я сбегала каждый раз, как всё становилось сложным.

Каждый. Раз.

Я покачала головой своему отражению.

– Нет, – вновь кричу. – Нет.

Больше я не собиралась себя оправдывать. Не собиралась сбегать от счастья, потому что над ним придётся поработать, или потому что дорога к нему может быть трудной. Так быстро, как только смогла, я приняла душ, переодевшись в нормальную одежду. Забравшись в машину, на скорости вылетаю из подъездной дорожки.

Я никогда не чувствовала такого прежде. Я любила Лэндона Лейна. Мне хотелось на весь мир прокричать об этом. И когда всё стало сложно – я не собиралась сбегать. Мужчина узнает, что я остаюсь – и вовсе неважно, хочет он того или нет. Я воспользуюсь этой возможностью. Восстановлю контроль.

Мне удалось сбросить сковывающие меня цепи.