– И кто это? – через силу спросила Ксю.

– Марк, тот самый, который на улице был, когда мы приехали…

– Да, мой двоюродный брат…

– Да он. Настоящая мечта! Единственный парень, который не попытался сразу же затащить меня в постель. Но он умеет проявить инициативу, когда нужно…

Слушая восторженные отзывы Дины о Марке, Ксю думала, что ей методично наносят удары ножом. Ну, попала в классическую ситуацию, когда подруга уводит парня. И хоть Марк не является Ксюшиным парнем, все равно больно.

– Ну, нет! – воскликнула Ксю, прерывая Дину совершенно неожиданно. Не собирается она смотреть, так будут развиваться отношения этой парочки! (А что они будут развиваться, понятно со слов Дины). И не собирается слушать влюбленные охи и вздохи, она не святая Мадонна! – Знаешь, Динуля, не строй далеко идущих планов. Я Марка лучше знаю, поэтому покупаться на его обаяние не советую. Тебе известно, кто он?

– А кто?

– Бабник! У него куча девушек – и здесь в Березино, и в Минске. А ты – просто дополнение к его обширной коллекции, не более.

Дина была ошеломлена.

– Ты что, Ксю! Марк – бабник? Не может быть!

– Может! – убежденно заявила Ксю, прекрасно зная, что если и не точна в суждениях, то лишь самую малость – только в том, что касается Дины. Остальные позиции Марка по отношению к девушкам были ей известны. – Девушки для него – игрушки, род развлечений, хобби этакое… Ты мне как сестра, и я не хочу, чтобы тебе потом было больно.

– А вот это зря! – ответила Дина. – Больно мне не будет, кем бы ни был Марк. Еще посмотрим, кто больше помучается, если он вздумает мной лишь воспользоваться. А за предупреждение спасибо!

– Нет, нет! – в отчаянии воскликнула Ксю, понимая, что в который раз за день ее планы оборачиваются совсем не так, как ей хотелось бы. – Ты не поняла! В Марка очень легко влюбиться, и если ты влюбишься, то будешь страдать! Откажись от него, Диночка, пока не поздно… Ты не поняла…

Дина смерила долгим взглядом свою младшую и медленно произнесла:

– А по-моему, я все поняла. В Марка очень легко влюбиться, да? И по-видимому, ты уже влюбилась.

– Что? Что ты придумала? – вскрикнула Ксюша, чувствуя, что ее стальной хваткой сжимает в своих объятиях страх. Она попыталась рассмеяться, но ничего не вышло – Дина не поверила.

– Я ничего не придумала, – холодно сказала Дина. – Ты ревнуешь Марка и поэтому стараешься настроить меня против него! Ты влюблена в него!

– Нет, не влюблена! – протестовала Ксю, едва не плача. – Я не ревную Марка! Нет! Это неправда!

– Правда, – устало отозвалась Дина. Ей надоело слушать истерику Ксении. Подобные вещи были Дине ни к чему.

Никогда не чувствовала себя Ксюша такой одинокой и покинутой, как в последующую неделю. Гости разъехались в понедельник – и это самые поздние гости, ранние уехали еще вечером в субботу. Мама, Слава, Марат и Дина тоже покинули город в понедельник. Дина попрощалась с Ксюшей довольно холодно – это было обидно, но пришлось терпеть. Хорошо еще, что Дина никому не рассказала о своем открытии, и с Марком ее больше не видели.

Марк тоже уехал в Минск в понедельник. После той субботней ссоры он до самого отъезда не сказал Ксюше ни слова, ни разу не подошел к ней. «Ну и черт с тобой! – думала Ксю. – Тоже мне, чудо такое! Что мне – вешаться теперь оттого, что ты на меня не смотришь? Еще чего!»

С одной стороны Ксюша даже радовалась, что Марк с ней не общается. Не придется объяснять свое странное нежелание, чтобы Марк встречался с Диной. Стыдно вспомнить, что Ксю тогда ему наговорила. А что наговорила Дине? Ужас какой.

Но когда Марк уехал в Минск, даже банального «до свидания» не сказав, Ксюша почувствовала себя ужасно. Катя опять целыми днями пропадала у Тани, а Ксюшиных подружек в Березино не было. Поэтому Ксю, не знавшая, чем заняться, решила походить с бабушкой и тетями в лес за черникой. С ними так же увязались Карина и Лерка. Карине не давал покоя триумфальный приезд Ксюшиной мамы на свадьбу, и поэтому она доставала Ксюшу издевками и подколками. Но Ксю находилась далеко не в благодушном настроении. Потому, когда Карина в очередной раз из-за чего-то к ней прицепилась, Ксю схватила сводную сестру за волосы и едва не усадила на огромный муравейник.

Наступила пятница. С утра заявилась Карина и сообщила, что сегодня их в лес на машине доставят.

– И кто? – спросила Ксюша.

– Марк.

– Марк? – щеки Ксении обдало жаром. – Он же в Минске!

– Ты что – сбрендела? – Карина посмотрела на нее как на умалишенную. – Марк здесь со среды. Ты что – не знала?

– Нет… Он здесь не был…

– Интересно почему… – с легкой издевкой произнесла Карина. – От его дачи до бабушкиного дома несколько шагов всего ступить. Мог бы я зайти к тебе – вы же такие друзья…

– Возможно, он был занят сильно…

– Да нет, – Карина видела явное замешательство на лице Ксю и не могла не постараться ее уколоть. – Марк делал что-то на даче, но в основном ходил из угла в угол.

– Откуда ты все это знаешь? – удивилась Ксюша.

– Да Марк только что рассказывал.

– Так он уже здесь?

– Ну да. Марк меня и привез.

Так. Значит, Марк в Березино уже два дня и, судя по рассказу Карины, вполне мог зайти к бабушке. Вообще он обычно так делал: если работал на даче, то всегда появлялся хоть ненадолго в бабушкином доме – узнать, как здоровье старших, поздороваться с Ксю и Кэт… А теперь, несмотря на то, что на даче Марк почти ничего не делал, сюда он все-таки не зашел. Оно бы и ничего, но ведь Ксюша в субботу ему такого наговорила, Марк ушел злой. Но, если разобраться, то ничего особенно страшного она не сказала, по идее, Марк с его чувством юмора должен был даже не воспринять те глупости всерьез… А он разозлился. И, похоже, злится до сих пор. Было бы чего! Если они с Диной целовались, то понятно, что Ксю солгала и пошутила относительно Дининых пристрастий и вкусов. Насколько Ксюша знала логику поступков Марка – он, скорее всего, расценил бы Ксюшины слова как шутку. Тогда почему он ее избегает?

Или он, как и Дина, тоже догадался, что к нему чувствует Ксю? И поэтому считает ее сумасшедшей и распущенной… Только не это! Но иначе почему Марк так себя ведет? Единственное осмысленное объяснение – это вот то, что Марк теперь презирает Ксюшу за возникшие у нее чувства.

А может, все же нет, и Марк ничего не знает? Может, он просто разозлен Ксюшиным глупым поведением! А если и знает, то, может, не приходит по другой какой-нибудь причине? Ну, не такой человек Марк, чтобы возненавидеть девушку только потому, что она в него влюбилась! Или…

Блин! Отдала бы что угодно, только бы не реагировать так чутко на любые перемены в поведении Марка! Хорошо бы на самом деле, а не из притворства, сказать: «Я тебе без надобности, Римшиц Марк? Ну, и ты мне без надобности!» И развернуться гордо, и уйти. И не ждать его прихода ежечасно…

Но это невозможно. Ксюша не могла не думать о Марке, не ждать его… Даже сейчас, когда он, быть может, уже все знает, и ей стыдно показаться ему на глаза, Ксюше не хватает сил остаться дома, выдумав какой-нибудь предлог…

Ксю быстро надела серебристо-голубую рубашку и синий спортивный костюм, затем обвязала волосы синим платком, свернутым узкой полоской.

– Как я выгляжу? – спросила она сама себя, подходя к зеркалу и сама ответила: – Довольно нагло. Как всегда, когда чего-нибудь боюсь.

Ксюша переобувалась в коридоре, когда зашел Марк. Увидев девушку, он остановился, опершись о косяк двери. Ксю подняла голову, чтобы посмотреть, кто это, и тут же снова вернулась к обуви, чтобы не встречаться с Марком.

– Что ж не здороваешься, злючка? – усмехнулся Марк. – Еще злишься?

– Я не злючка, – ответила Ксюша.

– А как тебя по-другому назвать? Что ты давеча про Динкины вкусы плела? Она вполне нормальная девчонка…

– Ладно, ладно, – отозвалась Ксю. – Видела я, какая она «нормальная».

Ксюша уже завязала шнурки кроссовок и сидеть на корточках не было причин. Пришлось подняться. Она выпрямилась и встала перед Марком.