– А я? – тихо спросила Ксюша, совершенно «выходя из роли». – А я тебе нравлюсь? Хоть немного?

– Нравишься, – ответил Марк. Одна из его ладоней переместилась с плеча Ксюши на ее шею, а затем на лицо. Пальцы нежно гладили ее щеку и подбородок. – Пожалуй, даже слишком нравишься…

– Что ты хочешь сказать?

– Только то, что говорю. Ты мне действительно нравишься. Но мы с тобой из-за возраста по-разному воспринимаем и понимаем это слово.

– Почему все всегда цепляются к возрасту – по поводу и без него? – нахмурилась Ксюша. – Да, мне шестнадцать лет, но я от этого ничуть не глупее!

– Не сомневаюсь в этом. А что говорит по этому поводу Уголовный Кодекс? Что может быть мне за связь с несовершеннолетней? В себе я уверен и в своих намерениях тоже, а вот в тебе… У меня нет гарантий, что ты не бросишься потом маме жаловаться, что такой-сякой Марк совратил тебя. Все станут жалеть тебя ах бедную-несчастную, а я буду злым таким змеем Горынычем… Мне это надо?

– Думаю, нет… – тихо сказала девушка.

– Вот и хорошо. Я хочу, чтобы ты поняла меня и не обижалась.

– Я не обижаюсь. Мне кажется, нам следует об этом забыть…

– Ну, нет. Забыть – это значит проявить неуважение к твоему очарованию! Я этого делать не хочу.

– А что ты хочешь?

– Что хочу? Я много чего хочу – я до хорошей жизни жадный. Но в отношении тебя это несправедливо и нечестно.

Марк взял ее руки в свои, прижал к губам одну из ладоней девушки.

– Марк… зачем… зачем ты это делаешь? – спросила Ксю, растерянно глядя на него широко раскрытыми глазами. Марк отпустил ее руки и притянул Ксению к себе, с силой сжал ее. Их губы встретились, раз, другой, прикосновения стали более требовательными, более чувственными. Ксюша словно растворялась в Марке, но, когда он позволил себе что-то большее, чем поцелуй, Ксю воспротивилась.

– Тихо, тихо, Ксю, расслабься, – прошептал Марк, не обращая внимания на то, что девушка пытается его оттолкнуть. Его губы почти касались ее уха, дыхание опаляло кожу. – Я не сделаю ничего, о чем ты потом пожалеешь. Не напрягайся. Просто плыви по волнам…

Сопротивление было сломлено. Ксюша закрыла глаза, запрокинула голову, доверилась Марку. Ей было все равно, чем закончится это безумие, насколько далеко зайдет Марк. Страсть затмила все.

«Что за опасную игру веду я? – тщетно взывал в это время к рассудку Марк. – Ведь нельзя же…» Но сам продолжал целовать и ласкать девушку. Пальцы запутывались в длинных мягких волосах, скользили по плечам, локтям, шее; губы касались губ, щек, полуприкрытых век, бровей, висков, спускались ниже – к маленькой впадинке у горла, где пульсировала маленькая синяя жилка. Сейчас она пульсировала намного быстрее, выдавая быстрый ритм биения сердца. Все в Ксюше было словно создано для Марка: невинно-мягкие, чуть сладковатые на вкус губы, длинные и такие пушистые волосы, гладкая и нежная кожа, тонкие руки… Даже аромат Ксюшиных духов затрагивает определенные струны его души. Марк несколько раз наблюдал, как Ксю брызгает духи на ладони, а потом, уже ладонями, наносит ароматные капельки на шею и область декольте, растирает мочки ушей, и затем несколько раз проводит пальцами по волосам, как гребнем, чтобы аромат впитался и в них. А теперь, легонько прикусывая мочку Ксюшиного уха и покрывая поцелуями шею девушки, Марк вдыхал этот, так нравящийся ему дурман, и парня терзали мысли одна сладостнее и ярче другой. Больше всего в жизни ему хотелось заниматься сексом с Ксю здесь и сейчас. Прямо в машине – положить на заднее сидение и ласкать, ласкать, ласкать – пока Ксюша не станет кричать от наслаждения! Потом задрать ее юбку, и… Ох, а после всего отвезти Ксю на дачу или к себе на квартиру, где сейчас никого нет, и продолжать там, пока оба они не устанут…

Хотя, почему бы и нет? Ксюша не девственница – сама как-то призналась, к тому же она влюблена и, судя по поведению, тоже не прочь… Даже если потом вздумает вздурить и пожаловаться кому-то – пусть попробует доказать, что что-то было. Будет ее слово против его и, при этом, все видели – Марк к Ксюше относится, как к девочке-подростку – поэтому вряд ли кто-то на эту историю купится.

«Что-то тебя, чувак, не туда занесло! – мысленно сказал себе Марк, как-то отрезвляясь и выпуская Ксюшу из рук. – Она твоя сестра, а ты, мало того, что откровенный разврат задумал, так еще и стратегию без зазрения совести составляешь! Ну и гад же ты, однако!»

– Я думаю, что нам следует остановиться, – с трудом переводя дыхание, произнес Марк.

Прошла еще неделя. Марк практически не виделся с Ксю, хотя в Минск не уезжал. Он знал, что Ксюша снова у бабушки, иногда заходил узнать, как у нее дела, но разговаривать им почти не случалось. И это во многом было благодаря Ксюше, которая избегала встреч с ним наедине. А в присутствии бабушки, дедушки или других родственников могла сказать фразу, две и все на этом. Марк досадовал – эта мелкая своим признанием довела его неизвестно до чего, а теперь строит из себя недотрогу! Но с другой стороны он не мог не восхищаться самообладанием девушки и прекрасно понимал, что она защищается. Только поэтому она всем своим видом показывает, что у нее – своя жизнь, а у него своя, и они ничего друг другу не должны.

Что ж, исходя из этого, Марк стал развивать отношения с Олей – той девушкой, которую встретил на пикнике перед свадьбой дяди Гены.

Собираясь в субботу на свидание с Олей, Марк думал, что сейчас Ксюша тоже куда-то собирается – вроде на дискотеку с подружками. В зале миловались Леша и Света – впервые за последние несколько дней у них все было «на мази».

Дверь приоткрылась, и заглянул легкий на помине Леша.

– Марк, мне тут кой-чего прикупить надо, – сказал он. – Я отлучусь в магазин, а ты посмотри, чтобы Светка не удрала.

– А разве у вас не все хорошо? С чего ей удирать?

– Не знаю. Теперь я ни в чем не уверен.

– Ладно, ладно, – сказал Марк. Иди. Если что – я Светлой наручники надену, но задержу до твоего прихода.

– Спасибо.

Марк вышел в зал. Света сидела на диване, опустив голову на подушку, и, по-видимому, никуда не собиралась убегать. Услышав шаги, она оглянулась.

– А это ты, Марк? Куда-то уходишь?

– Ну, вроде как…

– Ага, свидание! – понимающе усмехнулась Светка. – И с кем?

– Да так, одно прошлое увлечение, – улыбнулся Марк. – Я ведь во многом человек настроения, делаю, что мне вздумается… Сегодня вот мне вздумалось пойти на встречу с Олей…

– Да, с Олей! А вчера была встреча с Наташей. А завтра будет с Инной или Катей!… Не надоело? Выбрал бы одну да женился.

– Кому бы говорить! – скривился Марк. – Ты бы, Светлая, сама замуж вышла, посмотрела бы, что это такое, а там ко мне цеплялась. Я-то женат был, и вторая свадьба мне не к спеху.

– Ну, и мне не к спеху, – нахмурившись, сказала Света. Марк стал серьезным.

– Ты бы не дурила, не тянула, а соглашалась и выходила замуж бы! – сказал он, внимательно посмотрев на девушку. – И сама мучаешься, и Лешу мучаешь. Зачем? Из-за принципа?

– Да, из-за принципа! – с вызовом отозвалась Светка. – Я Леху восемь лет ждала – пусть он теперь меня хоть год подождет!

– Ну, и разобьешь отношения из-за ерунды! – категорично и резко заявил Марк. – И так же ясно, что вы созданы друг для друга! А ты выпендриваешься!

– Это тебе ясно! – отрезала Света. – И то, не совсем. А мне и вовсе ничего не ясно, но если мы с Лешей и правда созданы друг для друга, то нашим отношениям никакие ожидания не страшны!

– Смотри, допрыгаешься, подруга, – покрутил головой Марк.

– Вот когда допрыгаюсь, тогда и поговорим, – ответила Светлана. – Ладно, Марк, ступай на свою встречу. Желаю тебе удачи.

– Нет, ты что! – притворился напуганным Марк. – Я уйду, а ты тут же исчезнешь! Соберешься и сбежишь! Леший мне потом голову назад закрутит! Я лучше подожду, пока он вернется, сдам тебя с рук на руки, а потом пойду. Благо, времени у меня хватает.