Да и чего им было не веселиться? Взяли — похоже, что чисто случайно — хорошую добычу, вовремя укрылись в надежном месте — что еще нужно для изменчивого пиратского счастья? Им бы сейчас побыстрей покончить со всеми делами — и пить, гулеванить!

Вместительные трюмы захваченного разбойниками корабля оказались полны бочонками с вином, тюками сукна, золоченой посудой и какими-то объемистыми мешками. То ли там была шерсть, то ли что-то еще — бог весть. Но тяжеленные — ужас! Один едва тащили вдвоем. Идущий в паре с Лешкой Георгий уже пару раз падал, под злорадный смех шиурмы. И Лешка заметил, как «слуга Мисаил» что-то подобострастно шепнул надсмотрщику. Тот внимательно оглядел Георгия и кивнул с нехорошей усмешкой. Да-а… Похоже, медлить было нельзя.

— Ищем Владоса! — оглянувшись по сторонам, шепнул Алексей. — Посматривай.

Георгий послушно кивнул… и опять едва не свалился:

— Господи! Ну, не могу я таскать эти мешки!

— Встать! — немедленно взмахнул бичом надсмотрщик. — Поднимайся, кусок дерьма!

И град ударов посыпался на несчастного юношу.

— Он встанет, — помогая товарищу подняться, воскликнул Лешка. И ту же получил удар по спине.

— Встанет, куда денется? — расхохотался неизвестно откуда подскочивший Галинда. — А не встанет, так тем хуже для него!

Пиратский юнга глумливо захохотал.

Шепча молитвы, Георгий, пошатываясь, поднялся на ноги и уныло побрел к перекинутым с захваченного корабля сходням.

— Эй, Али! — вздрогнув, Лешка обернулся, увидел Владоса с большим бочонком на плечах.

— Ну, наконец-то, нашелся!

— Это еще как сказать, кто нашелся…

— Не будем привлекать внимание надсмотрщиков, — оглядевшись по сторонам, тихо предупредил грек. — Бери бочонок и шагай за мной. По пути и переговорим.

Лешка так и сделал, бегом — вот так усердие! — поднялся по сходням, схватил первый попавшийся бочонок, сбежав вниз, нагнал грека:

— Вот что, дружище. Хорошо бы отсюда дернуть!

— Чего? — не понял Владос.

— Сбежать, говорю. Как раз момент очень удобный. Думаю, больше такого не будет.

— Правильно думаешь, — согласился грек. — Подождем, когда совсем стемнеет.

— Э, нет, — тут же возразил Алексей. — Никогда не считай других глупее себя. Думаешь, они не удвоят ночную стражу? Обязательно закуют… да мы до темноты и не разгрузимся.

— Значит, оставят на завтра.

— На завтра? — Лешка покачал головой. — Вот уж не думаю.

Он мысленно поставил себя на место разбойничьих главарей. Все сложилось удачно, взяли хорошую добычу, теперь бы ее надежно разместить, выставить охрану, побыстрее реализовать… Нет, тянуть с этим не стоит. Хотя можно было бы пока оставить все на захваченном судне… однако, как только причалили, так сразу приступили к разгрузке. Юноша задумался. Зачем-то они торопятся… Наверное, на торговое судно уже есть покупатель, иначе, к чему такая спешка? Коли так, значит, придется работать всю ночь. А дележ награбленного, вероятно, отложат до утра, до окончания разгрузки. Вот, тогда и рвануть! Нет, ведь тогда всех гребцов снова закуют! Значит — сейчас! Сейчас — или никогда.

— Владос, а Трапезунд большой город?

— Да уж, не маленький.

— Значит, там есть, где спрятаться.

— Постой… это ты к чему?

— Да все к тому же… Где Георгий?

— Только что спустился в трюм… Не очень-то быстрый с него работник.

— Думаю, на рассвете его убьют, — замедляя шаг, тихо промолвил Лешка.

Владос молча кивнул — согласился. Трое надсмотрщиков, стоявших у черного зева трюма, с насмешкой пялились на только что вышедшего из трюма Георгия. Запыхавшийся, словно загнанная лошадь, парнишка с видимым усилием тащил на плечах небольшой тюк.

— Поменьше еще не мог взять, гяур? — один из надсмотрщиков пнул юношу в бок. Тот упал, выронив тюк. Надсмотрщики загоготали:

— Медленно ходишь, гяур.

Медленно… Лешку осенило. Замедлив шаг, он подождал несчастного парня, окликнул:

— Эй, Георгий! Есть дело.

— Дело?

Слава богу, этот парень еще не впал в апатию! Значит, есть надежда. Лешка пошел сзади:

— Не оборачивайся. Слушай.

— Да – да…

— Ты медленно ходишь…

— Я… я не могу…

— Значит, ни у кого не вызовет подозрения, если ты будешь двигаться еще медленнее.

Георгий, несмотря на предупреждение, обернулся с удивлением на лице.

— Задержись и пошарь в трюме! — быстро шепнул Алексей. — Ищи то… даже не знаю, что. В общем-то, что поможет нам бежать.

— Но ведь в трюме тоже разбойники!

— Знаю. Думай. И знай — на тебя вся надежда!

— На меня?! — в потухших глазах парня проскользнула искра авантюризма и близкой удачи. — Я сделаю, — тут же заверил он. — Обязательно сделаю. Все, что смогу.

Между тем уже стемнело, и пираты зажгли факелы, ничуть не беспокоясь, что их могут заметить с моря или со стороны селения. Впрочем, наверняка староста селения — или как он там у них называется — был для разбойников своим человеком, иначе б они не чувствовали здесь себя столь вольготно. Медным сияющим тазом на небо выкатила луна, вокруг нее уныло затанцевали звезды.

Несущие огромный тюк Владос и Лешка переглянулись. Георгий что-то задерживался. Либо он совсем упал от усталости, либо…

Ага, вот наконец показался!

— Долго ты будешь лентяйничать, подлая собака? — возмущенно крикнул стоявший у сходней разбойник. Другой схватился за плеть.

— Постой, — придержал его третий. — Ему все равно подыхать. Так пусть напоследок хоть принесет нам немного пользы.

— Да – да, пусть поработает, нечего его пороть. Больше толку!

Пираты загоготали.

— Нашел, — поравнявшись с друзьями, возбужденно шепнул Георгий. — За бочонками есть люк на верхнюю палубу. Открыт — я проверял.

— Хорошо, — Лешка невозмутимо поправил поудобнее тюк. — Значит, заходим во-он с той толпой… Эх, заметят! Их бы там задержать… Впрочем… — Он оглянулся и подмигнул. — Немного поотстаньте, а, как услышите шум — ныряйте в люк и ждите.

— Чего ждать? — не понял Георгий.

— Меня, господи!

Сердце юноши колотилось. А душа пела! И, казалось, все по плечу, все получится, непременно получится, не может такого быть, чтоб не получилось!

Войдя в трюм, Лешка дождался, когда друзья останутся позади, и нарочно споткнувшись, полетел прямо под ноги уже возвращающемуся с огромным мешком на плечах «немому».

— Ну, ты еще начни тут падать! — не удержавшись на ногах, заорал тот и едва не прикусил язык под тяжестью свалившегося сверху Мисаила.

— Ну, чего вы тут разлеглись?! — возмущались следующие…

Поигрывая плетью, отвлекся от выдачи мешков разбойник. Кивнул напарнику — мол, пойду, разберусь… Лешка живо протиснулся между ногами невольников. Схватил мешок… Подождал, пока все утихнет. И, осторожно положив мешок, рванул к люку, больно ударившись головой о дощатую переборку.

— Уй-я!

— Ты чего кричишь?

— Понастроили тут… Мы где?

— Вон лестница на верхнюю палубу.

— Так идем! Только осторожнее!

Все трое быстро поднялись по лестнице вверх и выглянули из люка. На палубе нефа до сих пор валялись неубранные трупы, хорошо видимые в медно-оранжевом свете луны. Кто-то еще стонал, у кого-то прямо из груди торчал обломок копья, а рядом валялись выпавшие из распоротого живота склизлые кишки. Лешку чуть было не вырвало, замутило… Ну вот… Парень набрал в грудь побольше воздуха — теперь еще только с самим собой проблем не хватало для полного счастья.

По счастью, палуба оказалась пуста — да и что там было охранять? Трупы?

Владос обвел глазами остальных беглецов:

— Ну? Куда теперь?

— На берег нельзя — заметят, — шепотом отозвался Лешка. — Значит, остается — море. Тут случайно не осталось никаких шлюпок?

— Чего? — не поняв, Владос с Георгием удивленно переглянулись.

— Ну, лодка. Они ведь имеются на больших кораблях.

— Да, имеются, — согласился Владос. — Обычно они привязываются за кормой на канате.

— А ну, посмотрим!