Он внимательно осмотрел похожее на неприступную крепость здание, не поленившись, обошел его со всех сторон и даже попытался заглянуть во двор. Потом, отряхнув тунику, вернулся обратно:

— Итак, имеем: постоянно закрытую дверь — за все время, пока мы здесь сидим, никто не вошел и не вышел, — глухой высокий забор, а за забором — двор, судя по количеству деревьев, довольно обширный. Чтобы что-то узнать о приюте у нас есть три пути. Первый — втереться в доверие к начальству, — но это требует времени, а у нас всего три дня. Впрочем, может и получится.

— Сомневаюсь.

— Второй путь — поговорить с воспитанниками, — а для этого надо либо попасть внутрь, либо дождаться, когда они куда-нибудь выйдут.

— Вот это уже лучше, — одобрительно хмыкнул Владос.

— Путь третий — просмотреть документацию — приходно-расходные книги и прочее.

— Так они ее тебе и покажут!

— Верно, не покажут… Нужно смотреть самим — то есть пробраться в здание, — Лешка задумчиво почесал затылок. — Поэтому пока самый реальный план — второй. По крайней мере для начала.

— Еще можно опросить соседей, — подсказал Владос. — Уж наверняка что-нибудь да расскажут.

— Это верно, — Лешка закивал головой. — Как же я упустил? Ну, что, бросим жребий — кому тут сидеть, а кому по соседям идти. — Он достал из кошеля мелкую медную монетку — обол — подбросил: — Голова или нос? Голова — ты остаешься сидеть.

Выпал «нос», и Владос, оставив приятеля наблюдать за домом, с явной радостью побежал куда-то за угол, похоже — в ближайшую корчму. Ну да, где еще пособирать сплетен, как не там?

Лешка просидел часа два, а то и того больше — в окрестных церквях колокола уже зазвонили к обедне. А из приюта так никто и не выходил! И не приходил никто. Совершенно закрытое заведение! Ну, хоть куда-нибудь выйти должны! За продуктами там или за водой. Хотя продукты можно иметь про запас и покупать раз в неделю на рынке, а вот что касается воды… У них, наверное, во дворе есть колодец… Однако вода в здешних колодцах не вкусная, пригодная лишь для полива, Значит, рядом — акведук или цистерна — а уж из нее проложены трубы… Трубы… Да…

— Акведук? — явившись уже ближе к вечеру, переспросил Владос. — Ну да, во-он он — акведук Валента. Ты на бревнище – то заберись!

Лешка так и сделал, еще раз осмотрев тянувшееся через весь город гигантское сооружение в виде двухъярусных арок.

— Да, — сам над собой посмеялся парень. — Слона-то я и не приметил. Как думаешь, в сие богоугодное заведение вода поступает из акведука?

— Наверное… Если поблизости нет цистерны.

— И течет по трубам?

— Ну да, по трубам, а как же?

Лешка хитро прищурился:

— А трубы могут и прохудиться… Да и там, думаю, имеются какие-нибудь коллекторы, вентили — короче, требуется постоянный присмотр.

— Постой, постой… — понятливо закивал грек. — Вижу, вижу, к чему ты клонишь, авантюрист! Присмотр, говоришь…

— Слушай, а у тебя-то хоть как дела? — несколько запоздало поинтересовался Лешка. — Узнал что-нибудь?

— Да есть кое-что, — ухмыльнулся Владос. — Идем, по пути расскажу.

Лешка вскочил на ноги:

— А куда идем?

— На ближайший рынок, кое-что прикупить.

— А… а сюда?

— А сюда уж завтра явимся. С самого раннего утра!

Выйдя на широкую улицу, друзья быстро зашагали по ней в направлении старой стены Константина. Вокруг всюду толпился народ — громко кричали уличные торговцы, приказчики, высунувшись из широко распахнутых дверей эргастириев — лавок при мастерских, — зазывали прохожих с ничуть не меньшим азартом, даже чуть было не утащили к себе засмотревшегося на акведук Лешку. На папертях церквей и просто на улицах, нагло выставив напоказ жуткие уродства и язвы, нахально просили милостыню многочисленные нищие, организованные, по словам Владоса, в особый союз — корпорацию.

— Ну, так что? — нетерпеливо выспрашивал Лешка. — Чего узнал-то?

А узнал Владос много чего. Приют Галаиды оказался женским, и часть старших девочек по вечерам танцевала и ублажала клиентов в ближайших тавернах, и наверняка налог на занятие проституцией никем не платился. Получали ли при этом девушки какие-то деньги с клиентов или у них все забирали — это нужно было еще уточнять, как и то — в курсе ли всего этого попечительница приюта госпожа Харистина Карос, или приютские работники завели свой небольшой, но доходный бизнес в обход нее? Так сказать — левак. Если Харистина тут ни при чем — это одна ситуация, если она все и организовала — совершенно другая.

— Хорошо, что тебе, Алексей, в отличие от судебных чиновников, ничего доказывать не надо — поверь мне, не доказал бы никогда, еще б и проблемы обрел! — усмехнулся на ходу Владос. — Как я понял, главное — просто установить истину.

— Угу, — кивнул Лешка. — Может, стоит вечером пойти в какую-нибудь таверну да расспросить девок?

— Может, и стоит, — задумчиво отозвался грек. — А, может, и нет — можем спугнуть. Лучше уж потерпеть до завтра.

На том покуда и порешили.

Яркое солнце, поднимаясь из-за бухты Золотой Рог, весело било в глаза прохожим. У ворот Святого Романа менялась стража, вооруженные кирками и мастерками рабочие под руководством толстяка подрядчика, крича и размахивая руками, столпились у акведука Валента — видно, определяли предстоящий объем работ и ругались из-за оплаты.

Свернув в переулок, начинающийся недалеко от крепостных ворот, одетые в темно-серые туники приятели — Владос и Лешка — подошли к запертой двери приюта. Владос важно держал в руках большую деревянную линейку, а Лешка — отвес и моток тонкой проволоки.

— Эй! — переглянувшись, парни изо всех сил забарабанили кулаками в дверь. — Открывай! Спите там, что ли?!

— Открывайте, мать вашу!

Лешка повернулся спиной и заколотил ногами.

— Вы кто? — в середине двери приоткрылась небольшая форточка, в которой замаячила чья-то смуглая бородатая рожа.

— Хрен в пальто! — нагло закричал Лешка. — Водопроводчики, не видишь, что ли? Тьфу ты, эти… техниты!

— Техниты?! А мы вас сегодня не вызывали.

— А нам плевать, что не вызывали! Открывай, борода — в квартале утечка!

— Но… я должен сперва посоветоваться…

— Иди, советуйся, — парни разом сплюнули. — Только мы ждать не будем — некогда. А приют ваш в черный список занесем. Никола, доставай список.

Ухмыльнувшись, Лешка положил на крыльцо проволоку с отвесом и полез в котомку.

— Сейчас, запишем. Какой это переулок?

— Галаиды.

— Ага, значит, приют Галаиды отказался допустить на важный объект технитов и…

— Эй, эй, погодите, парни! — явно испугавшийся бородач загремел засовом.

Заскрипев давно несмазанными петлями, отворилась дверь.

— Входите.

Друзья не заставили себя упрашивать дважды.

Пройдя по длинному полутемному коридору, ведомые неусыпным стражем приятели оказались на просторном дворе, разбитом на грядки и палисадники. У грядок, под присмотром тощей и длинной, словно оглобля, женщины с искаженным злобой лицом, напоминавшей Лешке одну злющую ведьму-воспитательницу из далекого детства, копошились бледные сиротливо одетые девочки лет десяти на вид, некоторые — с обритыми наголо головами.

— Акватруба где проходит? — деловито осведомился Владос.

— Идемте, покажу…

Громко насвистывая, «работники коммунального хозяйства» вслед за своим провожатым направились через весь двор куда-то в дальний угол, к сараям.

— Кто это, Варис?

— Техниты. Говорят, протечка у нас.

— Нет у нас никаких протечек! — надсмотрщица злобно оскалилась, но тут же махнула рукой. — Впрочем, раз уж пришли, так пусть смотрят.

Остановившись у сараев, «техниты» обступили керамическую трубу.

— Ну, что там? — нетерпеливо осведомился сторож.

— Не мешай, — строго взглянул на него Владос. — Сейчас, поглядим… О, да тут трещина! Придется замазывать. Хозяин, песок у тебя найдется?

— Песок? — сторож обернулся к надсмотрщице — или воспитательнице, черт ее знает, кем она тут была?