Поиск
В защиту мира
Нам опять угрожает война,
О ней, о проклятой, пиши:
Война — это подвиги и ордена,
Война — это голод и вши!..
Война преждевременно старит сердца
И губит хороших людей,
А встанет убить одного стервеца
В один миллион рублей!
«Что ни год, идет вперед…»
Что ни год, идет вперед
Бесконечно долгий путь тот:
Все, что будет, все пройдет,
Что пройдет, того не будет.
Все сметут, сведут на нет
Годы, бурные, как воды,
И останется поэт —
Вечный раб своей свободы!..
«Я сбиваюсь с пути…»
Я сбиваюсь с пути
И лечу с высоты:
Меня можешь спасти
Только ты.
Вижу странную ночь,
Царство злой темноты,
И мне можешь помочь
Только ты.
«Царь-пушка — милая игрушка…»
Царь-пушка — милая игрушка.
Своим величием горда,
Как благородная старушка —
Талантлива и молода.
Артиллерийская подружка,
Она не едет никуда.
И, словно кружка на пирушке,
Не устареет никогда.
Ее для ахов и для охов
Отлил прекрасный мастер Чохов,
Она не бредила войной.
Стреляла. Всякое бывало.
Но никого не убивала,
За это ей почет двойной!
«Оглушенный грохотами всеми…»
Оглушенный грохотами всеми,
Отрешенный от полезных дел,
Я неостроумно тратил время
И не знал того, что я хотел.
И вступал в бессмысленные споры,
Ну, а жизнь моя была бедна.
Я хотел иметь златые горы
И озера, полные вина.
И мои желанья не сбывались,
Всех почти лишился я друзей…
И мои знакомые боялись
Связывать свою судьбу с моей…
По издательствам отважно тычась,
Я сдавал свои работы в срок.
С именем Глазкова много тысяч
Появилось стихотворных строк.
И меня признали… Что же дальше?
Люди недовольны, как и встарь.
Стали говорить: — Глазков продался:
Он теперь ремесленник, кустарь…
И, понятно, не живет без денег:
Переводит, пишет на заказ…
Да, ремесленник, а не бездельник,
Работяга, а не лоботряс!
Как сапожник или токарь занят:
Где искусство, там и ремесло!..
Многие, чего хотят, не знают,
Я не увеличу их число!
«Я знаю, жизнь чудесно хороша…»
Я знаю, жизнь чудесно хороша,
Особенно в часы большого пира.
И хорошо, что молодость прошла,
И хорошо, что старость наступила.
Я стал ценить мирок простых вещей:
В своих глазах я, возвышаясь, падаю,
Но дров охапка для меня важней,
Чем сыгранная шахматная партия.
«Ты, как в окно…»
Ты, как в окно,
В грядущее глядишь —
И все равно
Мужчину победишь.
А он, стерпя
Сто двадцать пять обид,
Потом тебя
Спокойно победит.
Однако вы
Перехитрите в быте —
И не как львы,
Как кошки победите.
Потом на нас
Потомки поглядят
И сложат сказ
О том, как победят…
Я снова жду
С тобой желанной встречи,
Но слова «побежду»
Нет в русской речи!
Правда
Я поэт. Творю четверостишья
Много лет.
Может, я других святей и чище?
Вовсе нет!
Просто знаю, если не вкрадется
В душу ложь,
То тогда без всякой позолотцы
Стих хорош.
А проникнет если лицемерье
В глубь стиха,
Знаю, будет и в павлиньих перьях
Чепуха.
Повести, рассказы, басни, песни
Выйдут в свет…
Ничего они не значат, если
Правды нет!
Про чертей
В чертей хоть верьте, хоть не верьте,
Но я скажу вам не шутя:
Мне начали являться черти
От многодневного питья.
Они являлись мне ночами
Из тьмы безграмотных веков
И с подоконника кричали:
— Глазков, Глазков, Глазков, Глазков!
Те черти вовсе обнаглели
И сразу после пьянваря
Расположились на постели,
Мне ничего не говоря.
Они в количестве немалом
Обрушивались на кровать,
Барахтались под одеялом
И, так сказать, мешали спать.
Нечистый этот шум, однако,
Меня нисколько ни смущал:
Я пил живительную влагу,
Когда потребность ощущал.
Что черти мелкие поэтам?
Их не должны пугаться мы!..
Но как-то раз перед рассветом
Ко мне явился сам князь тьмы.
Он, серый, словно весь из дыма,
Стал дуть что было адских сил —
И я весомо, грубо, зримо
Смертельный холод ощутил…
С тех пор… Да сгинет сила злая!
Я самому себе не враг:
И водку не употребляю,
А лишь по праздникам коньяк.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: