Всякая государственность, которая общественную инициативу, направленную против библейско-талмудического проекта порабощения человечества, выдержит всё, будучи подкреплена поддержкой её народов Свыше, а также и непримиримыми междуусобицами в стане её противников.

Соответственно, защита Отечества от поползновений хозяев библейско-талмудического проекта требует от государственности эффективной внутренней, внешней и глобальной политики, включающей в себя взаимно согласованно средства управления-оружия от первого приоритета до шестого.

Поэтому получивший некоторую известность во властных кругах России план «Тайфун», в котором в качестве основного средства нормализации экономической жизни страны предлагается задавить налогами под 98 % от прибыли ростовщическую деятельность, заведомо неэффективен. В частности, в сфере макроэкономического регулирования он заведомо неэффективен потому, что не предусматривает управления покупательной способностью производителей и потребителей продукции и услуг как в отраслях, так и в регионах с целью обеспечения благоприятной демографической динамики и экологической безопасности общества. Одного запрета ростовщичества или подавления его иными средствами для обеспечения экономической безопасности общества недостаточно. То есть невозможно обойтись без ясно понимаемого изложения политики государства в отношении производства и распределения продукции, кредитования и страхования (в том числе и страхования частного предпринимателя от банкротства); без разработки законодательства, выражающего эту политику и защищающего сферу экономики от несовместимых с нею действий; без построения в обществе механизма осуществления государственной налогово-дотационной политики в отношении всех экономических субъектов.

На этом уровне рассмотрения проблем самоуправления общества законодательство рассматривается как свод стандартных алгоритмов решения управленческих задач с общественно приемлемым уровнем качества управления. Соответственно законотворчество о хозяйственной и финансовой деятельности должно быть алгоритмически целесообразным по отношению к избранной концепции общественно безопасного устройства жизни людей в преемственности поколений, а не представлять собой строительство лабиринта в стиле «вавилонской башни», в котором одни частные предприниматели имеют право охотиться при помощи судей под надзором прокуратуры на доходы других частных предпринимателей, всех наемных работников и государственности, не задумываясь о последствиях культивируемого в их среде рвачества и о том, кто и как будет расхлебывать эти последствия.

Экономические теории хозяев обусловлены нравственностью: истинной нравственностью, а не показной.

Благонравие прямо исходит из того, что каждому человеку дулжно быть наместником Божиим на Земле. Соответственно равенство человечного достоинства всех людей должно поддерживаться и во всех внутрисоциальных отношениях. Поскольку никто не способен подменить своей персоной всё человечество, то все профессиональные навыки и прочие личностные особенности не характеризуют достоинство человека, а являются только своего рода приданым к нему, и потому все люди в нормальном обществе должны быть равно уважаемы, в повседневной жизни и трудовой деятельности добросовестно поддерживая один других.

Злонравие ПРЯМО, ИНОСКАЗАТЕЛЬНО И ПО УМОЛЧАНИЮ исходит из того, что достоинство человека выражается в том, сколько других людей от него так или иначе зависит; в основе зависимости лежит персональное, клановое, корпоративное владение знаниями и навыками, не освоенными другими. Иными словами достоинство человека выражается в принадлежности к корпорации или касте (цари, знахари, воины, купцы, ремесленники, крестьяне, неприкасаемые и т.п.), по её существу — профессиональной корпорации. При последовательном развитии этой доктрины за бульшим или меньшим количеством людей и профессиональных корпораций хозяевами системы начисто отрицается достоинство человека.

В зависимости от той истинной нравственности, которую несёт читатель, он либо согласится с высказанным разграничением благонравия и злонравия, либо будет настаивать на противоположном определении каждого из них, либо вследствие его безнравственности уйдет от ответа или признает некоторую долю «праведности» и за благонравием, и за злонравием в каком угодно их определении.

У безнравственных всегда есть шансы стать «мыслящей травой» на поле боя, которая представляет интерес для участников длящейся на протяжении всей истории нынешней глобальной цивилизации «холодной войны» (временами переходящей в войну огнем и мечом) только как размножающаяся биомасса, поголовье которой — в зависимости от целей противоборствующих сторон — должно быть уничтожено или сохранено для воспроизводства будущих поколений населения: нравственно и мировоззренчески уже .

Нравственность — это смесь из благонравия, злонравия и безнравственности. Эта смесь у каждого субъекта, у каждого общества своя, что и порождает в обществе непонимание и конфликты между субъектами и социальными группами.

Достоинство человека состоит в том, что он непреклонно освобождается от злонравия, а его благонравие выражается в его благой деятельности, которая проистекает из его искреннего понимания Божиего промысла и ни при каких обстоятельствах не может проистекать из своекорыстия (включая своекорыстное вожделение рая или своекорыстную боязнь ада: в этих двух видах своекорыстия выражается недоверие Богу).

Соответственно показанному различию нравов люди порождают и различную этику, включая и два несовместимых друг с другом вида политики и два взаимно исключающих друг друга класса экономических теорий для хозяев:

· теории, проистекающие из благонравия, отвечают на вопрос:

Как организовать производство и распределение в обществе так, чтобы в преемственности поколений всегда были устойчивы и здоровы биоценозы (биосфера), чтобы люди не переполнили свою экологическую нишу, чтобы в обществе не было голодных, бездомных, не получивших достойного человека воспитания или обделённых каким-либо иным образом по не зависящим от него самого причинам?