«А если накрыли всю организацию?» – вдруг пришла ему в голову мысль, заставившая его поежиться. Он машинально положил руку на рукав куртки, скрывавший выколотый по глупости еще в начале его членства в организации знак Сварога. Впоследствии руководство запретило подчиненным наносить на тело какие-либо отличительные знаки, призывая к осторожности и соблюдению конспирации.

В отделении Сашу провели в кабинет, в котором сидело двое штатских, один с коротким черным ежиком волос, а другой совершенно лысый, как бильярдный шар.

– Присядь! – подтолкнул лейтенант Сашу к стулу, когда тот нерешительно остановился посреди комнаты, после чего положил на стол перед штатскими его паспорт и доверенность.

Один из штатских, лысый, взял документы в руки, внимательно просмотрел их, потом вытащил из папки, лежащей рядом с ним, несколько фотографий и, бросив их на стол перед Сашей, спросил:

– Ответь-ка нам, уважаемый Александр Иванович, есть ли среди них хозяин машины, на которой ты ехал?

Раздвинув фотографии, Саша сразу же увидел лицо Кондратюка, но, сделав вид, что пристально всматривается в лица, изображенные на других фотографиях, он несколько секунд помедлил, соображая, признавать Кондратюка или нет. Потом, решив не навлекать на себя лишние подозрения, ткнул пальцем в его фотографию…

– И когда ты его в последний раз видел? – спросил лысый.

– Сегодня.

– Когда и где?

– Часа четыре назад, когда пришел убирать снег вокруг его дома.

– Где это было?

Саша назвал адрес, штатские удивленно переглянулись между собой.

– А ты ничего не путаешь? – нахмурившись, спросил его лысый.

– Да нет, я ведь у него работаю дворником.

– А говорил, что ухаживаешь за машиной… – вмешался в разговор лейтенант, который сидел за соседним столом, что-то записывая.

– Ну и это тоже… И дом иногда протапливаю… и… – принялся перечислять свои внешне безобидные обязанности Саша.

– Ладно, ладно! – оборвал его лысый. – Скажи-ка еще раз адрес этого дома. Он что, частный?

– Подгорная, 18. Да, большой такой домина, с гаражом внизу…

Штатские вновь переглянулись.

– Я знаю это место, дома там нехилые строят, – посмотрев на них, заметил лейтенант. – И люди селятся непростые… Только отнюдь не из научной среды…

– А еще какие-нибудь адреса Кондратюка ты знаешь? – спросил лысый у Саши.

– К сожалению, понятия не имею, – покачал головой тот. – В городе у него, возможно, есть еще жилье, поскольку на Подгорную он наведывается нечасто, но адреса его я не знаю. А, может, он в Академе, у себя в институте ночует, черт его знает… Я, вообще-то, человек не любопытный и чужой жизнью особо не интересуюсь, со своей бы разобраться…

– А жаль… – усмехнулся лысый. – Ну и что тебе сказал хозяин перед тем, как уехать? Куда он направился?

– Понимаете, тут такое дело… – замялся Саша. – Я должен был накануне почистить снег вокруг дома, но кое-какие обстоятельства мне этого не позволили. Поэтому, когда я пришел и увидел, что он приехал, то решил не попадаться ему на глаза и переждал в кафе, пока он уедет.

– Он был один?

– Нет, с ним было несколько человек, но я их не рассмотрел, не хотел, чтобы меня заметили.

– Постарайся вспомнить, не было ли с ними женщины?

– Да говорю же вам, что я спрятался, поэтому не разглядывал их! – воскликнул Саша. – Ну, наверное, человека два-три с ним было, а была ли там женщина или нет – не углядел. Одно могу сказать, раньше к нему домой никто не приезжал, ни с ним, ни без него.

– А они были на машине или шли пешком?

– На машине, – осторожно ответил Саша.

– На какой? – быстро спросил его до сих пор молчавший штатский, стриженный «под ежик». Он все это время сосредоточенно вертел в руках доверенность Кондратюка. – Тебя же задержали на его «тойоте»…

– А у него есть еще одна машина… – Саша отвел глаза, прикидывая, стоит ли называть ее реальную марку и номер, ведь пока Кондратюка ищут, у него есть время обдумать свою линию поведения.

– И что же это за машина? – нетерпеливо спросил тот же штатский, окидывая Сашу острым недобрым взглядом. На скулах у него дернулись желваки.

От его взгляда Саше вдруг стало зябко. «А, блин!!! – взорвался он про себя. – Почему я, собственно, должен Кондратюка выгораживать?! Пусть сам выкручивается, если подставился! В конце концов, мое дело маленькое – я был всего лишь дворником в его доме, и пусть попробуют доказать обратное!»

– Зеленая «шестерка». Номер А243НС, – ответил он, почувствовав облегчение от того, что выбор уже сделан и назад дороги нет, теперь он постарается ответить на все вопросы, лишь бы отвести от себя подозрение.

Записав номер на бумажке, лейтенант направился к двери, сказав на ходу:

– Пойду озадачу ГИБДД… А вы – продолжайте.

– Как ты думаешь: Кондратюк собирается сегодня вернуться в свой дом на Подгорной? – спросил Сашу лысый.

– А кто его знает… – пожал тот плечами. – Разве что только для того, чтобы машину поменять. Он оставил «тойоту» без каких-либо распоряжений, может, и вернется за ней.

– То есть ты сегодня воспользовался ею без его ведома? – с усмешкой спросил лысый.

– У меня доверенность есть, – буркнул Саша, отводя глаза.

В этот момент в кабинет вернулся лейтенант:

– Порядок, ориентировку дал. Ну, что делаем дальше?

Стриженный под «ежик» поднялся из-за стола и, хмуро взглянув на Сашу, ответил лейтенанту:

– Думаю, можно снимать людей с квартиры на Воронина, вряд ли он там опять появится. Придется лететь на Подгорную. Иди, вызывай группу и оформи санкцию на обыск дома.

Саша тоже встал, но «ежатый» махнул на него рукой:

– Присядь, парень, мы тебя еще не отпускаем, поедешь с нами, покажешь резиденцию твоего хозяина.

Услышав слово «резиденция», Саша внутренне дернулся: «Точно накрыли!» и опустил голову.

– Да не расстраивайся ты так! – хмыкнул лысый, глядя на него с некоторым сочувствием. – Он что, хорошо тебе платил?

– Жить можно было… – нехотя ответил Саша, не поднимая головы, а потом, взглянув исподлобья на лысого, спросил: – А что он натворил-то, можете сказать?

– Мы пока точно не знаем, проходит он у нас как свидетель по делу об убийстве, но вот исчез вместе с другими свидетелями… Так что приходится его теперь повсюду искать.

«И всего-то!» – чуть не воскликнул Саша, а он-то себе навоображал! Почувствовав, что у него словно камень с души свалился, он возликовал, уже не сомневаясь, что все обойдется, ведь ни о каком убийстве он не слышал и отношения к нему не имел. В этот момент невероятного облегчения он дал себе слово, что если все благополучно разрешится, он выйдет из «Детей Сварога». По большому счету, ничего ему эта тайная организация не дала: деньги платили невеликие, а рисковать приходилось не раз, хотя бы тогда, когда ему приходилось развозить по СНГ литературу и доллары от зарубежных коллег-благодетелей Кондратюка…

Через час группа из восьми человек, включающая Сашу, обоих штатских и лейтенанта, который, кстати, оказался совсем не простым лейтенантом, отправилась на место.

Саша с лейтенантом и «ежатым» ехали на кондратюковской «тойоте», лейтенант, переодевшийся в штатское, сидел за рулем. Они и подъехали первыми к дому, чтобы не насторожить Кондратюка, если тот вернулся за своей машиной.

Но дом стоял темный и тихий. На вычищенной перед гаражом площадке виднелись следы только от колес «тойоты», оставленные Сашей при отъезде на прогулку. Кондратюк в дом явно не возвращался.

– Давай, Александр Иванович, открывай владения, нечего нам тут на улице светиться, – приказал лысый, который прибыл со второй машиной.

Саша открыл гараж, через который оперативники прошли в дом, предварительно неприметно запарковав машину с ребятами из «наружки» чуть дальше по улице, а «тойоту» Кондратюка вернув на место в гараж. Саша включил там свет и нажал кнопку автоматического закрытия ворот.

– Вот что, надо бы вычистить площадку перед гаражом. Если он подъедет, не нужно, чтобы он заметил следы колес, – наблюдая за тем, как ворота отрезают внешний мир от дома, сказал «ежатый» лейтенанту и они оба повернулись к Саше.