Водитель «Нивы» мигнул фонарями, замедляя ход, но из левого ряда не убрался. Дашка выскочила на встречную полосу, прибавила газу и тут же тормознула, увидев встречную машину, водитель которой не притормозил, не дал ей совершить обгон. Наверное, из вредности. Чтобы избежать лобового столкновения, Дашка крутанула руль вправо, оказавшись перед той же «нивой» и «газелью», перекрывшими дорогу.

Дашка увидела передок джипа «БМВ», повисшего у нее на хвосте. За бэхой гнал черный «блейзер», расстояние между автомобилями стремительно сокращалось. Дашка подумала, что ее преследователи вряд ли проявят чувство сострадания, когда догонят. Может, просто опустится боковое стекло одного из джипов и длинная автоматная очередь превратит ее тачку в решето. Или прижмут «хонду» к обочине и тогда…

На перекрестке, где сходились три улицы, Дашка крутанула руль вправо, перепрыгнув бордюрный камень, выскочила на тротуар почти пустой. Прямо из-под колес вылетел зазевавшийся пешеход. Он обложил Дашку матом, вслед погрозил кулаком и пропал. «Хонда» проехала по газону, пересекла цветочную клумбу, оставив глубокие следы покрышек на мягком грунте. Через пару секунд машина оказалась в узком извилистом переулке, уходившим в сторону центра.

Опять она едет не туда, надо вырваться из города, уходить по шоссе, а она плутает, как слепой котенок, по старым переулкам. На глаза наворачивались слезы злости и бессилия, хотелось остановить машину и расплакаться, но нельзя даже скорость сбавить.

На этот раз дело не выгорело. Вместо пятидесяти тысяч баксов Дашка получила дырку от бублика. Когда, спустившись в бомбоубежище и заперев за собой дверь, она остановилась и зажгла фонарь, ничто не предвещало такого финала. Присев на корточки, Дашка сказала себе, что все прошло гладко, погони нет, она в безопасности, поэтому можно быстро пересчитать деньги и двигать дальше. Она вытащила из сумки ножик, разрезала бумагу, вывалила себе под ноги неумело сделанные куклы. Резаная бумага, перехваченная резинками, сверху каждой пачки по долларовой банкноте.

Перехватило дыхание, Дашка тихо всхлипнула, потом чертыхнулась, плюнула на землю и сбросила с плеча тяжелую сумку. Пусть здесь валяется, тащить ее с собой не осталось сил. Дашка подняла фонарь и быстро зашагала по подземному коридору, нашептывая себе под нос все грязные ругательства, какие только могла вспомнить.

Чувствуя, что заблудилась в старой части города, Дашка свернула в узкий переулок, дорогу перед «хондой» пересек зеленый «москвич», она вильнула в сторону, уходя от столкновения. Но на перекрестке уже выросла фигура мента, мелькнул полосатый жезл, раздался свисток. Дашка, увеличив скорость, промчалась мимо. От волнения ладони сделались влажными, а баранка скользкой, как мокрый обмылок. Проскочила железнодорожный переезд еще до того, как вспыхнул красный сигнал семафора.

Ремонтные рабочие, укладывавшие асфальт на встречной полосе, все как один проводили «хонду» взглядами. Следом за ней на такой же бешенной скорости пролетел джип БМВ. Немного поотстали еще два джипа.

Круглов, сидевший на переднем пассажирском сидении «блейзера» общался с хозяином по громкой связи.

— Мы у нее на хвосте, — машину трясло, Круглов повысил голос до крика. — За «хондой» следует бумер, икс пятый. Кажется, девчонка хотела выехать из города, но проскочила нужный поворот. В этом районе промышленная зона, одни заводы. Она тут плохо ориентируется, это заметно.

— Не упустите, — ответил Захаров, его голос звучал спокойно. — Если будет возможность, бейте «хонду». Пусть будет ДТП со смертельным исходом.

— А бумер, с ним чего делать? — Круглов с опаской поглядывал на сидевшего за рулем Власова. Этот водит машину так, что от страха приходится вдавливать пятки в пол, кажется, что он вовремя не успеет затормозить или крутануть руль и на полном ходу влетит в столб. — Не могу разглядеть, сколько народу в бумере.

— Сколько бы ни было… Тоже озаботился проблемой. Пушки вы зачем с собой таскаете? — крикнул Захаров. — Для понта?

Власов нажал кнопку переговорного устройства, дал отбой и, повернувшись к Власову, крикнул:

— Слышал, что он сказал? Бей «хонду», если остановится. Прямо в водительскую дверь. Чтобы все на месте кончить. Ты понял?

Долгое молчание.

— Ты понял? — проорал Круглов.

— Слышал, не глухой, — отозвался Власов и мрачно покачал головой.

Круглов оглянулся на парней, занимавших заднее сидение, хотел приказать, чтобы те держали стволы наготове. Но дополнительных распоряжений не потребовалось. Вася Ключников уже вытащил автомат из большого пластикового пакета, передернул затвор и, опустив боковое стекло, крепко сжал рукоятку, положил указательный палец на спусковой крючок. Вася плотоядно облизнулся, он готов дать по бумеру длинную очередь при первой же возможности. Он не промахнется.

Дашка никогда не бывала в этой части города, пешеходов на улицах почти не видно, вдоль дороги тянулись бесконечные заборы, стены складов и заводских корпусов. За ткацкой фабрикой начиналась территория домостроительного комбината. Новый поворот и дальше, сколько хватает глаз, все те же заборы и склады. Над оградой видны штабеля круглого леса, видимо, это здесь начинается территория деревообрабатывающего завода. Дорога снова поворачивает направо. Слева разрослись липы и тополя, за деревьями видны корпуса жилых пятиэтажек.

В производственной зоне города Дашку догонят. «БМВ» повис на хвосте, будто его приклеили. Два других джипа отстали, но они свое еще возьмут. Увидев просвет слева между домами, Дашка тормознула, заложила крутой вираж. Проскочив короткий переулок, машина оказалась на улице в два ряда. Дашка глянула в зеркальце заднего вида, кажется, бумер не виден. Улица заканчивалась дорожной развилкой, долю секунды Дашка раздумывала, в какую сторону повернуть.

Если взять правее, она снова окажется возле производственной зоны. Значит, надо сворачивать налево. Но там висит «кирпич». И черт с ним… Если есть дорога, она куда-нибудь приведет. В следующую мгновение машину так тряхнула, что Дашка подскочила на сидении до потолка. Жалобно скрипнула подвеска, уже готовая развалиться. Это переднее колесо «хонды» провалилось в открытый канализационный люк. Девчонка еще не успела упасть в кресло, как машину снова подбросило вверх, это в люк провалилось заднее колесо. Дашка вскрикнула, сколький руль вырвался из рук, ноги оторвались от педалей.