Глава 11 Хоуп

Отсоединив наушники, я откидываю с головы простыню и, глубоко вдохнув, снова натягиваю ее. Смотрю, как Хендрикс уходит со сцены, и слезы ручьем текут по щекам.

К счастью, разница во времени и дешевый мобильный телефон, который дала подруга, позволили посмотреть шоу Хендрикса сегодня вечером.

Было трудно смотреть его выступление, но еще труднее, когда он вышел на бис.

Слова Хендрикса окрылили и обнадежили. Теперь я точно знаю, он любит и не забыл. Так хочется кричать от переполнивших душу эмоций, но я не могу рисковать. А еще не могу стянуть простыню с головы, так как свет от дисплея телефона может быть заметен под дверью комнаты и родители смогут забрать его.

После инцидента с Хендриксом, они отобрали телефон и сделали все, чтобы я почувствовала себя словно в тюрьме.

Родители по очереди отвозили на работу в кафе, где работаю официанткой, чтобы я не сбежала и вообще стали пристально следить за каждым шагом. Ни один из разговоров о том, что я уже взрослая и имею право на личную жизнь, не принес результата. Папа словно сошел с ума, не принимая то, что я полюбила Хендрикса. Для него я все еще маленькая девочка, а не взрослая двадцатидвухлетняя девушка.

Но сейчас, после выступления Хендрикса, я окончательно решила, что сбегу из дома и никто не сможет остановить меня.

План побега обдумывала каждый день и откладывала большую часть чаевых на билет в Калифорнию. Осталось собрать еще совсем чуть-чуть.

Вздохнув, вновь погружаюсь в мечты о том, как сделаю Хендриксу сюрприз, оказавшись на пороге его дома. Живо представила себе удивление и радость на его лице и то, как сильные руки вновь обнимут, навсегда окружая любовью и защитой.

Хендрикс – мой защитник. Моя суперзвезда. Моя любовь на всю оставшуюся жизнь.

Выключив телефон, переворачиваюсь на живот и прячу его под матрас, пока вновь не достану.

Когда я стараюсь поглубже запрятать телефон и грудью вжимаюсь в матрас, то замечаю, что она болит. И довольно-таки сильно.

Может я застудила ее?

Стараясь не думать о боли, решаю спать на спине.

Смотрю в потолок, а потом на то место на стене, где висел плакат с изображением Хендрикса, пока папа не сорвал его.

Ну и пусть…

Как бы то ни было, никому не удастся стереть из памяти время, когда Хендрикс был в этой постели.

Никому не подвластно лишить воспоминаний, о том каким сексом мы занимались, объятые пламенем страсти.

Но сейчас, мне больше всего хочется заняться с Хендриксом любовью.

Да, именно любовью.

Потому что я люблю его больше всего на свете.