Глава 13 Данте

Карина молчит всю дорогу домой. Я начинаю бояться, что сегодня зашел слишком далеко. Признать, что ее возбудила мысль о двух парнях, ласкающих ее, а затем делать это наяву — две разные вещи. Особенно для кого-то ее возраста.

Я упрямый ублюдок, поэтому не хочу признаваться, что хоть было чертовски горячо смотреть, как Удача связывает ее запястья и возбуждает ее, мысль о том, что она встанет на колени перед кем-то, кроме меня, заставила меня хотеть вытащить свой девятимиллиметровый и пробить дыру в груди моего брата.

Как только мы оказываемся в нашей комнате, Карина начинает захлебываться от рыданий.

— Прости, что все испортила.

— Тсс. Не о чем сожалеть, малышка. Я же говорил — если тебе не понравится все это, мы не будем продолжать, — я обнимаю ее, и она падает в мои объятия.

— Удача, наверное, ненавидит меня.

Удача заботился только о том, чтобы я отвез ее домой и позаботился о ней.

— Нет, малышка. Он в порядке.

— Я не хочу, чтобы ты злился на меня позже или...

Я сжимаю ладонями ее лицо.

— Эй. Говорил же тебе, детка. Единственное, что меня когда-либо разозлит — это если ты будешь мне лгать. Пока ты говоришь мне правду, у нас все хорошо.

— Окей.

Я опускаю руку ниже, где нахожу ее крошечные шорты полностью промокшими между ног.

— Сегодняшний вечер тебя немного взволновал, — я не пытаюсь даже формулировать свои слова как вопрос.

— Да, — стонет она, когда я сильнее тру ее киску через материал. Я обматываю ее волосы вокруг кулака и оттягиваю голову назад, чтобы прижаться губами к ее губам.

— Ты все еще моя маленькая похотливая шлюшка?

— Черт, да, — тихо с придыханием, говорит она.

— Возбуждена и расстроена?

— Да, — хнычет Карина.

— Тебе необходимо кончить, не так ли?

— Пожалуйста?

Я срываю с нее шорты так быстро, что пуговица отлетает через всю комнату.

— На кровать.

Карина так нуждается и так расстроена, что даже не пытается меня дразнить. Она ложится именно так, как я ее и учил. Мое лицо у ее влагалища, я ласкаю ее языком, сосу клитор, и через несколько минут она кончает. Когда Карина перестает кричать, я переворачиваю ее на живот, вытаскиваю анальную пробку, и приставляю к входу свой член. Я протягиваю руку и хватаю бутылочку смазки, что все еще стоит у кровати и покрываю ею свой член, а затем толкаюсь внутрь ее тугой маленькой задницы. Она вскрикивает, но толкается ко мне, вместо того, чтобы отступать. Я скольжу в нее, кажется целую вечность. Карина ерзает и этот маленький последний толчок именно то, что мне нужно, чтобы войти до конца. Мои яйца упираются в ее киску, и она пульсирует вокруг меня с такой силой, что я останавливаюсь, чтобы отдышаться.

Черт, она чертовски узкая.

Карина поворачивает голову, чтобы я мог видеть ее лицо, глаза. Маленькая нахальная сучка выгибает свою бровь.

— Ты получила его, малышка.

Она смеется и сжимает кулаками покрывало, но не сводит с меня глаз.

Я выхожу из нее и проскальзываю обратно. Ее веки закрываются, и Карина стонет.

— Да, малышке нравится мой член в ее заднице, не так ли?

— Ты такой пошлый.

— Да, черт побери. Ты тоже довольно развращенная девочка.

— Только с тобой. Только для тебя.

Блядь. Она чертовски права.

— Ты, действительно, сейчас очень красива, Карина.

— Спасибо, папочка.

— Твоя маленькая тугая попка выглядит идеально растянутой вокруг моего члена.

Она снова сжимается, и я прерывисто вздыхаю.

— Я чувствую... мне нужно...

— Потрогай себя. Поиграй с клитором, пока я буду драть тебя в задницу.

Она принимается тереть свой нервный комок, дрожа и трясясь подо мной. Я продвигаюсь дальше и наклоняюсь над ней, удерживая свой вес на руках.

— Так хорошо?

— Черт, да. Это плохо, что ощущения такие ошеломительные?

— Нет, детка.

— Сильнее.

Ей не нужно повторять это дважды. Я скольжу внутрь и выхожу из нее немного быстрее и жестче, все еще соблюдая осторожность. Черт возьми, это так приятно, и я так чертовски рад, что ей, кажется, нравится это, потому что нам нужно повторять это снова и снова.

— О, черт. Данте. Я так близко.

— Отпускай это, — говорю я ей, но сам начинаю пульсировать внутри нее, пока она дрожит и кричит подо мной.

Я откидываю ее волосы назад, чтобы видеть ее лицо, и легкая улыбка, которую она мне дарит, посылает меня через край. Я выхожу из нее и кончаю ей на спину и задницу, пока она громко вздыхает в матрас. Повсюду сперма и смазка, но я даю ей минутку, чтобы прийти в себя, прежде чем тяну ее в душ.

— Надо будет попробовать это еще раз, — говорит она, пока я намыливаю ее тело.

— Понравилось, да?

— Это плохо?

— Не для меня.

— Мы можем делать это другим способом? Чтобы я могла тебя лучше видеть.

— Мы сможем это сделать так, как ты захочешь. Наклонись, — я осматриваю ее задницу, удостоверяясь, что ничего не повредил, и потому, что мне просто нравится смотреть на ее зад. — Ты хорошо себя чувствуешь?

— Немного жжет. Но это хорошее чувство жжения.

— Хорошо. Пока что оставлю твою задницу в покое. Скажешь, как будешь чувствовать себя утром. В конце концов, я довольно жестко на тебя набросился.

Она дрожит.

— Я знаю.