Но ни один из пущенных Юнием камней не пропал зря!

Однако второй челнок уже оказался у самой кормы, а в нем - человек семь-восемь голых до пояса атлетов, устрашающе размахивающих секирами. Серьезный противник… Вернее, разбойники могли бы таковым стать, если б кто-то позволил им забраться на барку. А вот шиш вам! Выкусите!

Лихо работали парни с дубинами, любо-дорого посмотреть. Эх, один все-таки поймал грудью дротик… Жаль парня… А вот еще просвистело… Да сколько у них этих дротиков?! «Бестии» завыли, заулюлюкали и с воплями полезли на корму - только успевай отбиваться. Кто-то застонал совсем рядом. Уклонившись от летящей в голову секиры, Рысь скосил глаза - держась за окровавленный бок, на палубу повалился Арминий, бледный, словно высушенный на солнце лен. Эрнульф подскочил к нему… и едва не получил копьем в спину… Нет, кажется, все-таки получил… Нет, не насквозь, просто оцарапало… Виниций, ощерясь, подоспел на помощь приятелю, действуя метательным копьем весьма лихо - так крутил меж пальцами, даже Юний позавидовал. Видно, покойный Кальвизий научил-таки сына.

С носа тоже слышались яростные крики, а позади, из-за излучины, неожиданно появилось еще несколько челнов - и много, по крайней мере, с полдюжины. Прямо сказать, неприятная неожиданность.

Огромного роста германец вдруг возник перед Юнием - мускулистый, с круглой, похожей на котел головой и широкой грудью, густо поросшей рыжим курчавым волосом. В руках он держал устрашающих размеров дубину, которой начал со свистом размахивать, выбирая момент для удара.

- Подвинься, - опустив меч и широко улыбнувшись, вежливо попросил Рысь.

Недоумевающий германец непроизвольно сделал шаг в сторону… и, оступившись, кубарем полетел в воду.

- Приятного купания, - помахал ему рукой Юний и оглянулся - челны быстро приближались.

Скверно это было, ах как скверно… Нет, Рысь вовсе не упрекал себя за то, что вернулся помочь корабельщикам, хоть те уже и заплатили за его услуги и формально - формально - Юний вовсе не обязан был вступаться за них. Впрочем, кто его знает, как тогда бы все обернулось? Может быть, те «бестии», что плыли сейчас на челнах, давно бы расправились с небольшим отрядом Рыси? К тому же - omnes, quantum potes, juva - всем, сколько можешь, помогай! Так что все правильно, правильно… Вот только эти челны… Ха! А что, если - парус? Ведь ветер - вот он, поднялся, зарябил волны!

Идея эта, как видно, пришла в голову не только Юнию, но и хозяину барки. Схватка на носу затихла - дело там решилось явно не в пользу пиратов, - и оставшиеся в живых корабельщики бросились к мачте. Та уже была поднята - Фелиций еще с утра пытался ловить ветер, осталось лишь поставить парус. Огромный, пузырящийся и, казалось, живой, он быстро наполнился ветром. Словно резвый скакун, судно рванулось вперед, оставляя далеко позади утлые челноки «речных бестий»!

- Слава Меркурию! - завидев Юния, радостно закричал Фелиций. - Он дал нам возможность уйти.

- Вам - да, - усмехнулся Рысь. - Но нам-то нужно на берег.

- Сойдете чуть позже, там будет одно местечко. Думаю, придется прибавить вам плату, а?

Юний усмехнулся. Видел бы его сейчас хоть кто-нибудь из римских знакомых. Работать за плату! Быть наемником - падение настолько низкое, что даже нет слов. Уж конечно, куда лучше жить на государственные подачки, пусть впроголодь, зато с гордостью истинного римского плебса, у которого вообще-то никогда не было никакой гордости, как и богатства и, к слову сказать, чести.

На этот раз высадка обошлась без происшествий. Вот только в команде Юния, и без того небольшой, стало на одного человека меньше. Хоть рана Арминия, по словам слегка разбирающегося в медицине Фелиция, оказалась не очень опасной, крови парень потерял много, и тащить его с собой по лесам означало обречь на верную гибель. Пришлось оставить на барке - Фелиций клятвенно обещал ухаживать за раненым и до полного выздоровления поселить его в одном из доходных домов Колонии Агриппина - необходимые для этого средства Юний выделил.

Кроме Арминия оказался ранен в руку Виниций, но это была не рана, а скорее просто царапина, обращать внимание на которую было бы недостойно воина. Тем не менее теперь их осталось четверо - Рысь вовсе не собирался сбрасывать со счетов Илмара Два Меча.

Пожелав корабельщикам счастливого пути, Юний пожалел о том, что во время скоротечной схватки они так и не взяли пленных. Кто-то оказался на дне, а кто-то, получив относительно легкую рану, счел за лучшее броситься в воду сам, благо река не море, до берега не так уж и далеко. Вот таковых спасшихся и следовало сейчас поискать - мало ли, повезет? Все равно - по пути. Рысь возвращался назад, к Длинным болотам, ведь именно там он оставил Илмара. И, как теперь считал, очень правильно сделал. Кто знает, сколько бы лодок преследовало барку, если б не действия отчаянного алемана? Хозяин «Нумидии», прощаясь, не уставал благодарить богов за свою предусмотрительность - где бы он сейчас был, не наняв охраны? Даже предложил, если случится надобность, безвозмездно пользоваться услугами барки, с завидной регулярностью ходившей из Могонциака в Колонию Агриппина и обратно.

- А если ночь или вечер, ты даже можешь подать сигнал с берега, - отведя Юния в сторонку, шепотом пояснил корабельщик. - Просто разложи три костра - два рядом, а третий - чуть в стороне. Мы, правда, приставать не будем, но подождем, пока ты сам к нам доберешься.

Рысь на всякий случай запомнил сигналы, хотя вовсе не собирался ими воспользоваться - что он забыл в Колонии Агриппина? Все его дела - в Могонциаке, да еще - в Августе Треверов. Оправдаться, покарать врагов и восстановить честное имя - пожалуй, этим следовало сейчас и заняться. Ну и, конечно, попытаться отыскать Тварра.

Солнце уже подернулось легкой облачной дымкой, и сразу стало легче дышать, только вот идти оказалось трудно - не было ни дороги, ни тропки, одни папоротники, кусты, деревья да густая луговая трава. Пару раз отдыхали, с интересом слушая рассказ Виниция о его злоключениях, из которого Рысь, как и предполагал, ничего нового не узнал. Ну, схватили, связали, кинули в лодку - и все дела.