— Я больше не беспомощен и не прикован. Человеческие самцы убили мою пару.

Горячие слезы наполнили глаза Аллисон. Она боялась, что 880 отомстит ей. Дестени оказался прав, и это был полный отстой.

— Пожалуйста, — прошептала она. — Я не имею к этому никакого отношения.

Мужчина тихо зарычал, затем прижал свой нос к ее горлу и снова принюхался. Его тело внезапно дернулось, и 880 отстранился. Он оставил некоторое пространство между ними, а его захват на девичей шее ослаб. В конце концов, они оказались нос к носу, и 880 заглянул Алли в глаза. Его были широко раскрыты от потрясения.

— Ты плачешь? Я не делаю тебе больно.

—Ты меня пугаешь, — призналась Аллисон. — Я не хочу умирать.

Уголки его губ опустились.

— Не кричи, и все будет хорошо. Никаких слез. Мне не нравится, когда они на моей коже.

Сжав губы, Алли боролась со своими эмоциями, пока ей не удалось взять их под контроль. Она несколько раз моргнула, чтобы сдержать слезы. 880 все еще удерживал ее, и каждый его выдох овевал ее губы. Алли осознавала, что он должен ощущать то же самое, ведь они были очень близки.

Голова мужчины склонилась набок, будто он что-то услышал, и из него вырвался тихий рык.

— Скажи им, что ты в порядке.

Аллисон набрала в легкие воздух, размышляя, стоит ли ей исполнить приказ 880 или все же позвать на помощь. Но ведь он пока не причинил ей вреда.

— Я в порядке, — произнесла она достаточно громко, чтобы ее услышали в коридоре.

880 прислушался и расслабился.

— Какие у тебя отношения с самцом по имени Дестени? — мужчина выглядел рассерженным.

— Никаких.

— Он взбирался на тебя? Я не чувствую его запаха.

— Нет. — Алли отрицательно покачала головой. — Мы всего лишь друзья.

— Говори тише, — потребовал 880.

— Мы работаем вместе, — прошептала она. — А что?

Он проигнорировал ее вопрос.

— Где твой мужчина?

— У меня его нет.

880 снова всмотрелся в ее глаза. Затем взглянул на ее тело. Алли покраснела, когда его взгляд надолго задержался на ее груди, а потом сосредоточился на юбке.

— Ты такая маленькая. Самцы наслаждаются сексом с крепкими женщинами. Ты сломаешься или почувствуешь боль, когда в тебя будут вколачиваться сзади. Сомневаюсь, что ты сможешь удержаться на коленях. Твои руки выглядят слишком слабыми. Ты упадешь в обморок, когда тебя впервые возьмет самец.

У Аллисон не было слов. Ее настолько поразили его грубые откровения, что мозг словно переклинило.

Его взгляд снова прошелся по ней.

— Ты даже не выглядишь достаточно большой, чтобы принять мужчину.

Аллисон наконец-то оправилась от ошеломительной прямоты 880.

— Меня не создавали с помощью гибридной генетики.

880 хмыкнул, его хватка ослабла, но он не отпустил женщину. Его бедра уже не так крепко сжимали ее.

— Развернись.

Алли отрицательно покачала головой.

— Нет. Зачем?

Он зарычал.

— Развернись сейчас же.

Она слишком боялась спорить, поэтому начала перемещаться в его руках. Открытая дверь будто насмехалась над ней, когда Аллисон встала к ней лицом. Ей не следовало покидать безопасный коридор. Казалось, тот теперь был очень далек. Рука покинула ее горло, и Алли ахнула, когда 880 обхватил одну из ее ягодиц. Он сжал ту прямо через юбку. Аллисон резко повернула голову.

— Не смей!

Их глаза встретились, и 880 зарычал:

— Тише.

— Отпусти мой зад.

Алли говорила тихо, стараясь отстраниться, чтобы мужчина перестал ее лапать.

Рука сильно дернула ее за талию, и женщина приземлилась на колени 880. Его ладонь прижалась к ее губам, и 880 зарычал ей на ухо. Глаза Алли расширились, когда она поняла, что сидит не только на ногах мужчины. Не было никаких сомнений в том, что его твердый член уткнулся в колыбель ее сжатых бедер.

— Не кричи, — приказал 880. — Я не причиню тебе вреда. Мне просто любопытно.

Его ладонь ослабила давление на нижнюю часть лица Аллисон и медленно освободила рот.

Алли смотрела, как 880 сжал в кулак материал ее юбки и потянул вверх, чтобы приоткрыть большую часть одной ее ноги. Юбка осталась там, куда Вид ее задрал, а грубые кончики пальцев стали исследовать наружную часть ноги Аллисон от колена до бедра. 880 дышал ей прямо в ухо, она заметила, что его дыхание стало немного затрудненным.

— Мягкая.

Рука на талии переместилась, и Алли почувствовала, как мужчина провел ладонью по ее животу. Пальцы ощупали живот, но не причинили боль. 880 исследовал кожу под рубашкой, затем двинулся выше. Алли снова ахнула, когда одна рука сжалась вокруг ее груди и стиснула ту через бюстгальтер, оценивая размер и форму.

— Еще мягче.

— Перестань приставать ко мне, или я закричу, — пригрозила Аллисон.

880 прекратил трогать ее грудь. Рука на бедре тоже замерла. Алли повернула голову и встретилась с мужчиной взглядом. Гнев мелькнул в его глазах, но он поправил ее юбку и убрал руку с груди.

— Я не буду пытаться взобраться на тебя. Ты недостаточно сильна, чтобы принять меня.

Алли попыталась встать с его колен, но он дернул ее обратно. 880 развернул ее, чтобы теперь она сидела боком на его коленях. Ощущение его члена снова стало очевидным. Невозможно не заметить такую твердость и размер. 880 и Алли смотрели друг на друга, пока мужчина не нахмурился.

— Мне необходим твой аромат. Спи здесь, со мной. Ты в безопасности.

Аллисон охватила тревога.

— Что?

— Спи со мной. Ты уже делала это раньше. Я хочу, чтобы ты была рядом. — Он схватил Алли за руку, удерживая ее в своей ладони. — Погладь мою грудь.

Аллисон была потрясена. Парень только что облапал ее, явно интересуясь сексом. Это была плохая идея. Алли отрицательно покачала головой.

— Я должна вернуться домой. Под домашний арест. Это всего лишь встреча.

— Больше нет. Ты останешься со мной.

Черты лица 880 ожесточились, когда он взглянул на дверь, а потом посмотрел в широко распахнутые глаза Аллисон. Она понятия не имела, что еще добавить. Но это не остановило ее от попыток вразумить мужчину.

— Это не правильно. Я имею в виду, мы же не встречаемся. Незнакомцы просто так не делят кровать. Я спала с тобой только потому, что было холодно и…

— Ты хотела спасти меня, — голос мужчины снова стал ниже. — Или ты лжешь об этом? Ты целительница?

— Я доктор. Я…

— Ты останешься со мной. Будешь спать рядом и прикасаться ко мне. Я в депрессии, но не тогда, когда ты гладишь мою грудь.

880 отвел взгляд, чтобы посмотреть на кровать.

Началась паника. Аллисон никак не могла делить постель с полностью выздоровевшим Новым Видом. Он не был ребенком, и его тело лишь подтверждало это, так как к ней до сих пор прижимался твердый член. 880 являлся взрослым мужчиной, который приставал к ней.

— Они этого не позволят, — блефовала Алли, почти уверенная, что это правда.

— Позволят, потому что я так сказал. — Мужчина протянул руку и откинул одеяло. — Снимай обувь и ложись в мою постель.

— Нет. — Алли извернулась, чтобы встать, но его рука напряглась.

Тихое рычание раздалось около ее уха, когда 880 прижался к нему ртом.

— Продолжай тереться о мой член, и я возьму тебя.

Алли перестала бороться.

— Можешь пока не снимать одежду.

Ее глаза расширились.

«Пока? О, черт».

Мысль о том, что Дестени, возможно, был прав, и 880 хотел заняться с ней сексом, заставила сердце Аллисон сжаться от страха.

Мужчина принюхался к ней.

— Успокойся, — прохрипел он. — Не сопротивляйся, и тебе не причинят вреда. Я не хочу сделать тебе больно, — 880 помолчал. — Ты нужна мне прямо сейчас.

Глаза Алли закрылись, а в ее животе свернулся клубком страх. 880 привязался к ее аромату? Как такое могло случиться? Новые Виды запоминают аромат, только когда берут себе пару. Сначала формируется эмоциональная связь, а затем следует желание взять кого-то.

880 ощутил запах человеческого страха. Это был привлекательный сладкий аромат, от которого его член стал еще тверже. Аллисон не подходила для спаривания, но его тело думало иначе. Если он ее возьмет, то точно сломает. Его рука, обвитая вокруг ее мягкой узкой талии, подтверждала домыслы. Спина женщины была значительно уже, чем ширина его груди. И наверняка Аллисон весила намного меньше, чем его пара. Мысль о 46 опечалила мужчину.

Он больше никогда не увидит глаза 46, и не услышит ее мягких рычаний. 880 знал, что ей не всегда нравилось быть его парой, но он пытался сделать самку счастливой. 46 хотела его прикосновений только тогда, когда нуждалась в нем. Казалось, он не вызывал интереса ни у одной самки до тех пор, пока они не овулировали. 880 обнюхал Алли, уверяясь, что она даже не была близка к тому времени.

Сожаление охватило 880, ведь человек не обратится к нему, когда будет нуждаться. Это не было бы хорошей идеей. Он не хотел причинять Алли боль теперь, когда она была в его руках. 880 даже не мог продолжать злиться. Женщина слишком боялась его, чтобы вызывать гнев.

Тон голосов в коридоре изменился. Слова не были слышны, но один из мужчин начал рычать. 880 догадался, что это был Дестени. Не вызывало сомнений, что самец хотел взобраться на Алли и ему не нравилось, что 880 находился рядом с ней. Но этого не случится. Дестени умрет, если попытается забрать человека из комнаты.

880 повернулся и провел носом по волосам Алли. Она пахла какими-то чудесными ароматами и едой. Возможно, именно так люди привлекали внимание противоположного пола. Она сказала, что у нее нет мужчины, да и сам 880 не уловил ничьего зловония. Наверняка, Алли пыталась завлечь кого-нибудь своим ароматом, рассчитывая на то, что мужчины будут голодны.

Время было на исходе, и 880 знал это. Мужчины придут и проверят Алли, если она не покинет его комнату в ближайшее время. Он наклонился, наслаждаясь тем, как женщина вздрагивала от каждого его выдоха, овевающего ее шею.

— Ты нужна мне, — признался 880. — Я никого здесь не знаю, кроме тебя. — Это было правдой. Мужчины хорошо относились к нему, но он не чувствовал с ними связь. Ее аромат заставил его почувствовать себя возбужденным, но не обособленным. — Останься со мной. — Женщинам нравилось, когда их упрашивали, а не заставляли. 46 научила его этому. Он воспользовался более мягким тоном: — Я буду восстанавливаться быстрее.